Глава 7. До её двери

Глава 7. До её двери

В банке снова зажгли лампы.

Логарифм разложил на столе старую карточку из архива.

Леденцовый город. Марципановый переулок.

Номер дома размыло пятно. Первая цифра походила на единицу или семёрку, а вторая — на шестёрку или каплю молока.

Кляксик повернул карточку боком.

— Если смотреть так, получается улитка.

— Варежка вряд ли жила в доме номер «улитка», — сказала Агата.

— А вдруг?

Логарифм достал толстый городской справочник.

— Проверим по фамилии.

Он раскрыл книгу на букве «В».

В справочнике нашлись две Варежки: Белолапая из Сметанного посёлка и Тёплая из Леденцового города.

— Тёплая подходит, — сказал Изюмчик. — Варежки бывают тёплыми.

Мурзик улыбнулся.

— Посмотрим на адрес.

Рядом с именем стояло:

Марципановый переулок, дом 16.

Изюмчик придвинул старую карточку.

— Смотри! Первая цифра похожа на единицу. А вторая — на шестёрку.

— Похоже, мы нашли нужный адрес, — сказал Мурзик.

— Или дом номер «улитка», — напомнил Кляксик.

— Кляксик.

— Всё, молчу.

Мелисса смотрела на строчку в справочнике.

— А если она уже не живёт там?

— Можно написать ей, — предложил Изюмчик. — Тогда узнаем.

Мелисса взяла карандаш.

— Что написать?

— Что ты хочешь приехать.

Она долго держала карандаш над листом.

Потом написала:

Варежка, можно я завтра приду?

Мелисса.

— Слишком мало? — спросила она.

— Вопрос понятен, — ответил Логарифм.

— Но она не знает, зачем я приду.

Мелисса посмотрела на коробочку.

— Если согласится, я расскажу.

Логарифм указал на адрес банка.

— Ответ можно прислать сюда. Если отправим телеграмму сейчас, она может прийти утром.

— Тогда пойдём на почту, — сказала Мелисса.

Почта уже закрывалась, но за стойкой ещё сидел голубь Почтарик.

— Срочная телеграмма в Леденцовый город, — сообщил Логарифм.

Почтарик надел маленькие очки.

— Получатель?

Мелисса ответила:

— Варежка Тёплая. Марципановый переулок, дом шестнадцать.

— Отправитель?

Она ненадолго задержала дыхание.

— Мелисса. Сливочная улица.

Почтарик сложил лист.

— Доставим сегодня вечером. Ответ, если будет, прибудет первым утренним рейсом.

— Если будет? — переспросил Изюмчик.

— На телеграммы не всегда отвечают.

Почтарик уже направился к окну, когда Мелисса окликнула его:

— Подождите.

Она дописала два слова и снова сложила записку.

— Теперь всё.

Почтарик закрепил сообщение и вылетел в снежную темноту.

— Что ты добавила? — спросил Изюмчик.

— «Пожалуйста, ответь».

Ночью Сливочная улица стала белой.

Мелисса сидела у окна с коробочкой на коленях. Внутри лежали письмо, компас и завёрнутый в ткань голубой осколок.

Она взяла незаконченный шарф из «Лунной Мяты», но петли выходили тугими. Мелисса распустила ряд и отложила спицы.

На улице звякнул колокольчик банка.

Она подняла голову.

Через несколько секунд колокольчик звякнул снова.

Потом раздался голос Логарифма:

— Кто там? Банк закрыт! Точно закрыт!

В ответ послышалось громкое воркование.

Мелисса распахнула дверь.

К банку уже бежали Мурзик, Изюмчик и Агата с фонарём. Почтарик стряхивал снег с крыльев.

— Ответ из Леденцового города, — сообщил он.

Мелисса остановилась у калитки.

— Заберёшь сама? — спросил Мурзик.

Она кивнула.

Почтарик протянул ей маленький сложенный лист.

На нём было написано:

Мелиссе.

Почерк был ровным и аккуратным.

Мелисса развернула телеграмму.

Я буду дома.

Приходи.

Варежка.

Она перечитала ответ дважды.

— Она согласилась? — спросил Изюмчик.

— Да.

— Тогда утром едем!

Мелисса убрала телеграмму в карман.

— Утром.

Утренний поезд в Леденцовый город отправлялся в семь часов.

На вокзале было темно. Под фонарями кружился снег, а рельсы блестели, будто посыпанные сахаром.

Мелисса пришла первой — в синем пальто, с сумкой через плечо и коробочкой в лапах.

Следом появился Мурзик в пелерине, не скрывавшей хвост.

Изюмчик прибежал в новом свитере и длинном шарфе.

— Я готов!

— Ты уверен, что едешь? — спросила Мелисса.

— Конечно.

— Дорога долгая.

— Я ездил в холодильном вагоне.

— Это не делает каждую следующую поездку обязательной.

Изюмчик прижал лапу к карману с лунной монеткой.

— Я первым нашёл карту. И под сарай лазил.

Он подумал и добавил:

— И я твой друг.

Мелисса поправила ему шарф.

— Хорошо.

Агата, Логарифм, Кляксик и Баламут пришли проводить их.

Кляксик нёс бумажный пакет.

— Омлет передал булочки.

— Все? — спросил Изюмчик.

Кляксик крепче прижал пакет.

— Почти все.

Агата посмотрела на крошки у него на усах.

— Понятно.

Логарифм передал Мурзику сложенный план Леденцового города.

— От вокзала сорок два кошачьих шага на север, затем направо…

— Логарифм, там наверняка будут указатели, — сказала Агата.

— Указатель может быть повёрнут ветром.

— А твоя карта может быть устаревшей.

Логарифм задумался.

— Лучше использовать оба источника.

Баламут стоял немного в стороне.

— Мелисса.

— Что?

— Не пытайся придумать идеальное признание.

Она посмотрела на него.

— А ты придумал?

— Нет. Когда меня нашли, я вообще забыл всё, что собирался сказать.

— Очень ободряюще.

Баламут улыбнулся.

— Зато потом сказал правду.

Мелисса кивнула.

— Спасибо.

Паровоз выпустил облако пара.

— Леденцовый город! Посадка заканчивается! — крикнул кондуктор.

Изюмчик обнял Агату, Логарифма и Кляксика, а Баламута — за одну ногу.

— Мы вернёмся с Варежкой? — спросил Кляксик.

— Не знаю, — ответила Мелисса.

— А компас вернётся?

— Нет. Он останется у неё.

Кляксик кивнул.

— Тогда привезите хотя бы булочки.

— Кляксик! — сказала Агата.

— Что? Я же не прошу компас.

Дорога до Леденцового города заняла почти два часа.

Изюмчик съел булочку, поспал и пять раз спросил, скоро ли они приедут.

За окном белели поля и согнутые снегом деревья. Иногда мелькали станции с леденцовыми вывесками и цветными фонарями.

Мелисса держала коробочку на коленях.

— Можно поставить её на стол, — сказал Мурзик.

— Мне и так удобно.

Изюмчик посмотрел на её лапы.

— Они дрожат.

— В вагоне холодно.

Мышонок потрогал батарею.

— Горячая.

Мелисса невольно улыбнулась.

— Тогда, наверное, я волнуюсь.

— Я бы тоже волновался, — сказал Изюмчик.

Некоторое время они ехали молча.

Потом Мелисса спросила:

— Что мне сказать первой?

— «Здравствуй», — предложил Изюмчик.

— После этого?

— «Я принесла твой компас».

— А потом?

Мышонок задумался.

— Можно показать письмо.

Мелисса посмотрела на него.

— Я хочу сказать сама.

— Тогда скажешь.

Мурзик достал из пелерины старую карту.

— Если забудешь слова, не обязательно вспоминать их все сразу.

— А если Варежка рассердится?

— Тогда выслушаешь её, — ответил он.

Мелисса провела лапой по выцветшему цветку на крышке.

— Я много раз представляла эту встречу.

— И что происходило? — спросил Изюмчик.

— Варежка сразу говорила, что всё понимает. Потом мы обнимались.

— А теперь?

Мелисса посмотрела на письмо.

— Теперь я просто хочу отдать ей компас.

Поезд замедлился.

За окном появились первые дома Леденцового города. Их крыши были розовыми, голубыми и жёлтыми. На водостоках висели сосульки, похожие на прозрачные леденцы.

— Здесь красиво! — сказал Изюмчик.

Мелисса подняла глаза.

— Да.

Марципановый переулок оказался дальше, чем обещала карта Логарифма.

Они сделали сорок два больших кошачьих шага на север, повернули направо и упёрлись в тупик.

— Логарифм предупреждал про указатели, — сказал Изюмчик.

Мурзик посмотрел на табличку. Она была повёрнута к стене.

— А карта, похоже, устарела.

Он развернул указатель.

Стрелка показывала в противоположную сторону.

— Логарифм оказался прав сразу два раза, — сказал Мурзик.

— Не говори ему, — попросила Мелисса. — Он будет счастлив слишком долго.

Они перешли площадь, миновали лавку леденцов и вышли к переулку с узкими резными домами.

Он начинался у фонтана.

Даже зимой вода в нём не замерзала, а посередине стояла фигурка котёнка с картой.

Мелисса остановилась.

— Варежке бы понравился этот фонтан.

— Может, поэтому она здесь живёт, — сказал Изюмчик.

Дома шли по одной стороне переулка: два, четыре, шесть.

У восьмого на окне висели бумажные снежинки. У десятого стояли горшки с замёрзшими цветами. На двери двенадцатого была нарисована чашка.

Следующим стоял дом шестнадцать.

Небольшой, светло-серый, с голубой крышей.

На калитке висела табличка:

В. ТЁПЛАЯ.

КАРТЫ, ПЛАНЫ И СХЕМЫ.

Изюмчик просиял.

— Она всё ещё рисует!

За окном виднелся стол с линейками, карандашами и свёрнутыми листами. На стене висела карта города.

Мелисса остановилась посреди дорожки.

— Здесь, — тихо сказала она.

Мурзик кивнул.

— Похоже на то.

Изюмчик подошёл к ней.

— Мы можем подождать у калитки.

— Нет, — ответила Мелисса. — Пойдёмте со мной.

Они поднялись на крыльцо.

Перед дверью висел медный колокольчик в форме маленькой варежки.

Мелисса подняла лапу.

Потом опустила.

— Я не могу.

Изюмчик посмотрел на колокольчик.

— Можно я позвоню?

Мелисса немного подумала.

— Можно.

Мышонок потянулся и дёрнул за шнурок.

Динь.

За дверью послышались шаги.

Мелисса крепче прижала коробочку.

Дверь открылась.

На пороге стояла светлая кошка в зелёной жилетке. На переносице сидели маленькие круглые очки, а за ухом был заткнут голубой карандаш.

Она посмотрела на Мурзика, на Изюмчика, затем — на жестяную коробку с выцветшими голубыми цветами.

Карандаш выпал из-за её уха и покатился по крыльцу.

— Мелисса?

Мелисса открыла рот.

Ни одно из заготовленных слов не вспомнилось.

Она протянула коробочку.

— Я принесла твой компас.

Варежка не пошевелилась.

Мелисса сделала вдох.

— Это я его взяла. И сломала.

Снег падал между ними.

— Я спрятала его, — продолжила Мелисса. — А ты думала, что потеряла сама.

Варежка посмотрела на коробочку.

— Все эти годы?

Мелисса кивнула.

— Все эти годы.

Дверь оставалась открытой.

Варежка не приглашала её войти.

Но и не закрывала дверь.