28 гл Любители техногенного промтуризма

Любители техногенного промтуризма

— Интересно, куда ведёт этот ход? — спросил Олег.
— Надо было навигатор взять с собой. Это всё ты: «Давай всё бросим, зачем всё с собой тащить», — сказал Саня Олегу.
— А я не знал, что мы сюда сунемся, — ответил Олег, злясь на его придирки.
Мелкий, прислушавшись, сказал, что над ними прошёл трамвай.
— Ход идёт прямо, значит, мы можем выйти на производственных площадях, — сказал Олег.
— На каких площадях? — переспросил Саня.
— Да там то ли автобаза какая-то, то ли цеха какие-то, я не знаю. Как бы нам там не застрять.
— Да короче, идём, а там посмотрим по ходу дела, — сказал Мелкий.
Они прошли до конца тоннеля и упёрлись в дверь.
— Всё, приехали, — сказал Олег разочарованно.
Мелкий потянул на себя ручку, и дверь открылась.
— Обаньки-маманьки, а тут, оказывается, продолжение есть, — сказал он.
Дальше ход вёл в условиях некоторой влажности: на стенах были мокрые пятна с пушистыми подушками белой плесени; стали попадаться разбитые деревянные ящики, почерневшие от сырости и превратившиеся в труху.
Вскоре они дошли до овального колодца, почему-то без лестницы в виде скоб в стене для подъёма наверх.
— Это что ещё за новости? — присвистнул Мелкий.
Осмотрев колодец высотой в шесть бетонных колец и решив, что не стоит даже пытаться подняться, встав друг на друга, беглецы отправились дальше. В одном месте они даже спустились на несколько десятков ступеней ниже.
— Наверное, ход пошёл ниже оттого, что наверху идут коммуникации, — предположил Саня.
— Сколько же здесь дверей, и только один колодец встретился, — удивлялся Мелкий.
— Хорошо, что ещё освещение есть, — сказал Олег.
— А кто-то фонарик взял? — спросил Саня.
— У меня фонарь на брелоке и на телефоне, — ответил Олег.
— У меня тоже на телефоне, — отозвался Мелкий, идущий впереди всех.
— И у меня, не считая зажигалки, — сказал Саня.
— Ну, значит, у нас есть шансы не идти в темноте. Предлагаю: если ход прямой, то зря фонарики не жечь, можно обойтись и одним, — сказал Олег.
— А если света не будет? — спросил Саня.
— Ага, ну это совет для тупых, кто не понял совета, — съязвил Мелкий в адрес Сани.
— Поговори у меня ещё, — пробурчал Саня.
— И что тогда… — ухмыльнулся Мелкий, явно затевая очередную перепалку.
— Мелкий, помолчи, нам ещё твоих воплей здесь не хватало, — сказал брату Олег.
— А чего он…
— Заткнись, сам начинаешь, а потом ноешь. Нам тишина нужна. А что, если нас услышат те, которые за нами гнались? Нам что, тебя потом благодарить? — сказал Олег.
И Мелкий услышал в голосе Олега металлические нотки угрозы.
— А мне что, я молчу, это… — вдруг голос Мелкого осёкся, и он, подавшись назад, дал знак рукой, чтобы те, кто идёт за ним, остановились.
Олег, идущий за Саней, наткнулся на него.
— Да тихо ты, — прошипел Саня.
— А что там? — прошептал Олег, напрягшись.
Мелкий подался назад и тихо сказал, что он что-то слышал.
— А что? — спросил Олег.
— Не знаю, шумит что-то впереди.
Тогда Олег вышел вперёд и пошёл дальше, прислушиваясь при этом к непонятным звукам, которые их насторожили. При приближении он различил шум текущей воды.
Мелкий и Саня, отстав, шли позади, осторожно ступая по гулкому бетонному полу, который совершенно не поглощал звука их шагов, и они, понимая это, старались не топать.
Олег издали заметил отверстие в стене, из которого текла вода.
— Канализация, — сказал он подошедшим друзьям.
— Понятно, что не родник. Пить очень хочется, — сказал Саня.
— А ты попробуй, может, она с газом, а распробуешь — покажется квасом! — опять подковырнул его Мелкий.
— Хороший ты парень, но дурак. И неправильно, что в детстве мало били; надо было прибить ещё в роддоме.
— А ты мой роддом не трожь: это для меня святыня, это, можно сказать, деникинский фронт, на котором погибло немало моих товарищей по рождению, — заявил запальчиво Мелкий, то ли всерьёз, то ли с иронией.
— Надо было тебя, философа, на том фронте грохнуть — жизнь, глядишь, была бы другой, — сказал ему Саня.
— А ты, гнида контрреволюционная, товарища Ленина не трожь! — сказал Мелкий, пламенно подражая киношным героям.
— Скажите, а вы в художественной самодеятельности участвуете? — спросил Мелкого Саня.
— Участвую, особенно когда приходится разливать на троих.
— Ладно, хватит лирики, пошли искать выход отсюда, — сказал Олег.
Они прошли ещё несколько десятков метров, пока не упёрлись в стену и высокий колодец.
Мелкий поднялся по лестнице наверх и попробовал открыть дверь железного домика.
— Приехали… — сказал он устало.
Посовещавшись, беглецы решили вернуться и попробовать как-то вылезти из первого вентиляционного домика.
— Я думаю, что эти сволочи ищут нас в другом месте, — предположил Саня.
— Я так не считаю: кто-то должен был остаться, чтобы караулить тот начальный вход, — сказал Мелкий.
— Но стоит попробовать прорваться, а то мы здесь или сдохнем, или нас те козлы достанут, как мелочь из копилки, — сказал Олег.
Они вернулись назад и осторожно поднялись на верхнюю площадку железного домика.
— Вроде бы никого нет, — прошептал Мелкий.
— Тихо, вроде как кто-то разговаривает, — сказал еле слышно Олег.
Саня прислушался и кивнул.
Парни решили, что их караулят двое и они могли бы с ними как-то справиться.
— Давайте открутим проволоку и, потихоньку открыв дверь, бросимся бежать в цех. Уж там-то они на нас не посмеют напасть, — сказал Олег.
— А если их больше? — спросил Мелкий.
— Какая разница? Всё равно надо драпать, голову же открутят. У тебя, Саня, как: нога-то не подведёт? — спросил Олег.
— Да нет, всё нормально, отошла, смогу удрать, — ответил Саня.
— Ну тогда давай-ка откручивать, но тихо. Если что — молчать и не дышать, пусть думают, что это крысы, — предупредил Олег.

*
Редактирование. Текст не требует существенных стилистических правок, так как авторский стиль выдержан в рамках разговорного повествования. 05.11.2026 г.