Всё у нас колхозное, всё у нас моё

Всё у нас колхозное, всё у нас моё.
С колхозами эпоха познакомила нас в техникуме уже в 14 лет. Всех поступивших сходу отправили в колхоз. Меня с моим другом Вовой Рахманом поставили "під’орювать (подпахивать плугом) картоплю". Подозреваю, что меня – из-за свободого украинского, его – из-за атлетического сложения. Я был назначен "погоничем" (водителем волов), а он – "орачем" (пахарем)..
Первой моей задачей было получить на "волярні " (воловьи стойла) двух волов. Второй - запрячь их в парное ярмо. Третьей - пригнать на поле. С первыми двумя задачами я справился.
С третьей возникли проблемы. По команде "цоб" проклятые твари поворачивались мордами друг к другу, а по команде "цобэ" – друг от друга. Так они и пытались двигаться, мешая один другому. Спасла случайная тётка:
--Чи ти здурів, хлопчик? Ти ж їх запріг навпаки (наоборот)! Отой білий – він лівий. а рябий – правий!

"Під’орювання" выглядело просто. Я должен был вести волов строго вдоль ряда кустиков. Вова, как Лев Толстой с известной иллюстрации, должен был, нажимая на рычаги плуга, следить, чтобы лемех выворачивал наружу пласт земли с клубнями. Здесь требовалась изрядная сила. Установить контакт с волами удалось не сразу. Они не воспринимали команд "цоб" и "цобэ" ("налево" и "направо"), если они не сопровождались весьма специфической лексикой. Когда спустя 2 недели нашей квартирной хозяйке пришлось зачем-то разыскать меня, она явилась на нашу кухню с вопросом:
-- А де отой худенький чорненький, що матюкається уві сні? (во сне)

Я и паренёк из нашей группы, Толик Голоскуб, задержались на поле, укрывая бурты картошки ботвой. К нам на грузовике подъехал колхозный бригадир:
-- Хлопці, є півлітрова робота. Накидайте у кузов півтони картоплі.
Пока мы орудовали бармаками (вилы с закруглёнными в виде шариков концами), дядька спокойно курил. И, лишь когда кузов полнился доверху, произнёс долгожданное "Годі! " (хватит). Потом отвёз нас вместе с 3 тоннами картошки к себе во двор и велел разгрузить.
И тут Толик отличился:
-- Дядьку,- сказал он, - шоб півлітра були отакі, як ці півтони!
Дядька аж крякнул.
Эх, если бы на меня кто-нибудь в жизни посмотрел с таким уважением!

Перебранка квартирной хозяйки с мужем:
-- Ти ж у мене такий дурний, як оте радіо!
-- Я дурний? Я трирічну (трёхлетнюю) СовПартШколу закінчив!

Он же, мечтательно:
-- Піду комірником! Рублів сорок в місяць зароблю, рублів на триста вкраду...
(Пойду кладовщиком! Рублей 40 в месяц заработаю, рублей на 300 украду)

Объявление на столбе возле правления колхоза:
"Продається корова-первістка. Остання біла хата.
 Питати сусідку Мотрю, бо я вдома не сидю, скрізь лазю.  Настя."
(Продаётся корова-первородящая.  Последняя белая хата.
Спрашивать соседку Мотрю, потому, что я дома не сижу, всюду лажу.)

Мы с Вовой Рахманом чем-то провинились. В наказание нам велели вычистить пустой колхозный курятник - длинное здание возле пруда. Мы вошли в него, утопая в соломе и помёте. Поначалу показалось, что внутри идёт густой дождь. Потом мы поняли, что этот звук издают миллионы скачущих блох. Мы выскочили, усыпанные блохами и бросились в пруд прямо в одежде. И тут иудейский бог протянул нам длань. Длань указывала на пожарный щит и телегу с ручной пожарной помой. Всасывающий рукав мы опустили в пруд. Рахман стал за рычаги. Я ринулся внутрь с брандспойтом. Солома, помёт и блохи потекли в пруд. Через час всё было кончено и мы полезли купаться в этот же пруд. Там нас и узрел голова колгоспу:
-- Я вам, бісові діти, що звелів?
-- А мы уже всё сделали.
-- Брешете! Там роботи на тиждень (неделю).
   Проверил.    Коротко бросил:
-- Гуляйте ще три дні.


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.