Я, всё - таки, это я

Через какое-то время я понял, что я, всё - таки, это я.
Маленьким, я не хотел умирать, никогда.
Я думал, что я инопланетянин,
Немного поживу на этой планете,
И скоро улечу на свою,
Под музыку Паганини на скрипке Страдивари.
Когда я подрос, то почувствовал, что могу жить без царя в голове,
Но у меня есть потребность в дыхании и лёгкие.
Люблю встречать маму на перекрёстке у магазина,
Ловить пломбир с мишками в арыке,
Ездить в Сочи и Москву,
Стоять там в очереди за эквадорскими бананами,
И мароканским мандарином.
А, чтобы понять, чем отличаюсь от сверстников,
Начал ходить в балетную школу,
Крутил там пируэт, и держал Айседору Дункан, Сцепив руки замком над её балконом.
Ведь когда-то и Айседора осознавала, что она это она,
Пока не встретила Есенина под своим забором.
Да что там Есенина,
Гагарин увидел среди звёзд много важных дел,
А ему уже махал ручкой космонавт Леонов, летающий среди небесных тел.
Тоже выдающийся человек,
Рисовал космос на асфальте, когда ему попадался в руки мел.
Т. е., грубо говоря, я могу быстро сменить обстановку,
От системы - "дом-работа-дом", до космической окантовки.
Летать там себе в небе и смотреть на землю,
Выдавливать из тюбиков печень трески на хлеб, и поджаривать гренки.
На международной космической станции, развешивать после стирки флажки.
Вот флаг Ирана, а вот флаг Зимбабве,
Здесь читаем стихи, а здесь поем мантры.
А перед отстыковкой поспать часок,
И увидеть во сне, что я маленький инопланетянин,
Который любит, как пахнет первый снег,
И какие духи источает платок мамы.