Реальность, как она есть Глава 5

В последние дни Станислав Козаринов полностью перестал понимать происходящее вокруг. Уж очень странной и почти детективной выглядела ситуация, в которую он непонятно каким образом оказался вовлечён. В это время, как ни обидно, даже любимые лингвистические исследования отошли на второй план — всё буквально валилось из рук.

Дело в том, что примерно неделю назад Стас случайно заметил за собой слежку. Самую настоящую! Эти ребята особо не шифровались, но и не мозолили глаза. Поначалу Стас даже не мог сосчитать, сколько же топтунов за ним ходит. Двое типов неотступно следовали за ним чуть ли не след в след. Следующих преследующих он обнаружил ещё через пару дней: их тоже было двое, и наблюдали они не только за писателем, но и за первой парой шпионов.

К сожалению, на этом новости не заканчивались. Нашлись ещё двое, которые присматривали за всей процессией в целом и каждые полчаса звонили кому-то с докладом. Стас долго ни о чём не подозревал, не догадываясь, какая многослойная очередь выстраивается за его спиной каждый день.

Впрочем, как-то раз во время променажа он решил немного пошалить. Шустро заскочил в первый попавшийся магазин — так, как научил его когда-то один знакомый из... ну, в общем, оттуда. Через окно Стас понаблюдал за суматохой, возникшей из-за его внезапного исчезновения, и всё понял. Точнее, не понял ровным счётом ничего, но испугался не на шутку. Даже глубокой ночью, когда он находился дома, топтуны караулили под окнами, временами мелькая в тенях между деревьями.

В конце концов Стас не выдержал и поделился наблюдениями со словоохотливой соседкой.

— Ой! Что вы такое рассказываете, Станислав! Я ведь теперь буду бояться из дома выходить, — воскликнула Милослава Матвеевна, а затем заговорщически, полушёпотом добавила: — Послушайте, а может быть, это международные террористы-грабители готовятся к какому-нибудь очередному преступлению века?

— Возможно и так, но тогда причём здесь я, начинающий писатель? — ответил Стас. — Что с меня взять-то?

— Постойте, — продолжила гадать соседка, снова переходя на шёпот. — А может, это опять возрождается КГБ со своими старыми порядками? И уже начались преследования граждан за очередное чего-нибудь?

— Может быть. Может быть, — повторил Стас, задумчиво глядя в окно. — Кто знает, что на самом деле происходит там, снаружи.

Как бы то ни было, бросать свои променажи по городским улицам Стас ни за что на свете не собирался. Это был бы абсолютный абсурд, всё равно что перестать дышать. И всё же выяснить, что происходит на самом деле, хотелось нестерпимо.
Было ясно: идти в полицию бесполезно. Нервы истратишь, а реальной помощи всё равно не дождёшься. В своё время Стас уже пытался подать заявление об исчезновении семидесятипятилетней бабушки, но дела в участке заводить не стали — даже бумагу не приняли ввиду полной «бесперспективности случая», как сухо объяснил следователь. Частный детектив пришёлся бы как нельзя кстати, но частник Станиславу сейчас был явно не по карману.

Он решил пойти к собратьям по перу. Эта активная пишущая братия знает обо всём на свете — ну, или почти обо всём. Если не реальную помощь, то дельный совет получить от них Стас точно рассчитывал.

Впрочем, мнения друзей и знакомых разбежались. Одни сразу обвинили его в ненароком разыгравшейся писательской фантазии и чрезмерном увлечении детективным чтивом. Они настойчиво советовали не отпускать страхи в свободное плавание, иначе очередной приступ мании преследования быстро доведёт до ручки. Другие многозначительно кивали, поддакивали и нагнетали панику, твердя о смертельной опасности ситуации, но при этом уверяли, что делом обязаны заниматься профессионалы из органов, а вовсе не литераторы.

В одном «друзья» оказались поразительно единодушны: под разными благовидными предлогами, ссылаясь на занятость и что угодно ещё, они все дружно сказали Станиславу «нет». Отказали не только в участии, но и в банальной моральной поддержке в это тревожное для него время.

И лишь один человек не оставил его. Только Милослава Матвеевна, далеко не всё понимая, но принимая чужую беду близко к сердцу, осталась на стороне Стаса. Вместе они решили если не распутать, то хотя бы просто пережить это странное и непонятное наваждение.

Правда, вскоре некоторую определённость в ситуацию — самую малость — внесли сами «топтуны»... хотя, скорее всего, нет. Всё то, что произошло в тот момент, внесло лишь ещё большую сумятицу и кавардак в голову Стаса. В один из вечеров, когда он, возможно, ожидал кого-то под часами или просто о чём-то задумался, писатель получил неожиданно сильный тычок в спину. Впрочем, в следующее мгновение кто-то крепкий и сноровистый подхватил его, летящего носом вниз, и аккуратно поставил на ноги.

— Осторожнее нужно быть, товарищ. Под ноги нужно смотреть, — раздался участливый голос возле самого уха. — Вам ведь ещё работа предстоит. Большая работа.
Всё случилось так быстро, что Стас растерялся и не успел ничего сообразить. В те доли секунды он не смог заметить ни своего обидчика, ни того, кто поддержал его и помог не упасть.

В то же самое время — возможно, секундой раньше или позже, не так уж важно — произошло ещё одно, на сей раз удивительно приятное, из ряда вон выходящее событие. Мимо Стаса, там же, возле часов, промелькнуло прелестное женское создание. Всего лишь мгновение он мог наблюдать это чудное видение, но запомнилось оно на всю жизнь. Изящная, полупрозрачная девушка вышла как будто из стены и через несколько метров бесследно исчезла в другой, за колонной. Стас успел рассмотреть лишь лёгкое платье, стройную фигурку и уловить дивное звучание её шагов. Каблучки незнакомки не цокали по асфальту, как это обычно бывает. В тот миг Стасу слышались удивительно чистые звуки, как будто девушка, чуть касаясь струнной дорожки, играла на ней пиццикато.

Так что нельзя было с точностью ответить, какое из двух событий произвело на Станислава большее впечатление и ярче, острее врезалось в память... Хотя...
— Милослава Матвеевна, я влюбился! — первое, что сказал Стас, ввалившись вечером на общую кухню. Соседка как раз устроилась за столом с чашкой любимого травяного чая. — Я потрясен! Я поражён! Я помешан!

Его спутница по ежевечерним разговорам была женщиной не совсем обычной. Стас давно заметил, что от бесед с ней, пусть даже о сущих пустяках, в голове у него проясняется, а на душе становится ощутимо светлее. И всё же в этот раз она почему-то совсем не торопилась реагировать на эту, как казалось Стасу, сногсшибательную новость.

— Чаю хотите? — игнорируя его восторги, спросила Милослава Матвеевна.
— Да, да, конечно, — ответил Стас уже более спокойно.

Она поднялась из-за стола, достала из буфета большую кружку, затем не спеша, почти ритуально налила туда своего особенного чая и снова уселась. После насыпала в розетку волшебного на вкус брусничного варенья и пододвинула это богатство поближе к Станиславу. Налив себе в блюдце ещё чаю, она отправила в рот печенье, подула, сделала несколько маленьких глотков и только тогда спросила:

— И кто же она... та самая, ваша единственная?

— Я не знаю! — ответил, улыбаясь, Стас.

— И как же её зовут? — продолжала она тоном участливой соседки.

— Я пока не знаю её имени, — мечтательно ответил Стас. — Но уверен: имя у неё замечательное.

— Так как же вы встретились? — распереживалась Милослава Матвеевна. — О чём-то вы с ней разговаривали?

— Мы совсем ни о чём не разговаривали! — произнёс Стас. — Одно мгновение! Она промелькнула мимо, и в это мгновение я увидел её потрясающую походку. Я влюбился! Такая походка может принадлежать только замечательной девушке. Я знаю, она удивительный человек, и я найду её. Милослава Матвеевна, обязательно найду.

— Станислав, ну в самом деле, вы как маленький ребёнок, — по-свойски пожурила она соседа. — Во-первых, не факт, что вы её когда-нибудь ещё раз встретите. А во-вторых, нельзя же жениться на походке. Человек вы молодой, интересный. Найдите себе реальную, симпатичную девушку из хорошей семьи... И не забивайте себе голову всякими фантазиями, я вас прошу.

После того, первого тычка в спину, через несколько дней Стас пережил ещё один, и ещё, и ещё... Всё же каждый раз крепкие руки, подхватывая его на полпути к асфальту, помогали принять вертикальное положение. При этом спаситель непременно напоминал о предстоящей большой работе.

Но где-то между этими толчками произошёл инцидент, объяснение которому вряд ли кто-то смог бы найти вообще. Уже по пути домой, поздно вечером, возвращаясь со своего променажа, Стас почувствовал очередной тычок — но не такой сильный, как обычно, а гораздо слабее. Обернувшись, он увидел высокого типа в плаще и капюшоне, который вдруг стал сдуваться, оседать и тут же распался, рассыпался на десять или пятнадцать мини-человечков.

Стас ничего не понял, но основательно испугался. Эти существа — или как их ещё можно назвать — ростом едва доходили ему до колена. Детальнее рассмотреть их он не смог, тем более что в темноте под ногами они быстро разбежались в разные стороны. Только чёрный плащ, как свидетельство неизвестно чего, остался лежать на асфальте.

Своей соседке Милославе Матвеевне он рассказывать об этом случае не стал. Да и о чём, собственно, говорить, если сам Стас уже через пять минут сомневался в реальности увиденног.