Второгодница

Кто о чём, а мы о своём.
В старые времена у нас в сибирской деревне Тарханка церковь  Покрова Пресвятой Богородицы была, и  поп был, а как же! Если память не изменяет, то того попа , кажется, Никодимом звали. Поп Никодим справно службу справлял, бабам и мужикам грехи отпускал, ребятишек Закону Божьему учил и грамоте.
  Однажды из Церковно-приходской школы вся в слезах вернулась домой Тонечка Акромовская.
Мать настороженно спросила:
- Ты чё така, доча, зарёвана-то уся? Кто тебя обидел?
Тонечка от того, что ей посочувствовали, пожалели, ещё сильнее заплакала:
- Поп обидел. Я, мамынька, экзамен по «Закону Божьему» завалила.
- Это пошто так-то? Ты же учила? Какой антиресно вопрос тебе батюшка Никодим задал, чё ты не смогла ответить?
- Поп спрашиват меня: «Как называют служителя церкви»?
Мать удивилась:
- И чё, Тоньша, на такой простой вопрос ты ответ не смогла дать?
- Я ответила, мамынька. Я сказала, что служителя церкви называют «поп».  А он опеть спрашиват: «А иначе-то как зовут?» Я ответила, чё мол, «батюшка».
- Усё верно, так и есть, доча.
- Это тебе, усё верно.  А попу неймёца. Он опеть пытат: «Иначе-то как» ?! Я в ответ - «поп».  - Привязался ко мне, спрашиват и спрашиват одно да потому.
- А ты чё?
 - А я заладила в ответ, чё мол, поп да батюшка, поп да батюшка.
Поп осерчал, да как заорёт: «Я  свяшшэнник! Ослиное твоё подобие!»
И оставил меня на второй год-от. Вот учися тепереча сызнова усему. Будь он не ладен, этот по-о-оп. Ни одной жалостинки у ево нету-кааа.  Ы-ы-ы…
- Чё же тута-ка поделаш, доча, слезами-то горю не поможешь! Разговором дело не поправишь! Год пройдёт - износится твоя беда. На ошибках учаца. Век живи, век учись и всё  равно дураком помрёшь.