17 гл Ихтиандры-ихтихуны

Ихтиандры-ихтихуны

Олег отправился выпрашивать для брата что-то из аптечки у автолюбителей, но все оказались такими жидами, что он пришёл обратно пустой.
— Мелкий, дуй сам и попроси у автолюбителей бинты, йод, какие-нибудь подходящие мази, чем больше, тем лучше, да смотри там, поосторожней, не задирайся, — сказал Олег брату.
— А то нам от твоих похождений скоро точно голову оторвут, — с укоризной сказал Саня.
— Не хорите, уважаемый, всё будет ништяк и без скандала, — ответил Мелкий, выходя босиком на берег.
— Ты чего сланцы-то снял, по шишкам ходить собрался? — спросил Олег.
— А так достоверней будет и на жалость хорошо давить.
— Мелкий, смотри там в оба, — предупредил Олег.
— Нормалёк, начальник, не надо сомневаться в моей к вам лояльности, — прошептал Мелкий, наклонившись к уху старшего брата.
— Ладно, двигай, — тихо сказал Олег и передал ему пакет для бинтов.
Мелкий, едва сделав шаг в сторону, переменился в лице и, чуть сгорбившись, стал неуклюже прихрамывать на обе ноги, старательно изображая подстреленную утку.
— Вот же клоун, — сказал Олег.
Мелкий, едва не охая, поковылял во внутреннюю часть большого полуострова, где находилось подавляющее количество автомашин и в каждой находилась автоаптечка.
После первых объяснений, зачем ему так много требуется бинтов (ведь он просил практически у всех подряд), Мелкий повторял одно и то же.
— Нырнул, а под водой на меня напали, рвали так, словно хотели сожрать живьём. Меня спас от неминуемой гибели старший брат, втащив в лодку, а сам погиб… с нашим другом. Сейчас их там с аквалангами ищут.
Правда, Мелкий не уточнил, каким образом брат и его друг оказались в воде, где и погибли.
— Это что же, вам друзья рубашки рвали для перевязки? — спросил один из водителей.
Мелкий понял, что вконец изврался, и стал выкручиваться.
— Перевязали они меня, а сами потом хотели изловить того мутанта и погибли. А что делать — кровь лилась ручьями, еле остановили, — ответил Мелкий.
— Никогда подобного не слыхивал, а может, вы просто с велосипеда упали? — сказал дядька в полосатой в зелёную полоску пижаме.
Мелкого это задело за живое, и он размотал одну из ран, показал дырку величиной с рубль на ноге.
— А другие раны такие же? — поинтересовался дядька в пижаме. — А то ведь, понимаете ли, развелось много мошенников: мы им бинты, а они ими на рынок торговать!
— Хочешь, я всё сниму, но ты сам меня потом будешь бинтовать, согласен? — закипел Мелкий.
Дядька посмотрел на него, на окружающих и сказал, что ему нужно посоветоваться с женой, и быстро удалился под хохот и свист присутствующих.
— Мальчик, давай я тебя перевяжу, — вызвалась полненькая женщина, представившись врачом.
— Да нет, что вы, мы сами, я всегда врачей боялся, могу в обморок упасть, — отшучивался Мелкий.
— Правильно, парень, не поддавайся, быстрее гангрену поймаешь или столбняк! — сказал не совсем трезвый мужик.
— А где на тебя эта тварь напала? — спросил протиснувшийся через толпу людей тощий пожилой мужик, который по всему его виду был рыбаком.
— А тут недалеко, возле Мелкого озера. Сначала показалось, что проволокой оцарапал, а потом чувствую, как кто-то сильно ущипнул, а дальше как во сне такое началось… — с усталостью в лице сказал Мелкий.
— А меня ведь тоже та же тварь укусила, вот смотри, — и рыбак засучил рукав рубахи, показывая до локтя неглубокую, уже заживающую ранку.
— А вы видели того, кто напал? — спросил Мелкий.
— Да откуда, всё было так быстро, что я даже сначала и не понял, что же произошло, — сказал рыбак.
— А вас где укусили? — спросила полненькая женщина.
— Да вот у железнодорожного моста, я на лодке был, хотел платок сполоснуть, ну и сполоснул на свою голову: кто-то как цапнет меня, и тут же кровища ручьём, еле остановил кровь-то, всю одежду умочил.
— Может, это пиявка, тут есть такие, здоровенные, сам видел, сантиметров 20, — сказал молодой паренёк, показывая величину той самой пиявки между ладонями. Он, правда, их раздвинул до полуметра, над чем над ним посмеялись.
— А ну покажи, где тебя укусили? — попросил парень лет тридцати. Он объяснил, что он ихтиолог по морской живности, но и с речной знаком очень близко: такие укусы характерны для рыб Serrasalmo piraya, то есть пираний, но откуда здесь этот вид? Вот в Италии кто-то из аквариумистов выпустил на волю в канал несколько рыб, так такое началось, что полиция постоянно делает облов в тех каналах.
— Это где гондолы ихние ходят, — перебили его.
— Да там, после этого рыбы там адаптировались и стали приносить потомство, сейчас там купаться опасно для жизни, но нам это не угрожает: пираньи — теплолюбивые хищники, и нашу зиму не перенесут.
— А что они собой представляют, я их никогда не видел? — спросил мордатый мужик.
— Водятся эти рыбы в южноамериканских водоёмах, размером больше ладони взрослого человека. Рыбы почти чёрной окраски, низ живота красный, выдающаяся вперёд нижняя челюсть, усаженная острыми, как бритва, зубами, сразу наводят на мысль, что с этой хищницей лучше не связываться. Пираньи ходят стадами от нескольких десятков до нескольких сотен и даже тысяч. Запах крови вызывает у этих рыб агрессивный ажиотаж и, напав на жертву, они рвут её, пока от неё не останется только скелет.
— Значит, зиму мы перекантуемся как-нибудь, ну и, слава богу! — сказал седенький дедок.
И тут краснолицый обратил своё внимание на этого дедка.
— Слышь-ка, отец, он не ихтихун, он Ихтиандр, наверное?
— Я не глухой, он сам сказал, что он этот самый ихтихун, специалист по рыбам.
Мужики, услышав это, грохнули от смеха.
— Отец, он, наверное, ихтиолог?
— Я что, глухой?
— Ты кто, мужик, Ихтиандр? — спросил ихтиолога краснолицый.
— Ихтиолог он, — сказала неизвестно откуда появившаяся молодая женщина, — ещё вопросы есть? А может, сюда милицию пригласить, они вам расскажут, кто он такой? Всё, Валерий, пошли отсюда!
Краснолицый, подмигнув товарищам, сказал, улыбаясь:
— Валерий, не бздеть!
Тут женщина, видимо, жена ихтиолога, повернулась и говорит ему:
— Какой же ты мужик, если позволяешь себе хамить при женщине, кусок ты дерьма и больше никто!
После этих слов краснолицый мужик стал бледным.
— А вы знаете, с кем вы говорите? — начал, заикаясь, повышать тон бывший краснолицый.
— С говном. Можешь обращаться в суд, может, мои паспортные данные хочешь записать? Ещё вопросы есть? И не дай бог тебе что-то ещё вякнуть нам вслед, будешь у меня на привокзальной площади асфальт с мылом мыть, всё ясно? — строго сказала женщина.
— Не понял, — растерянно сказал хам.
Тогда женщина достала из кармана жилетки красную книжечку и сунула её в раскрытом виде в лицо мужику.
Тот, прищурившись, посмотрел в удостоверение и на решительную женщину, после чего, подняв руки вверх, сказал:
— Всё, вопросов не имею.
Когда она ушла вслед за своим мужем, он, выпятив нижнюю губу, сказал:
— Вона как бывает.
— Эх, ребятки, драть вас некому, — сказал седенький дедок. — Сами вы эти самые Ихти… ху… хуны…
— Ну, ты ещё, отец, тут… Пошли, мужики, отсюда, а то действительно… ментов вызовут, — сказал поставленный на место нетрезвый мужик.

*
Редактирование. Текст не требует существенных стилистических правок, так как авторский стиль выдержан в рамках разговорного повествования. 03.11.2026 г.