Реальность, как она есть Глава 20

В один из многих вечеров, в той завершающей стадии его, когда все работающие люди уже разъехались по домам после трудового дня и отдыхают, председатель аудиторской комиссии по учёту бюджетных средств при депутатском корпусе РФ Сысоенков Олег Петрович всё ещё находился в своём кабинете — он изо всех сил изображал активную деятельность. Что-то там важное записывая в учётном журнале, тщательно сверял он записанное с записями других журналов. Он должен был хоть чем-нибудь себя занять, чем угодно, только бы не спятить, то есть с ума не сойти.

В тот самый, внешне ничем не примечательный вечер происходил, вернее, начал происходить маленький энергетический переворот с очень большими последствиями в стране... в мире... в иных параллельных мирах. Конечно, то, что задумал Олег Петрович, было пакостно, отвратительно, паскудно, мерзопакостно. Впрочем, иначе он не мог, не умел. Кстати говоря, нигде, ни в одной стране мира, включая Россию, нет и никогда не было законов, регулирующих энергетические отношения между людьми, государствами и, тем более, параллельными пространствами.

Используя высокопоставленных друзей своих вслепую, Сысоенков шаг за шагом двигался к высокой цели своей. Осталось лишь чуть-чуть, собственно говоря, и оседлает он энергетический поток росского племени. А затем... затем сможет он использовать это для достижения абсолютной власти в этой стране, в этом мире, в общем... везде.

С другой стороны, часто обманывая других, сам Олег Петрович больше всего боялся подлости или подвоха от этих самых других. По этой же причине он подозревал всех и во всём. Всё же был он всегда игроком, азартным игроком. Иначе говоря, он поставил на карту всё против всех. Шансы его выиграть всё были очень велики... но с той же вероятностью мог он и проиграть всё-всё-всё, то есть абсолютно всё...

— А время, время-то как медленно тянется, со скрипом, не торопясь. И заместитель мой — подлец, подонок, негодяй этакий, Евгений Борисович! Не звонит! Никак не звонит! — думал Олег Петрович, а внутри у него всё колотилось. — Вот сволочь-то, а! Что же он там топчется-то? Неужто продался?.. Как вовремя-то... Я ж его с руки кормил! Сволочь он последняя!

И тут позвонил телефон. Секунду он дал себе для того, чтобы привести самого себя в норму, а затем взял трубку.

— Алло! Алло! — произнёс Сысоенков в трубку уже спокойно, но сердце его было ещё не на месте. — Докладывай!

— Докладываю! Мы находимся сейчас на какой-то даче! Хотя... спросите меня — ни малейшего представления не имею, где мы находимся на самом деле, — произнёс Кругловский. — Но не дача это совсем, а крепость какая-то, прямо средневековая.

— Т-ты д-давай н-не отвлекайся! — произнёс Олег Петрович. — Т-ты п-по д-делу говори. К-как с ос-основной з-задачей?

Дело в том, что в те минуты, когда Сысоенков волновался, он начинал слегка заикаться. Это было давнее наследие его ещё рыночной деятельности. Впрочем, на его теперешней работе никто не знал, что, зачем и откуда.

— С задачей всё хорошо! Справились! — ответил Кругловский. — Со мной здесь трое парней, они вроде бы как офицеры, спецы! Они-то всё и сделали как надо! Как Вам надо!

— Хорошо! Хорошо! Теперь давай без лирики! — уже почти кричал от нетерпения Сысоенков. — Как с основной задачей?

«Да. Он сильно волнуется, но с собой уже справился. Заикаться перестал», — подумал Кругловский, а вслух сказал:

— Доска, то есть ключ, у меня! Девушка отдыхает в подвале под седативами! Хотя... всё это мне очень сильно не нра...

— Хорошо, хорошо, Евгений Борисович! Молодцы! Хорошо поработали вы сегодня! — перебил его Сысоенков. — Об остальном мы с тобой потом поговорим!

И он, довольный собой и всем вокруг, бросил трубку.