Наташа. 1. Сибирский базар

Ах, вы морозы сибирские на праздничном базаре! Горбатые крыши лавок снеговыми шапками высятся среди гомона разряженной толпы, который смешивается с храпом лошадей, седоки которых восседают в санях н горах мяса, чеснока, овса и крупной картошки. Все можно купить на базаре: от поношенных, подшитых валенок до породистой коровы. Всюду до скандала торгуются бабы в обындевелых шерстяных полушалках, хлопают варежкой об варежку, постукивают валенками об примятый за утро снег.
Стоит урядник, как застывшая снежная баба. Щурится внимательно направо, налево, поворачиваясь кругом.
Наташа идет за дедом, и смеются её глаза от нарастающей радости Завтра у неё свадьба. Дед приценивается и приглядывается к разложенному на прилавках товару, что-то щупает своими крепкими красными пальцами, а ей и дела нет до цен и товаров.
Вот Хасан, первый парень на селе, идет  с гармошкой. И как поет! Голосище, что колокол медовый. Сверкают черные глаза на девушек. Разлетаются удалью широкой брови соболиные. Не успел ты, Хасан, заполонить Наташино сердце. А она видит, как ты смотришь черкесскими длинными глазами, как улыбаешься по особенному ласково и робко. Только не твоим гостям , Хасан, выкупать косу невесты — роскошную, громадную в цветах…
Поздоровались.
- Можно к тебе сватов прислать, Наташа?
Повела плечом Наташа, рассердилась: ничего не знает или насмешничает?
- Сегодня приду к вам… Отец Матвей, напекла ли бабка Анисья пирогов? - Гармошка развернулась в руках Хасана и заполыхала веселыми звуками.
Дед Наташи потрогал голенища его щегольских сапог и сказал, крякнув:
- А то нет? И сивухи наварила. Гостем будешь. Гармошку захвати.
Отошел Хасан и запел громко, звонко. Знаешь ли, Хасан, что в последний, быть может, раз слышит тебя Наташа? Что повезут её завтра в другое село. Или не крадут у тебя на родине девушек, не увозят  горы?
- Свежая телятина! - громко выкрикивает баба с выпуклым подбородком. Белый передник туго повязывает телогрейку. И бросается в глаза её дородность, удвоенная одетыми н исподнее теплыми одеждами. А вот её круглолицая дочь, три раза подпрыгнула на одной ноге, выделывая другой замысловатые рисунки. Потом, пропрыгав несколько уже на двух ногах, как воробей, скрылась за деревянным прилавком, - спряталась от матери.
- И у меня будет дочь, - подумала Наташа. - Русская круглолицая девочка, с синими глазами, как у меня.
Где-то далеко мелькнуло улыбающееся ей лицо Хасана. И сердце вдруг защемило. 
-И это перед свадьбой-то?. Дура, ах, какая дура! - ругала себя Наташа.
А мороз пощипывает щеки. Застывает на длинных ресницах. В полушубке на бараньем меху, местами продранном, и из дыр, как пар из лошадиных ноздрей, клубами вываливается свалявшийся мех, прыгает и прыгает старичок. Машет руками. Высоко отрываются от снега ноги в подшитых валенках. Борода седенькая, заиндевелая, мелко подрагивает.
- Смотри ты, дряхлый ведь какой, - говорит Наташин дед. - Долго л выдержишь, папаша, прыгать-то так? Зачем ты это дергаешься? - кричит он, подойдя к старичку поближе.
А старичок улыбается и все прыгает, и отвечает, сверкая серебряной бородой: - Удивляюсь своей легкости. 
И смеется, смеется.
И Наташин дед смеется. И Наташа смеется тоже.