33 гл Подземелье старой заводской крепост

Подземелье старой заводской крепости

Мелкий очень удивился наглости своих товарищей, рассматривая похищенные продукты и инструмент.
— Ну, Саня, это тебе уже не срок, а расстрельная статья!
— Да с чего расстрельная-то?
— А за копчёную лопатку… это все сроки перевесит, — засмеялся Мелкий.
— А это не я её снимал с крюка, — сказал Саня, покосившись на Олега.
— Ну, значит, и не ты будешь её есть, — парировал Олег.
Подкрепившись, друзья отправились дальше и вскоре наткнулись на дверь с левой стороны стены.
— Хорошо, что вы взяли инструмент, — сказал Мелкий, собираясь сорвать здоровущий висячий замок на дверных ушах.
Олег потрогал замок и покачал головой.
— Тут пилить надо.
— Ха! Щас я его ломом распилю, — заявил Мелкий, сжимая в руках лом.
— Лучше кувалдочкой шарахнуть, — сказал Саня, освещая фонарём чёрный замок.
Мелкий ударил ломом по замку, но тот не поддался. Тогда он ударил кувалдочкой.
— Успокойся, дурень, замок-то заварен сваркой, — сказал Олег, осматривая замок.
— Саня, посвети фонарём, — попросил Мелкий, тоже осматривая неподдающийся замок.
Он увидел, что дужка приварена с обратной стороны к корпусу замка.
— Не понял, а на фига это сделали? — спросил Мелкий.
— А для того, чтобы подумали, что дверь заварена, — сказал Олег.
— Саня и Мелкий внимательно осмотрели дверь, но ничего не поняли.
— Саня, а ну-ка глянь сюда: видишь, здесь внизу косяк держится на закрученном болте, — сказал Олег. — Это старый приём, которым давно не пользуются, разве только полные идиоты.
Мелкий потрогал его и, поднявшись, посмотрев наверх, присвистнул.
— Болты откручиваются, и дверь с частью косяка открывается.
— Только чем открутить? — сказал Саня.
Оставив друзей, Олег отправился к заводским корпусам поискать подходящий инструмент.
Вернулся он через час с небольшим и с разбитым носом.
— Олег, что случилось? Ты где был? — спросил озабоченно Мелкий.
— Твоего приятеля встретил, — ответил Олег, делая примочку на глаз.
— У меня здесь нет приятелей? — удивился Мелкий.
— Кто тебя так? — спросил Саня, рассматривая раскрасневшийся и припухший нос.
— Да, блин, на электрика нарвался. Когда шёл обратно, он навстречу, я от него, он за мной, а меня какой-то мужик схватил и давай пытаться руку заламывать, а тут этот гад подскочил и спрашивает, где фонари, и в морду. Я ему, а тот, который меня схватил, мне норовит в печень ребром заехать. Ну, вырвался я и бежать, они за мной, я в цех, а там заскочил в раздевалку, они за мной, я стал валить в кучу шкафчики и в окно. А там третий этаж, чуть ноги не переломал. Хорошо, что внизу был газон с кустами, приземлился не очень, но крепко. Дальше дело техники, короче, смылся.
— Ключ принёс? — спросил Мелкий.
Олег вынул из кармана два ключа на 14 и отдал ему.
Открутив болты, парни открыли дверь и увидели уходящие вниз каменные ступени, вырезанные прямо из скального основания, что было под ногами.
— Ничего себе постройка, — сказал Мелкий, осматривая ступени. — Это как же надо надрываться, чтобы их так сделать. Ну, с египтянами всё понятно, но зачем этим-то так мучиться?
— Я болты с собой заберу, а то тут, не дай бог, кто закроет, — сказал Саня, осматривая засверленные в стены штыри, к которым была приварена вся металлическая коробка косяка.
Но Олег, осмотрев место, куда были засверлены болты, сказал, что надо ввернуть болты в косяк.
— Зачем? — спросил Саня.
— А затем, чтобы нас никто не закрыл на другие болты: вон лежит замок с ключиком, — сказал Олег, показывая на небольшую нишу, где лежал замок с вставленным ключом.
Он закрыл за собою дверь и вставил в проушины замок, а ключ положил в карман.
— Теперь нас никто здесь не достанет, — сказал Мелкий.
Саня же, наоборот, сказал, что Олег может ключ потерять, и что тогда.
— Не надо ссать, товарищ Маузер, замок можно сорвать кувалдочкой, — ответил ему Мелкий.
Олег достал из нагрудного кармана блокнот и зарисовал начало их пути, начиная от самого входа в этот подвал. Он нарисовал начальную схему хода и дверь, которую кто-то хитро закрыл от посторонних глаз.
— Саня, включи фонарь, будешь замыкающим, — сказал Олег.
Отсчитывая количество ступеней, Олег первым стал спускаться вниз.
— Один, два, три, четыре… двадцать два, двадцать три… — Олег остановился и подождал, когда Саня подойдёт ближе. — Саня, ты замыкающий, а не отстающий.
— Да я тут на потолке бабу голую рассматривал… — сказал Саня.
— Какую бабу, где ты её увидел, фокусник? — спросил, хихикнув, Мелкий, рассматривая потолок.
— У входа на потолке сажей от свечи нарисовали, — ответил Саня.
— Пошли давай, ценитель наскального искусства, — сказал ему насмешливо Олег.
— Когда она кончится-то, эта лестница? Надо же такую выдолбить, — сказал Мелкий.
— А, похоже, тут конец ступеням, здесь площадка, — сказал Олег.
Площадкой оказалась большая комната, она была пуста.
Олег посветил по стенам, и луч его фонаря упёрся в прямоугольный тёмный проём.
— Здесь есть ход, — сказал Олег.
Походив по комнате, они вошли в ход; первым шёл Олег.
Ход был достаточно широк, и можно было идти свободно, не задевая стены локтями.
Олег увидел, что по обеим сторонам стен имеются входные отверстия прямоугольной формы.
— Похоже, здесь есть комнаты, — комментировал Олег, проходя мимо них. — Посмотрим, что дальше, а потом осмотрим, что здесь.
— Да нафиг, давайте сразу посмотрим, чего бегать-то, — возразил Мелкий.
— Да, Олег, давай посмотрим, — сказал Саня.
Как Олегу не хотелось побыстрее пройти весь этот ход до конца, но он согласился с мнением большинства, рассудив, что всё равно придётся возвращаться.
Они вошли в первый левый боковой вход и остолбенели, увидев лежащие на полу самые настоящие орудийные стволы.
— Ну, нифига себе, — воскликнул Мелкий, бросаясь к орудиям.
Он осветил их зажигалкой, хотя и так их было видно в свете двух фонарей.
— Да тут надпись на стволе, — сказал он.
Олег подошёл и осветил то место, на которое показывал Мелкий.
На оттёртой ладонью поверхности металла ясно проступила надпись «SIBIR: КВ 1724». Позже Олег узнал, что эти пушки были отлиты на Каменском пушечном заводе для Великой Северной экспедиции В. Беринга (1733—1741). И ещё он узнал, что на протяжении многих лет Каменский завод попросту гнал брак, короче, делал халтуру, и всё производство было передано на Верхнетуринский завод.
При внимательном осмотре оказалось, что пушки были бракованные, с ноздреватостью металла, а значит, они могли разорваться при выстрелах. Но всё равно они были уникальны и ценны, и то, что они лежали в тёмном подземелье, было неправильно.
Саня пересчитал стволы.
— 24 пушки.
— А ядра где? — спросил Олег.
— А разве к ним не снаряды идут? — спросил Саня.
— Какие снаряды, пушки-то старинные, тогда не было снарядов, ты что, «Войну и мир» не смотрел? — сказал Олег.
— Смотрел… — ответил Саня, припоминая, какими были военные действия в фильме. — Да, помню, ядра летали.
Мелкий взял у него фонарь и отправился искать ядра и вскоре прибежал, радостно рассказав, что нашёл нечто необычное.
Друзья поспешили посмотреть на его находку.
В одной из комнат находились огромные чугунные сфинксы и огромные неподъёмные орудийные ядра совершенно другого калибра, чем обнаруженные стволы; как их туда затащили, было непонятно. Вероятно, применялись какие-то механизмы, иначе все ступени были бы разбиты.
В других комнатах находились чугунные части от механизмов неизвестного назначения. Осмотрев их и не придя ни к какому определённому мнению, парни решили продолжить осмотр.
Здесь они немного задержались разглядывая старинные пушки и тщётно стараясь прочитать в литье какие-то слова.
— Ну ладно, экскурсанты, пошли гулять дальше, а то нас как бы тут не прищучили те самые идущие по нашему следу сраные бандюганы, — сказал Олег.
Посмеявшись, парни пошли дальше обследовать уходящий неизвестно куда таинственный ход.
Они нашли небольшую комнату, из которой тоже вёл куда-то в неизвестность тёмный ход. В той комнате были стол и стулья, широкие нары с одеялами, где могли бы поместиться пять-шесть человек. Здесь находился небольшой книжный шкаф с книжками и журналами, видимо, притащенный теми, кто облюбовал это мрачное подземелье. На шкафу стоял газовый фонарь с двумя целыми 0,5-литровыми французскими баллонами.
На стены были наклеены бумажные карты художников с голыми бабами, видимо, чтобы было не так скучно. В углу стоял ящик с пустыми водочными бутылками. В почти антикварном буфете находилась посуда: стаканы, тарелки, кастрюлька, чайник, газовая горелка с баллонами и столовые приборы. В углу лежали инструменты: кувалда, кайло, три лома, совковая лопата, ящик с гвоздями, молоток и небольшой гвоздодёр.
— Саня, баллоны и горелку, положив в свой рюкзак, да не потеряй, — сказал Олег.
— А ты, — выпятил нижнюю губу Саня, словно ему сказали поднимать Днепрогресс.
— А у меня продукты под завязку, или давай поменяемся. Я вот газовую лампу могу взять, ведь она хрупкая, чтобы без коробки пихать в рюкзак.
— Надо бы, парни, перекусить, а то весь день бегаем не жрамши, — предложил Мелкий.
Сказано — сделано.
На стол были выложены купленные продукты, и, когда были вымыты стаканы, Мелкий разлил «Солнечный берег». Парни выпили и, закусив, с наслаждением закурили.
Мелкий быстро разобрался с газовым фонарём, и комната осветилась белым светом.
— Ну, теперь тут можно жить, — сказал Мелкий, разваливаясь в кожаном кресле. — Это будет Жрачная комната, где мы будем жрать мутантов.
— Саня, а где оливки? — спросил Олег.
— А их я себе взял, — подал Саня полный прижимости голос.
— Ты чё, урод один, что ли? — рявкнул Мелкий.
Саня вдруг побледнел и, оправдываясь, ответил, что только пошутил. Хорошо, что свет от фонаря шёл вверх, а то бы его друзья увидели, как его лицо стало покрываться красными пятнами от злости. После выпитого он немного успокоился и стал даже шутить вместе со всеми. Он опять поддался искушению что-то присвоить лично для себя, не делясь с товарищами, и это опять сыграло с ним злую шутку.
Саня вовремя опомнился, понимая, что его примирение со всеми чуть было не накрылось медным тазом.
После роскошной трапезы Олег затянул чапаевскую песню; Мелкий и Саня переглянулись и подхватили только последнюю строчку куплета, когда он вопрошающе посмотрел на них.

«Ревела буря, дождь шумел...»

— Ну как с вами идти на дело, если вы такую песню не знаете, а ещё искатели приключений, чёрт бы вас побрал, — сказал Олег слегка хмельным голосом.
— Надо было ещё одну бутылку свиснуть, — сказал мечтательно Мелкий. — Тогда бы можа и вспомнили, чёрт побери, а, как думаете?
— Тогда бы не вспомнили, тогда уже про камыши бы пели, — сказал Саня.
— Щас нас кто-нибудь за стенкой как раз и подслушивает и докладывает наверх, — сказал Мелкий.
— А ты постучи ему, чтобы он заткнулся, он тебя поймёт, — сказал Саня.
— А что, вот узник замка Иф переговаривался перестукиванием, — ответил Мелкий.
— Ну, так долбани кувалдочкой, чтобы он там обосрался от страха, — сказал пьяно Саня.
Мелкий встал со стула, взял в руки кувалду и ударил ею о стену.
В ответ послышался глухой удар, словно он ударил по пустому коробу из досок.
Олег тотчас встал и, забрав у Мелкого кувалду, ударил по стене. Послышался треск, и стена как бы ухнула.
— Трещина, — сказал Саня, показывая на образовавшуюся в результате удара тонкую трещину.
— Там что-то есть, — сказал Олег.
Саня взялся за лом и стал долбить им стену и вскоре едва не выпустил его из рук, когда инструмент чуть ли не наполовину ушёл в образовавшуюся дыру.
Олег, отстранив Саню, стал крушить края отверстия, увеличивая его размеры. Очень скоро крупные куски стали падать ему под ноги.
— Вот вам и граф Монте-Кристо, чёрт бы его побрал, блин, — сказал Мелкий.

*
Редактирование. Текст не требует существенных стилистических правок, так как авторский стиль выдержан в рамках разговорного повествования. 05.11.2026 г.