Азбука жизни Глава 9 Часть 89 Какое очарование!

Глава 9.89. Какое очарование!

— Виктория, что это было? Какое очарование!
— Аркадий Фёдорович, я это от вас слышу с детства. Эдуард Петрович написал музыку, а я к этому очарованию — стихи. Диана хотела услышать и на английском. Пока наши американцы отдыхают в Подмосковье, я сочинила текст и на английском.
— Молодец! Английский у тебя хороший. А почему никогда нам свои стихи не показывала, как и детский дневник?
— Я никогда не забывала напутствие Пушкина его детям: «Если стихи будут писать хуже меня, то не надо их показывать другим». Лучше Пушкина мне не написать.
— А как к прозе своей относишься?
— Как Чехов. Не могу молчать.
— Именно так, Аркадий Фёдорович!
— А Эдуард решил получить техническое образование ради тебя?
— Соколов согласился со мной, что хороший композитор и музыкант должен иметь и техническое высшее образование. И школу он окончил с отличием, в отличие от меня.
— Тебе хотелось везде успеть.
— Вот по этой причине я и не хочу публиковать свои детские дневники. Кстати, после школы я их ни разу не открывала. А когда Николенька появился в моей жизни, я от них просто избавилась, отдав ему и предупредив, что иначе их удалю. Я слишком рано, живя возле академиков и докторов наук, стала взрослой.
— Верно. Мариночка переживала, понимая, что ты с нами особенно не делилась впечатлениями об окружающих.
— Но и вы все в моём присутствии надевали розовые очки. Телевизор никогда не включался, если только новости смотрели у себя в кабинетах, но меня они в детстве не интересовали. А вот зависть и раздражение к себе я видела, легко объясняя. Как мне не завидовать, если я родилась среди истинной элиты в трёх поколениях? Я и сама себе завидую!
— Аркадий Фёдорович, Виктория всегда находит оправдание тем, кого она раздражала.
— Как получишь университетское образование с математическим уклоном, тогда и поймёшь, Соколов, почему у меня не могло быть обидчиков.
— Как и поклонников?

Аркадий Фёдорович решил поддержать Эдика, но тот пропустил это мимо ушей, понимая, что я всегда была дочкой для его родителей, как и для Ромашовых с Беловыми. Иначе я и ребят не воспринимала, как братиков и надёжных защитников. А Вересов просто вовремя подвернулся. Я уже повзрослела. Скажи им сейчас — они только улыбнутся, особенно старший Белов. Я для него навсегда останусь школьницей, потому что видел меня только тогда. А теперь — переезды из города в город, из страны в страну.

— Эдик, а я написала к последней твоей мелодии текст на английском.

Эдик с удовольствием идёт к роялю. В предвкушении, что будет рождаться новая мелодия, догадываясь, что текст я написала другой. Насколько же мы знаем друг друга! И Аркадий Фёдорович доволен. Он всегда был рад, если возле меня появлялись Ромашов с Соколовым.

---

Заметки на полях

1. «Лучше Пушкина мне не написать».
Она не кокетничает. Она знает высоту, которую не взять ни дерзостью, ни талантом. Это не скромность, а точная самооценка.

2. «Как Чехов. Не могу молчать».
Чехов не мог молчать о пошлости, о равнодушии, о том, что душит человека. Она — о том же. Но её оружие не рассказ, а вся жизнь, пропущенная через текст.

3. «Техническое образование — для композитора».
Эдик получил его ради неё. Не из подчинения, а из уважения к её логике: талант без дисциплины — только половина дела.

4. «Я и сама себе завидую».
Фраза, которую могут не понять. Она не о гордыне. Она о благодарности: родиться в трёх поколениях «истинной элиты» — это не заслуга, а дар. И она это осознаёт.

5. Детские дневники — отдала Вересову или удалила.
Она не хочет, чтобы их читали. Даже себе. Потому что та девочка была слишком взрослой. И потому что настоящая правда не всегда должна быть опубликована.

6. «Вересов просто вовремя подвернулся».
Она говорит это с лёгкостью, почти небрежно. Но все знают: «вовремя» — это когда оба созрели. И он не «подвернулся», он пришёл.

7. Эдик идёт к роялю — новая мелодия, новый текст.
И Аркадий Фёдорович доволен. Потому что видит: их связь — не только музыка, но и понимание без слов. Это и есть то самое очарование, с которого началась глава.

---

Глава 9.89 — о том, что очарование рождается не из внешней красоты, а из глубины. Из умения не молчать, из готовности учиться новому, из способности ценить свой дар и не завидовать даже самой себе.