Искусство безумия как секретный выход в мир иной

Стремление к социальному единению имеет своим происхождением внутренний магнетизм центростремительного вектора своего напряжения, потому что духовное поле всегда многолико оттенками своей собственной сути, а поэтому сама социальность это не более как элемент базового эгоцентризма, основанного на желании как энергии невозможного, поскольку возможное не требует особых энергетических затрат.

Искусство действительного конечно увлекательно, однако пытливое сознание оно угнетает именно своей перспективой конечной возможности как фактуры обыкновенного прямого или опосредованно прямого действия – что неинтересно и просто скучно на определённом участке конструирования созидательной схемы, имеющей достаточно просматриваемый фарватер движения и конечную остановку в виде надгробия реализации самой возможности, потому что конечный аккорд творения это чисто эстетическое убийство, оставляющее покойного в виде запечатанной последним штрихом мумии.

Классический процесс творения состоит из актов извлечения из сознания ярких в той или иной мере штампов, заученных тем или иным методом в то или иное время и представляющий в достаточной мере плагиат, поскольку за аллюзией бисера фраз всегда маячат предыдущие пользователи подобными комбинациями, что при достижении определённой фазы восприятия становится не то что скучно, а просто невыносимо.

Сама фактура устремления как мотива захвата желания, то есть активной потенциальности, не приемлет поделок примитивного уровня, именно по этой причине существует краткая универсальная максима – знания несут печаль.

Можно уточнить – практические знания реальной реальности убивают желание как первопричину состояния перманентного счастья в котором личность пребывает в отроческом возрасте, когда и деревья большие и горизонты бесконечные и все шлагбаумы открыты.

Желание не столько стоит того, чтобы иметь, сколь бесконечно и бессмысленно желать, впадая в транс предположений и открывая путь бесчисленным моментам надежды счастья и любви, которых–то по сути может и не быть, но, тем не менее они уже на месте, здесь, горят лазурью совершенства и ясности происхожденья неземного, божественного – можно так сказать, поскольку боги все всегда в одном – в душе, где можно всё всегда – навеки.

Унитарность же стандартизации универсального подхода к архитектуре архетипов не позволяет войти в поле их местонахождения и рассмотреть исходную картину, скрытую замысловатостью разросшегося многовекторного постсозидательного практицизма, уничтожающего базовый смысл как первопричину, превращая его в стандартное следствие широкоформатной коллизии глобального латентного декаданса.