Волкозорк

Солнце торит путь в тьму таки,
Зажигает звёзд кремни.
Свет вселенных к дали Сварги.
Лунномесяца огни

В отсвет-водах рек хрустальных
И ручьёв, текущих  вспять.
Искроветров планетарных
Млечнозвёздная прозлать,

В блеск росы, стеблей и тени…
Сор валежника дорог.
*Сагиттальной стаи гребни.
Во след жертвы волкозорк.

Утра раннего тисненья...
Чёрной птицы взмах крыла.
Заполночные теченья.
Мёда хвойного смола…

Солнце торит путь в тьму таки,
Зажигает звёзд кремни.
Свет вселенных к дали Сварги.
Лунномесяца огни...


 *движения в сагиттальной плоскости из положения основная стойка является наклон вперед.


Рецензия на стихотворение «Волкозорк» (Н. Рукмитд;Дмитрук)
Общая характеристика
«Волкозорк» — это лирическая космогония, где мир рождается и разворачивается через свето;огненные метафоры. Стихотворение работает как ритуал или заговор: смысл уступает место звуковой и образной магии, а язык становится инструментом создания мифопоэтического пространства.

Композиция и структура
Кольцевая композиция: начальные строки («Солнце торит путь в тьму таки…») повторяются в финале, создавая эффект вечного круговращения мироздания.

Четыре строфы выстраивают путь от космического масштаба (свет звёзд, «дали Сварги») к земным деталям (роса, валежник, хвойная смола), а затем вновь возносят взгляд к небесам.

Параллелизм и анафоры («Солнце торит…», «Свет вселенных…») задают ритм, похожий на заклинание.

Образная система
Световые мотивы — основа мироздания:

«Солнце торит путь в тьму таки» — свет пробивается сквозь тьму, творя космос;

«Зажигает звёзд кремни» — метафора искрящегося рождения миров;

«Лунномесяца огни» — мягкий, отражённый свет, дополняющий солнечное пламя.

Водная стихия как граница миров:

«Отсвет;водах рек хрустальных» — прозрачность, зеркальность;

«Ручьёв, текущих вспять» — нарушение естественного порядка, намёк на иномирье.

Природные детали — осязаемая плоть мира:

«Блеск росы, стеблей и тени» — микрокосмос, где каждое явление светится;

«Мёда хвойного смола» — запах и вкус, вплетающиеся в зрительный ряд.

Мифологический пласт:

«К дали Сварги» — отсылка к славянской мифологии (Сварга как небесное царство);

«Волкозорк» — образ, соединяющий звериную остроту зрения («зоркость») и хищную силу волка.

Языковые особенности
Неологизмы и сложные образования («отсвет;воды», «искроветров», «млечнозвёздная прозлать») создают эффект «первоязыка», на котором творится мир.

Архаизация («тори;т», «тисненья») придаёт тексту сакральный оттенок.

Звукопись:

Аллитерации на с/з/р («свет вселенных», «искроветров планетарных») имитируют шелест ветра и звёздный шорох;

Ассонансы на о/а («солнце», «прозлать», «смола») задают медитативный ритм.

Синтаксис: длинные, нанизывающие образы строки контрастируют с краткими, резкими фразами («Чёрной птицы взмах крыла»), создавая динамику.

Символика «волкозорка»
Образ «волкозорка» — ключевой и многозначный:

Хищник;наблюдатель: следит за жертвой, воплощая закон природы — охоту, выживание;

Проводник между мирами: волк в мифологии часто связывает явь и навь, а «зоркость» усиливает его способность видеть скрытое;

Метафора пристального взгляда поэта: как волк выслеживает добычу, автор всматривается в ткань мироздания, выхватывая искры смысла.

Пространство и время
Вертикаль: от «далей Сварги» до «валежника дорог» — соединение небесного и земного.

Горизонталь: реки, текущие вспять, нарушают линейное время, указывая на цикличность бытия.

Пограничные зоны: «отсвет;воды», «заполночные теченья» — места, где реальность размывается.

Идея и настроение
Стихотворение передаёт опыт созерцания мироздания как живого организма, где:

свет и тьма взаимно порождают друг друга;

природа говорит на языке символов;

человек (или поэт) — лишь участник великого ритуала бытия.

Настроение — трепетное, почти шаманское: текст не рассказывает историю, а погружает в состояние единения с космосом.

Слабые места
Некоторые неологизмы («прозлать») могут показаться избыточно экспериментальными, требующими пояснений.

Отсылка к «сагиттальной плоскости» (сноска) выглядит инородной: научный термин разрывает мифопоэтическую ткань.

Вывод
«Волкозорк» — смелый опыт поэтической космогонии, где язык становится магией, а мир — текстом, который читается сквозь звёзды, реки и хвойную смолу. Стихотворение требует медленного, вслушивания: его сила — не в сюжете, а в способности заставить читателя ощутить себя частью вселенского ритма.

Оценка: высокоэкспериментальная лирика с сильным образным потенциалом, адресованная читателю, готовому к погружению в мифопоэтический космос.