Пограничные конфликты с Японией

В середине 1930-х годов на Дальнем Востоке обострилось противостояние между Японией и Советским Союзом. В 1932 году армия Японской империи полностью оккупирует Манчжурию и создает там государство марионетку. С одной стороны в Монголии был установлен просоветский режим во главе с левоцентристской Монгольской народной партией. С другой стороны Япония, развивая свою экспансию в Китае, частично контролируя Внутреннюю Монголию, создала на северных оккупированных территориях марионеточное государство Маньчжоу-Го во главе с последним императором из династии Цин — Пу И.

После этого на границе СССР начинаются провокации, которые порой перерастают в боевые столкновения. Так с 1936 до июля 1938 года на границе японские военные устроили 231 провокацию, в 35 случаях это закончилось крупными боестолкновениями. Официально Япония предъявляла СССР территориальную претензию по поводу двух сопок (Приозерная и Безымянная) возле озера Хасан. Но по факту японцев раздражала помощь со стороны Союза Китаю, чьи войска продолжали сдерживать японскую агрессию. 15 июля 1938 года Япония выразила ноту протеста по поводу нахождения советских пограничников на спорной территории и потребовала их отвести.

22 июля СССР отвергает требования японской стороны. В этот же день император Хирохито дает разрешение своим войскам применить силу на спорном участке границы против войск СССР. Для наступления японцы развернули войска общей численностью около 20 тыс. человек, их поддерживало 200 орудий и 3 бронепоезда и 70 самолетов. В устье реки Туманная стоял крейсер и 14 миноносцев. У РККА для отражения удара была группировка численностью до 15 тысяч человек, имеющих на вооружение 285 танков,238 орудий и 259 самолетов.

Утром 30 июля пользуясь, туманом, японцы отрядом в 100 человек атаковали сопку Безымянная, которую защищали 11 советских пограничников, потеряв 40 человек японцы ее заняли, но вскоре вынуждены были отойти под натиском подоспевшего подкрепления к пограничникам. Вечером японцы нанесли артиллерийский удар по сопкам Безымянная и Заозерная, и пошли опять на штурм, но атака вновь была отбита благодаря переброшенному батальону из 40-й стрелковой дивизии. 31 июля после артподготовки японцы снова идут на штурм высот силами двух полков, и в ходе ожесточенного сражения занимают их и укрепляют, на свои позиции они устанавливают 40 пулеметов. Попытка вернуть высоты в контратаке двумя советскими батальонами успехов не имела. 2 августа 40-я стрелковая дивизия по приказу Блюхера атакует высоты, но больших успехов они не имеют. На следующий день в зоне конфликта появляется 32-стрелковая дивизия и 2-я механизированная бригада. А на посту командующего Блюхера меняет Штерн.

6 августа после налета 200 самолетов на японские позиции и небольшой артподготовки советские части перешли в наступление. 32- стрелковая дивизия под прикрытием танкового батальона с севера атаковала Безымянную, 40-я при поддержки танков атаковала Заозерную с юга. Разгорелись бои за высоты. 8 августа советские военные захватывают сопку Заозерная, и начинают натиск на гору Богомолова. В попытке спасти положения японская армия наносит два удара по 59-му и 69-му погранотрядам, а так же ведут бой за высоту на участке 58-го погранотряда. Несмотря на все усилия японских военных, 32-я стрелковая занимает, сопку Безымянная 9 августа и выходит к границе. Для недопущения на свою территорию японцы оборудуют позиции для артиллерии, которые после первых залпов были подавлены выстрелами с советской стороны.

10 августа по предложению японской стороны начинаются вестись переговоры. 11 августа днем бои полностью прекратились, а конфликтующие стороны заключают перемирие. В ходе встреч 12-13 августа 1938 года было решено сохранить границу на основании 1860 года. В ходе конфликта советские части смогли защитить границу, разбив группировку противника. Потери СССР в ходе конфликта составили 960 убитыми и 2752 ранеными, японцы потеряли по своим данным 650 человек убитыми и 2500 ранеными, но эти цифры могут быть занижены в 1,5 раза, так как в секретном меморандуме для императора указаны совсем другие потери.

Открытый вооруженный советско-японский конфликт на границах Монголии стал завершением целой серии провокаций, организованных японскими войсками осенью 1939 года. Свое название советско-японский конфликт получил по имени монгольской реки Халхин-Гол (японское название Номон-Хан), расположенной в 25 км восточнее монгольско-маньчжурской границы. Японцы требовали провести ее демаркацию по Халхин-Голу, чтобы гарантировать безопасность строящейся железной дороги Халун — Аршан — Ганьчжур, а Монголия не видела никаких причин для отказа от собственных земель.

Приграничные столкновения начались еще в 1935 году, но особенно ситуация стала обостряться, когда в 1937 году, в соответствии с подписанными договоренностями, на территорию Монголии были введены соединения Красной армии. В январе 1939 года Япония, не забывая обвинять Монголию в нарушении границ Маньчжоу-Го, взяла курс на прямой военный конфликт.

Началом японских провокаций принято считать инцидент 16 января 1939 года, когда японский патруль у высоты Номон-Хан-Бурд-Обо обстрелял монгольский пограничный наряд. Вслед за этим последовала непрекращающаяся череда нападений и обстрелов — в январе-марте 1939 года их количество превысило 30!

В мае японцы начали постепенно наращивать численность своих войск, принимавших участие в провокациях, и, наконец, 14 мая 300 японцев при поддержке авиации атаковали монгольских пограничников и заняли высоту Дунгур-Обо, куда на следующий день подтянули уже две пехотные роты, семь бронемашин и танк. Понимая, что одним монголам уже не справиться, к Халхин-Голу были переброшены советские войска (три мотострелковые и одна саперная роты, артиллерийская батарея), которые 22 мая оттеснили японцев назад к границе. 28 мая японский отряд полковника Ямагаты (около 2600 человек, 75 пулеметов, 18 орудий, 8 бронемашин и танк) атаковал советско-монгольские войска (920 человек, 58 пулеметов, 20 орудий и 39 бронемашин). Советско-монгольская группа отступила, но на следующий день, получив подкрепление, контратаковала, заставив противника вернуться на исходные позиции.

На следующем этапе основная ставка была сделана на военную авиацию. Достаточно активные бои в воздухе начались 22 мая, причем за два дня японцам удалось сбить 15 советских истребителей. В столь кризисной ситуации сюда 29 мая была направлена группа советских летчиков-асов во главе с заместителем начальника ВВС РККА Яковом Смушкевичем, а также подтянуты дополнительные средства ПВО. Все это дало результаты: когда 20 июня вновь активизировались воздушные бои, потери японцев начали быстро расти. За неделю они потеряли 90 машин. На это японцы смогли, впрочем, ответить 27 июня налетом на советские аэродромы, где уничтожили на земле 19 самолетов. Тем не менее, японские ВВС утратили господство в воздухе, что в дальнейшем сказалось на всем ходе боев.

В это самое время Жуков в штабе 3-го кавалерийского корпуса вел разбор недавно завершившихся командно-штабных учений. Неожиданно в зал, где это происходило, вбежал член Военного совета округа дивизионный комиссар Сусайков и, ничего не объясняя, сообщил, что заместителя командующего экстренно вызывают в Москву.

В штабе округа Жуков не смог узнать никаких подробностей. У него уже не оставалось времени, даже чтобы заехать домой. Новость пришлось сообщить по телефону. Александра Диевна разрыдалась, сразу подумав о самом худшем – времена арестов и «троек» были еще слишком свежи в памяти. Георгий Константинович даже не знал, что сказать ей в утешение – сам ничего не ведал.
Утром следующего дня Жуков уже был в Москве в Наркомате обороны, где его сразу же провели к Ворошилову.
Офицер по особым поручениям напутствовал:
– Идите, а я сейчас прикажу подготовить вам чемодан для дальней поездки.
– Для какой дальней поездки?
– Идите к наркому, он вам скажет все, что нужно.
Ворошилов сначала поинтересовался здоровьем прибывшего, а потом сообщил:
– Японские войска внезапно вторглись в пределы дружественной нам Монголии, которую Советское правительство договором от 12 марта 1936 года обязалось защищать от всякой внешней агрессии. Вот карта района вторжения с обстановкой на 30 мая. Вот здесь длительное время проводились мелкие провокационные налеты на монгольских пограничников, а вот здесь японские войска в составе группы войск Хайларского гарнизона вторглись на территорию МНР и напали на монгольские пограничные части, прикрывавшие участок местности восточнее реки Халхин-Гол. Думаю, что затеяна серьезная военная авантюра. Во всяком случае, на этом дело не кончится… Можете ли вы вылететь туда немедленно и, если потребуется, принять на себя командование войсками?
– Готов вылететь сию же минуту, – ответил Жуков.
– Очень хорошо, – кивнул Ворошилов. – Самолет для вас будет подготовлен на Центральном аэродроме… Зайдите к Смородинову, получите у него необходимые материалы и договоритесь о связи с Генштабом. К самолету прибудет в ваше распоряжение небольшая группа офицеров-специалистов.

Никаких особых материалов Жуков в Генштабе получить не сумел – там мало что знали о происходящем на Халхин-Голе сверх сказанного Ворошиловым. И. о. заместителя начальника Генерального штаба Смородинов особо просил Жукова разобраться, что же там делается, и «откровенно доложить».

В ночь на 2 июля японцы форсировали Халхин-Гол и захватили гору Баян-Цаган, где начали быстро обустраивать плацдарм для дальнейшего наступления. Вокруг горы Баян-Цаган развернулись ожесточенные бои, в которые с обеих сторон втягивались все новые и новые части. К вечеру 4 июля японская группировка оказалась в полуокружении, и на следующий день начала отступление к Халхин-Голу. Потери японцев превысили 8,5 тысяч человек, они также потеряли большую часть бронетехники и артиллерии. Новое наступление японцы начали 8 июля и, хотя на первом этапе имели некоторый успех, 12 июля советские войска провели контратаку, отбросив противника на исходные позиции. Также не дала результата и еще одна попытка наступления, предпринятая 23-25 июля. Однако японское командование не собиралось сворачивать операцию: для вторжения в Монголию была сформирована 6-я отдельная армия под командованием генерала Огису Рюхэя. Новое наступление было назначено на 24 августа.

Советско-монгольская группировка на Халхин-Голе перешла в наступление 20 августа — за четыре дня до намеченной наступательной операции 6-й японской армии.

Операция советско-монгольских войск началась в 06:15 с массированного артобстрела японских позиций, а также мощного удара с воздуха. Разделенная на три группы (Северную, Центральную и Южную) пехота, поддерживаемая бронетехникой, двинулась в атаку в 09:00. Не ожидавший удара противник был вынужден отойти по всему фронту; командование 6-й японской армии лишь попыталось укрепить центр позиции, фактически бросив на произвол судьбы свои фланги.

Замешательство японских войск длилось недолго, и уже на следующий день советского наступления уровень сопротивления значительно возрос — особенно на постоянно получавшем подкрепления центральном участке. Японские солдаты оказали яростное сопротивление, с фанатизмом сражаясь до последней капли крови. Полевые укрепления приходилось брать ценой больших потерь. Руководившему операцией Георгию Жукову приходилось вводить в бой резервы: уже 23 августа ему пришлось передать Центральному отряду 212-ю авиадесантную бригаду и последние две роты пограничников.

Тем не менее советские войска, постепенно преодолевая сопротивление противника, продвигались к намеченной цели разработанного командованием плана: окружения японской группировки. Однако командование Квантунской армии вполне отдавало себе отчет о создавшейся на Халхин-Голе ситуации и 24-26 августа предприняло ряд попыток установить связь с 6-й армией, отбросив блокировавшие ее советские войска. Эти попытки провалились, и 26 августа японское командование свернуло свои операции, посчитав их бесперспективными, и отвело свои войска на территорию Маньчжоу-Го.

Вечером того же дня, 26 августа, передовые части Южной и Северной советско-монгольских групп соединились. Теперь 6-я японская армия оказалась в полном окружении. На следующий день Жуков приказал раздробить окруженную группировку на части, после чего приступить к ее уничтожению.

В течение нескольких дней операция была завершена. 29-30 августа отдельные бои шли севернее реки Хайластын-Гол, но уже к утру следующего дня можно было констатировать, что поражение японцев было полным: ни одного японского солдата, кроме пленных, на территории просоветской Монголии не осталось, о чем утром 31 августа Жуков доложил в Москву: «Территория Монгольской Народной Республики была полностью очищена от японских захватчиков».

Для подобного локального, хотя и достаточно длительного конфликта, уровень потерь с обеих сторон был чрезвычайно высок, тем более, если учесть, что основной урон (за исключением авиации) пришелся именно на 20-30 августа. Японские войска потеряли около 17 000 человек убитыми, около 36 000 ранеными, Красная армия — около 9300 убитыми, 16 000 раненными. Было потеряно 207 советских и 162 японских самолета. Поскольку победа осталась за советско-монгольской группировкой, то в ее руках остались и значительные трофеи — одних орудий насчитывалось 30 тяжелых и 145 полевых. Хотя основные бои на Халхин-Голе завершилась к 31 августа, японское командование предприняло еще две серьезные вылазки.

Сначала утром 4 сентября японский отряд силой до двух батальонов нанес удар на высоту Эрис-Улын-Обо, затем через четыре дня, 8 сентября, удар нанес отряд силой до батальона. Но накал боев был уже не тот: обе попытки полностью провалились, а к своим потерям японское командование добавило еще порядка 500 человек убитыми.

Рейд 8 сентября стал последней сухопутной операцией японского командования, после этого оно ограничилось лишь рейдами авиации. Причем самый крупный за всю историю конфликта воздушный бой, в котором приняло с обеих сторон почти 330 самолетов, состоялся в последний день конфликта — 15 сентября.

Поражение на Халхин-Голе привело к падению кабинета генерала Хиранумы Киитиро, которое, собственно, и инициировало весь этот конфликт — оно пришло к власти как раз 5 января 1939 года. Новое правительство, возглавляемое ставленником армии генералом Абэ Нобуюки, согласилось с тем, что дальнейшие бои бесперспективны, и 4 сентября сделало чрезвычайно важное заявление, что не собирается ни в какой форме вмешиваться в разгоравшийся в Европе конфликт. Через несколько дней последовало предложение советской стороне о заключении перемирия. 15 сентября 1939 года в Москве народный комиссар иностранных дел СССР Вячеслав Молотов и посол Японии в СССР Того Сигэнори поставили свои подписи под соглашением о прекращении военных действий в районе реки Халхин-Гол. Соглашение вступило в силу на следующий день, и 16 сентября боевые операции на монгольско-маньчжурской границе, наконец, прекратились.

Японская военщина, окрыленная победой в русско-японской войне начала века, рассчитывала и сейчас на победу, но ошиблась. Красная Армия оказалась намного сильнее прежней царской. И Жуков как главнокомандующий оказался намного сильнее Куропаткина.  После этого началось возвышение Жукова как полководца, которые много сделал и для победы над Германией.

А вот один из первых маршалов СССР Блюхер провалил отражение нападения японцев у озера Ханка,  за что лишился и своего поста, а затем и головы.  Пользуясь отдаленностью Хабаровска от столицы, он слал победные реляции о состоянии войск Дальневосточного округа, которая на самом деле была слабой. В отличие от японцев, которые строили транспортные коммуникации на своей стороне, ничего подобного Блюхер не проводил, уходя в месячные запои.  И когда потребовалось перебросить подкрепления пограничникам, сделано это было с большим опозданием.

Но все хорошо то, что хорошо кончается.  Японцы, получив по зубам на границе, поняли, что с Красной Армией придется воевать по другому, чем  с  войсками Чан Кайши и Мао Дзедуна, и, несмотря на упорные требования Гитлера, своего союзника по антикоминтерновскому пакту, так и не начала полномасштабную войну на Дальнем Востоке.