Почему молчат камни. Глава 2. Красноярск Минводы

В салоне самолета полумрак. Лишь розовым матовым светом горели круги светильников возле надписи:
НЕ КУРИТЬ
ПРИСТЕГНУТЬ ПРИВЯЗНЫЕ РЕМНИ
В иллюминатор Лена видела черную полосу неба, переходящую в синюю, ниже — в голубую, еще ниже — в серую и бледно оранжевую. День и ночь смешались в сознании, уводя Лену в дремоту. Она видела своих коллег-музыкантов, Валю и Нину, на вершине огромной скалы Красноярских Столбов, на головокружительной высоте, где хочется кричать от радости и гордости, когда преодолеешь себя, свой страх высоты, где над тобой — солнце, а вокруг — гигантское море тайги, простора.
Валя что-то говорила, пожимая узкие губы. Сверкали шарики серег в её маленьких ушах, пионерски детская фигурка не соответствовала её довольно большой голове. В музыкальной школе никто не воспринимал Валю всерьез из-за её вечных казусов с учениками и их родителями, её совершенно немыслимые и беспочвенные дрязги с завучем, довольно милой женщиной. НА вопрос, почему она такая маленькая, Валя с достоинством отвечала: «А мы, сибиряки, все морозом пришиблены!»…
Красавица Нина, похожая на американскую кинозвезду, черноволосая,  синими глазами, с небольшими скулами, улыбаясь ярко накрашенными губами, шутила, глядя на Валю:
- Есть у Валюши две мечты: одна — замуж выйти за своего знакомого врача — параноика, шизофреника, косенького и хроменького, другая — в самолет сесть и курицу поесть»…
Вспоминая это, Лена улыбнулась стюардессе, действительно несущей на пластмассовой тарелочке курицу, печенье, булочку и кофе. Рядом дремала Галина Викторовна — тренер по художественной гимнастике. Лена несколько месяцев аккомпанировала гимнасткам и привыкла и к Галине, которая была добра и надежна, и к её девчонкам, - одержимые художественной гимнастикой, они тренировались самозабвенно и терпеливо, каждый день, и при Лене стали первыми в Сибири и Дальнем Востоке. Сейчас летели на первенство «Труда», и на юге надеялись не посрамит  себя и Сибирь.
Было самое начало мая, когда в Сибири разливаются реки, на полгода создавая бездорожье в таежных глубинках. На Северном Кавказе распускались листья, щемяще нежные, завязывались бутоны цветов абрикосов и персиков.
Самолет прилетел в Минводы вечером. Тяжелые густые облака разбивали небо на слои, кончавшиеся голубой полоской у самой земли.  Встречала сибиряков в аэропорту Вера, молодая интересная блондинка — тренер Лермонтовской команды, тоже «художница» и мастер спорта. Когда сели в электричку Минводы — Кисловодск, у Галины и Веры сразу начались профессиональные разговоры о соревнованиях,  которые только и помогают совершенствовать спортивное мастерство и придают гимнасткам силу и уверенность, о том, как мало им помогают и много требуют руководители Дворцов Спорта, о том, что приходится возить девочек вне конкурса в Москву — набираться опыта. Больше говорила Вера. И закачались обручи на худеньких плечах девочек, поспешно разобраны мешочки с мечами и спортивными костюмами. Возле высокой платформы стояла ротонда, поражающая округлостью и белизной, а на другой стороне дороги темнело двухэтажное здание Пятигорского ипподрома с развевающимся красным флагом на маленькой четырехугольной башне.
Неожиданно повалили хлопья снега. «Из снегов в снега приехали», пошутила Галина Викторовна.
Долго ждали автобус на Лермонтов, который пришел почти пустой. Справа, громадной темной глыбой с тремя остроконечными вершинами возвышалась гора. «Это Бештау», - сказала Вера.
- Ночевала тучка молодая на груди утеса-великана, процитировала Лена, и в груди защемило — прилетели к местам Лермонтова и Пушкина. Теперь она увидит Пятигорск — скорее бы!
- Сейчас обогнем Шелудивую гору — и приехали, сказала Вера. Маленький, квадратный городок Лермонтов тихо дремал, освещенный люминесцентными длинными подвесными лампами. Улиц было три, прямых и недлинных. Свернули по одной, и сразу почти подошли к стадиону. Домик гостиницы оказался небольшим, каменным. Кровати  двух комнатах были приготовлены для гостей.
Когда Вера ушла, заснули быстро — сказалась усталость дороги. Проснулись рано, за окном — серое, низко провисшее небо, голые пирамидальные тополя.
Собрались на тренировку. Верины девочки уже заканчивали занятия и, разгоряченные, собрались в раздевалке второго этажа Дворца сорта, знакомится с сибирячками, с нескрываемым любопытством разглядывая их, потом обменивались значками, говорили о школе, о предстоящих соревнованиях.
Разминка, повторение упражнений акробатика — это заняло четыре часа. Уставшие и возбужденные, девочки с Галиной вернулись в гостиницу, раскрашивать мячики в яркие цвета — мячики должны были подсохнуть к следующему утру и ярко сверкать на соревнованиях, создавать праздничное настроение. Лена узнала у Веры, что поиграть на пианино можно во Дворце культуры. «Он сразу за стадионом, только пройти через сквер, и там можно играть сколько хочешь.»