Житие великомученицы Акулины!

   Моя мама, Акулина Митрофановна Глибоцкая, родилась в 1904-м году в башкирском селе Ново-Троицк Орской губернии, Туркестанского Края. Родилась  в семье ссыльного польского офицера - участнина Второго Польского восстания 1863 года против русского царя! Оставшиеся в живых бунтари были сосланы глухую  Сибирь и безводные казахские степи.   Поляки, скрепя сердцем, приняли на чужбине православную веру,  русские имена и жизнь по новым обычаям.
  Митрофан Глибоцкий имел право носить саблю, иметь коня, но землю пахать сам. Он имел троих сыновей: Терентия, Алексея, Николая и дочь. Она росла красавицей, Акулина.  Мама по неграмотности стеснялась своего имени и лишь в 60 лет, когда я пояснил ей, что в переводе с древнегреческого слово "АКУЛИНА" - на русском языке означает  "ОРЛИЦА" - она заплакала, несчастная!Какими только именами она себя не называла - Валентина, Галина, Килина, Куля, но обидное имя обязательно  становилось достоянием односельчан и товарок по работе!
 Замуж за Ставицкого Моисея Артёмовича она вышла по любви. Моисей полюбил её всей душой. Он тоже всю жизнь  мучился со своим "еврейским" именем.  Видите ли в день его крещения по православному обряду в святцах числились какие-то Ювеналий, Акакий, Авель и прочие  противные русскому уху имена! Остановились на имени святого Моисея Мурина, хоть-он и не очень- то  знаменит. До Революции если поп на кого из крестьян злился, то имена детям недруга давал диковинные: мальчикам Ювеналий, например, девочкам - Пистемея или Устинья!  У мужа кроме доброго сердца оказались золотые руки: ему ничего не стоило починить веялку,сенокосилку, маслобойку, крупорушку, ручную мельницу,телегу, конскую упряжь  и прочий сельскохозяйственный инвентарь. Так он и числился в селе Карабалта металлистом,                Большая семья жила в деревянном доме- пятистенке: в одной половине люди, в другой - телята, ягнята, домашняя птица - все до хлевного возраста. Мала того, что всю эту мелочь надо было кормить длинными ночами, так вся эта живность шумела в темноте, не давая спать снохам. А по утрам надо было доить и кормить коров, задавать корм лошадям, быкам и собакам, выгребать из хлева навоз. Но самым главным врагом молодых женщин в доме была свекровь - с польским именем Кася.
 Эта сварливая женщина сама мало спала,  так  в 4 часа утра поднимала снох ткать холсты! Хотя в доме не было ни постельные простыней, ни наволочек. Жадный свёкор не разрешал такой роскоши.
  - Шо, мы охвицера яки-небудь али паны? - спрашивал строго он. А вредная Кася складывала самотканый материал в  огромный сундук! Да ещё под замок.От кого прятала - неизвестно!
  -Колы она умерла, шоб она сказылась, шоб в аду её черти в смоле варили до сих пор. - вспоминала мама свекровь всю свою жизнь со злобою, - открыли мы той сундук... Так холст  в муку превратился, даже саван для неё не из чего було шить. 
   А с солониной тоже самое  було! Мяса много. Мы его засаливали, а коптить вели к немцам-колонистам  на бричках за 300 вёрст!
  - Идиотизм сельской жизни! - повторял  я в этом случае афоризм Ф. Энгельса, - Мама,нежели самим нельзя было построить эту злосчастную коптильню?   
  -Ни положено було ! - неизменно отвечала она мне, неразумному.
   
   До Гражданской войны жили в покое и в достатке. А потом -началось! Белые придут - грабят, красные - грабят, но называют грабёж мудрённам словом - "национализация". Банд развелось великое множество, одна другой кровожаднее, но в наших краях особо
зверствовали бандиты из братства "Чёрного атамана"- Аненнкова, внука декабриста, и атамана Каширина. Последний зверь в образе человека  связанного крестьянина бросить на эемлю да саблей рубить тело его с головы до ног! В кровавую лапшу превращал человека без пощады. Лишь однажды Каширин пожалел мужика. А случилось вот что! Когда он нашего односельчанина  Фёдора приготовился искрошить,его собака, Трезор, порвала цепь, прибежала к месту казни,  бросилась на палача и свалила его с ног! Каширин побоялся позора быть укушенным собакой.
  - Чья псина? - закричал он громко и стал рубить вёревки на связанном человеке...
  - М-м-моя!  -  едва прошептал обомлевший Фёдор.      
  - Возьми её на руки, отнеси домой и корми спасительницу  до самой её смерти. Как себя! Смотри, проверю!      
   Фёдор взял верного Трезора на руки и они помчались домой. Счастливая жена еле-еле догнала их. Говорили, что он Трезора целовал чаще чем верную жену и детей. Первый кусок со стола отдавал псине. Едва в постель не брал её с собой из собачьей будки.Спасибо отцу-матери Фёдора: пристыдили они сына да пригрозили посадить его из дома и посадить на цепь рядом с его спасителем. Только тогда образумился мужик. А атамана Каширина где в Орских степях зарубили красноармейцы. поэтому он не приехал проверять барскую жизнь собаки.      
    - Но не всегда такое чудо встречалось среди бандитов. - продолжала свой расскзз мама. - В другой раз на село налетело братство Чёрного атамана Аненнкова. И хоть они называли себя братьями:- "брат урядник","брат хорунжий","брат атаман", - зверства творили хуже бандитов Каширина. Один из них помнится по фамилии Яровой встретил за селом кормящую солдатку Катерину. Снасильничал несчастную молодуху, саблей отрезал левую грудь  и засунул кусок женского мяса в рот кричащему младенцу! Обе жертвы "милосердного брата" умерли:  дитё - от удушья, Катерина истекла кровью. Говорили что живодёр на суде сильно плакал, просил его помиловать и добился своего  Ой, страшно вспоминать шо робыли с крестьянами и белые и красные!      
   
   - Только закончилась гражданская война, как началась коллективизация! Продотрядовцы и комбедовцы раскулачивали зажиточных и работящих хлеборобов семьями. Забрали всё до нитки.  Что там делалось в семье Глибоцких мама не знает. Глава семьи Митрофан, оставшись без домашнего  хозяйства назло властям объявил сухую голодовку, лёг в постель и через две недели добровольно умер, ка не уговаривали его родня поесть что-нибудь и выпить кружку воды. Волевой был мужик, ничего не скажешь! Жадная Кася от горя повесилась в амбаре. Старшего сына Митрофана по имени Терентий посадили на 2 года в тюрьму, которые он отсидел на стройке Царицынского тракторного завода (ныне Волгоградского). Не избежал узилища и мой отец, Моисей,  осуждённый какой-то "тройкой"       
тоже на 2 года тюрьмы. А его брат, Николай Ставицкий, подался в чекисты. О нём мы с мамой прочитали о в юбилейном  сборнике "Чекисты", изданном в Алма-Ате к 50-ю Октября.
   Больше всех досталось маме. Она с двумя сыночками-двойняшками в подоле эти 2 года ходила "по пид дворами", побиралась Христа ради. Настрадалась бедняга, но верность мужу сберегла. Обе крошки-сынновья умерли с голоду
она  сама осталась живой просто чудом. Но она по темноте крестьянской не пошла жить в колхозе бо боялась "общего одеяла"... 
   - Мама, да кто на тебя позарился бы,на побирушку оборванную и вонючую? - невежливо,помню, воскликнул я.
   - Сама знаю сейчас, а тоди  вот боялась.
   - Лишь когда мужчины вернулись из тюрьмы она зажила в достатке и покое, хотя и в колхозе. Из Орской губернии их сманила переехать в Киргизию баптистка 
Христинкова. Коварная тётка  уверяла, что там прямо по улицам растёт вкусный урюк, а когда ей не верили то она обещала землю есть, если это не так!. И отец с мамой поверили ей и поехали в тёплые края за урюком. Там и прижились насовсем. Но мама кляла баптистку как могла, в ихнюю общину на улице Ленина так не вступила. И вообще была материальной атеисткой. Насмотрелась в голодном, 1921-м году в Поволжье и в Казахстана человеческих трупов у дорог и в канавах, поэтому в ни а какого Бога не верила.Купили хатёнку в долг, рассчитались с помощью ссуды из банка. Трезвый и не курящий металлист Моисей зарабатывал в колхозе хорошо,да и шабашил исправно. мама сидела дома с детишками. Их тогда у них было пятеро. Старшая сестра Шура умерла в девичестве от врождённого  порока сердца. Потом ещё двое деток не пережили лишений! Осталась дочка  Нюра 1937 года рождения. Сынок Витя тоже умер от какой-то болезни. Меня с братом-близнецом ещё не было на свете.          
   Я, у мамы 9-й по счёту ребёнок, родился прямо-таки  случайно, на пять часов позже моего брата Михаила. Когда он появился на свет, мама сказала на родильном столе: - Дочки, загляните в мою утробу щё раз. По-моему там  хтось есть!      
   - Цыц, колкозница, будешь нас тут  учить как нищету плодить!- закричала на роженицу доктор-акушер Анна Самуиловна Шор, Вера отвезите эту "умницу" в коридор. Пусть на коляске полежит там пока советы давать перестанет.       
    На моё счастье  на смену пришёл очередной дежурный врач, бывший военный хирург Иван Иванович Руденко. Он быстро понял в чём дело с моей мамой, вернул её в родильный зал и, буквально за голову, вытащил меня из материнского лона, ничего у меня  не повредив!               
   Всё это произошло потом, кода началась война с германцами. Подлец, районный вокнком Сизов,  мобилизовал моего отца в Панфиловскую дивизию несмотря на семерых детей, а бронь его отдал по блату какому-то начальнику. Не обученную, или Дикую дивизию, как называли её  сам Иван Васильевич, и его жена-генеральша,
из узбеков, казахов, киргизов, туркменов, таджиков и ссыльных русских  сразу же бросили в бой под Москвой.  Мой папа был в отличие от всех бойцов, владел грамотой. Поэтому командир роты его назначил писарем, когда предыдущего убили. По словам сослуживца Моисея Ставицкого, некоего Иосифа Заритовского, во время окружения  их немцами командир отправил ротного писаря в штаб полка за помощью.      
Тот оставил здесь документы и пошёл выполнять задание. И в полк не дошёл, и назад не вернулся. Или в плен к врагу попал, или свои  каратели из заградительного отряда застрелили, как дезертира с передовой. Эти подлецы не спрашивали у жертв: куда идёшь в тыл? Зачем идешь? Стреляли наповал!   
   Словом, маме пришла похоронка о том, что ефрейтор Ставицкий пропал без вести во время боёв под Москвой. А надо сказать, что по приказу людоедов Сталина, Жукова, Молотова.Берии  и иже с ними - вдовам не давали пособий за погибших мужей! Мама бралась за любую работу, чтобы прокормить четверых детей. Особенно меня поразила известие,что она зиму работала грузчиком на автотранспорт колотого льда на карабалтинском водохранилище... Кирзовые сапоги на босую ногу, фуфайка, солдатская гимнастёрка, косынка и брезентовая юбка - вот и вся одежда на ней! Даже трусов на ней не было все зимние дни. Как не простыла - Бог весть! Спасала самогонка да подкормка от тёти Поляковой Людмилы Ивановны, тоже вдовы. Благодетельница характером оказалась слабее мамы, и за один сезон спилась!А у Акулины при такой работе, при таком питании пропало молоко    
   От голодной смерти нас спасли соседи по двору: учителя Трибунские,Живоглядовы и Алексеевы. Соседка справа, бабища на 10 пудов весом по имени Бойко Васёна Трофимовна, так так та отговаривала маму от сдачи младенцев-близнецов в районные детские ясли. Дескать, там у младенцев берут кровь для раненных бойцов Красной Армии.И уж когда у меня с братишкой Михаилом началась водянка, мама сказала: - Хай подохнут не на моих очах!     Там нас спасли. Через три недели к матери прислали гонца из детяслей. Надо было оформить детям документы. Сильная женщина аж грохнулась в обморок, кода две нянечки вынесли на руках двух краснощёких бутуза, вместо тех рахитичных доходяг, которых она сюда принесла!      
  И опять мне в жизни  повезло! Маме предложили работу завхозом в этих же яслях. В венкомате ей дали справку о погибшем, а не пропавшем без вести, муже. Справка сняла маме все  препоны к трудоустройству. Более того, какая то сердобольная чиновница из этого воинского учреждения разглядела в документах с фронта, что её муж был ротным писарем и имел звание ефрейтора. Видимо военного комиссара  Сизова грызла  совесть за солдатку Ставицкую Акулину,которую он оставил без мужа с 4-мя малыми детьми. Как бы тони было,но ей в обход всех запретов был выписан офицерский  продовольственный аттестат на сумму 55 рублей!  К нищенской зарплате
из детяслей это была существенная прибавка. Кроме того, дети не съедали всего рациона, и мама носила домой в сумке объедки с их столов. А к тёте Васёне заявился чин из военкомата и строго спросил: - Вы откуд не ленилась после работы: она выучилась вязать пуховые шали на заказ и стегать ватные одеяла. Помню, в детстве ненавидел-таки  держать в руках спутанный моток фабричной пряжи, которую мама распутывала в длинную нить. Наступила райская жизнь по сравнению с предыдущим голодным прозябанием зачастую в нетопленой зимой хате. Я часто ходил на проезжую улицу, ждал отца! Часто призывно махал рукой прохожим мужикам чем посеял у соседа дяди Кости Алексеева уверенность в своей душевной ненормальности.  А к тёте Васёне заявился как-то чин из военкомата и строго спросил: - Кто Вам скала, что у детей берут кровь для раненных солдат Красной Армии?  Что уж она ему отвечала - не знаю. Но в дворвой уборной она сидела дня три, похудела на 7 килограммов. После выздоровления она стала часто забегать к нам: то молока, то сметаны, то творога, а то и крольчатиной угостит.
    Но не все ещё беды испытала, оказывается, великомученица Акулина. В 8-м классе из старой берданки наш одноклассник Володька Куренной случайно застрелил брата Мишу! Характерно,что перед роковым выстрелом ржавая винтовка дала пять или шесть осечек! Так из 9-ти детей у мамы осталось в живых  только двое, дочь Нюра и сын Валентин. Я, чего греха таить, был непослушным и языкатым пацаном,перечил ей, попрекал  её кулацким происхождением, но учился хорошо. Выручала память. Меня не любили некоторые учителя, но особенно преподаватель математики Василий Иванович Гордиенко и преподаватель литературы Мария Герасимовна Ефремова. И поделом, надо сказать.  Василия Ивановича я, помню, спросил: - Скажите, а что такое "теорема Ферма?"  А Марии Герасимовне заявил в ответ на вопрос: - Как описал Толстой бальный зал в дома Ростовых?  - Не помню, Мария Герасимовна, буду в Москве, зайду. посмотрю, а потом скажу Вам!  - Да кто же тебя туда пустит, голь перекатная? - вскричала она в бешенстве и выгнал меня из класса.(Забегая вперёд скажу: Судьба распорядилась так, что я в качестве члена Московского Литературно-творческого клуба "Московский Парнас" не один раз бывал в Доме Ростовых, заседал в бальном зале Наташи, не танцевал,каюсь).
  10-летнюю школу я закончил хорошо. Поступил на географический факультет Киргизского университета, но как только узнал, что буду учителем географии в школах, бросил учёбу тут же.   Митрофанушку Фонвизина я помнил наизусть. Поступил в медицинское училище города Фрунзе. Окончил его с отличием, чего восемь лет работал  МСЧ Ш главного управления  Минздрава СССР.  Чего теперь секрет хранить? Все эти медико-санитарные части обслуживали урановые рудники и социалистические городки при них. Снабжение шахтёров было московское. словом не жизнь, а малина!               
   В узком штреке одной из шахт, я свой головой в каске уткнулся в мягкий женский зад,помню, Оказалось, впереди меня ползла по этой же горной выработке цеховой врач Цветкова Инесса Ивановна. Она в тот день навещала своих больных шахтёров на рабочих местах, а я, помощник промышленного санитарного врача, производил инструментальное  измерение характеристики рудничной атмосферы. А на поверхности, вдоволь насмеявшись с ней над этим приключением, я признал в ней мою мечту: копию артистки Марины Влади из кинофильма "Колдунья"! Хотите верьте, хотите нет, но я мечтал об этой девушке вот уже лет пять. Сейчас уже не помню каким счастливым ветром меня занесо на улицу Советская в городе Фрунзе. Блондин с распущенными волосами, в в бежевой кофте и в бежевых же брюках (Это при тогдашних суровых нравах цокала модными туфлями по асфальту на другой стороне улице. Она так врезалась мне в память, что все пять лет до удивительной встрече в шахте я часто видел её во снах и, чего греха таить, даже целовался там с ней! 
   Долго рассказывать о том, как я ухаживал за Инной,песни пел, стихи рассказывал, пока в 1965 году она согласилась выйти за меня замуж. С тех пор и живём вот уже более 60 лет вместе. А женихи у неё были - горные инженеры, макшейдеры и прочие богатыри один к одному. Всё предлагали мне побороться с каждым из них за такую невесту. Один по имени Лёнька, так тот во время пикника в Соловьиной роще схватил меня, помню, поперёк пояса, да и воткнул головою в землю. Как шею не сломал, Бог весть! У меня из носа кровь брызнула. Спасибо Инна крикнула отвергнутому жениху: - Что ты делаешь,дурак? Так убить человека можно! 
  И опять Акулине Митрофановне не повезло побывать своих детей н на свадьбах: ни у дочери Нюры, ни на моей. Она вышла замуж студенткой Киргизского  университета, свадьба была скромная, молодёжяая. Родителей не приглашали ни ни жених, ни невеста. На нашу с Инессой Ивановной свадьбе её и Нюру не пустили, так как работали мы на режимном объекте.
  Когда у нас родился сын Игорь, а потом доченька Света? мама переехала к нам жить и жила при нас в покое и достатке до самой своей смерти в апреле 1979 году.За эти годы,она выучилась грамоте, полюбила чтение книг! Очень нравился ей роман Д.Лондона "Мартин Иден" Всё завидовала женщинам при советской власти, хвалила её за детские учреждения, за больницы. С нетерпением ждала -"Колы люды полетят на Луну, як там жить будут!"С невесткой не ругалась,тем более не говорила о ней плохого слова. Но и моя добрая жена уважала свекровь. Соседские мужики и сослуживцы не раз спрашивали меня, как мне удаётся сохранять мир в семье, научи, дескать. 
Нас часто переводили с  рудника на рудник. Поэтому великомученица Акулина приобрела земной покой на кладбище узбекского города Зарашфана в возрасте 75-ти лет, пусть земля ей будет пухом!


Рецензии