Мистика, наука и мораль

Сколько людей, столько и мнений, а ещё больше переживаний, не говоря уже о фантазиях и заблуждениях. Люди склонны верить тому, что кажется им убедительным. А убеждает человека чаще всего не факты и знания, а собственные внутренние ощущения — их нередко называют мистическими. Знания требуют времени, учёбы, размышлений, опыта, проверки и труда. Мистика же не требует ничего, кроме веры и воображения.

К тому же жизнь коротка. Ни у кого нет времени и возможностей узнать всё обо всём. Более того, каждый осознаёт: кроме того, что человечество уже вместило, существует ещё неизмеримо больше, что невозможно понять даже за миллиарды лет. А отдельный человек живёт всего около ста лет.

Но всё неизвестное ужасно интересно. Человек не может не задавать вопросов. Возникает парадокс: люди способны спрашивать о том, на что не способны ответить. А когда находят ответы, появляются новые вопросы — и так без конца. Создаётся впечатление, что человечество — заложник собственного разума.

Может быть, тогда и не стоит стремиться искать ответы? Но дело в том, что, находя ответы, человек обретает на время хорошее настроение, радость, облегчение. Это мотивирует, помогает жить, благотворно влияет на других. Самая же большая проблема — не поиск ответов, а зависимость от страданий, от внутренних переживаний и волнений.

Осознание бренности существования — своей и близких — всегда болезненно. Забыть о смерти невозможно. Можно заставить себя не думать, а можно попытаться найти истину. Страдания не прекратятся, но появится понимание — ради чего всё это. Обман развеивается и усугубляет страдания. Истина же не меняется и с годами крепнет в человеке, придавая силы и надежду даже на смертном одре.

Умрут все. Никто из смертных не узнает всех тайн. Смерть — закономерное следствие жизни, но от этого не легче. Принять смерть как должное мешает сознание, которое не может смириться с тем, что смерть — итог и смысл жизни. Отсюда вера в мистику, в параллельные миры, где жизнь продолжается. У мистики нет научных обоснований, но добро и зло тоже не укладываются в научные рамки. Тем не менее без представлений о добре и зле, без мистического восприятия (хотя бы как снов) человек существовать не может. Наука тоже незаменима — человечество уже не выживет без неё. И наука, и мистика, и добро, и зло — всё умещается в сознании каждого.

Познать мир только научным путём невозможно: нельзя постичь все тайны мироздания. Только мистическим — тоже: тайн и загадок лишь прибавится, а мистический путь зыбок и бездоказателен. Оба пути по отдельности не ведут к полноте истины. Однако это не значит, что истины не существует. Просто она лежит не в области полного знания, а в области отношений — с Богом и с ближним.

Золотое правило, провозглашённое библейскими пророками, древними мудрецами и Иисусом Христом: «Итак, во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки» (Мф. 7:12). Это не «путь к истине» в смысле исчерпывающего познания, а практический критерий совести. Его понимает даже ребёнок. Вся общечеловеческая мораль проста и доступна: уважение человека к человеку.

Для того и дана каждому совесть, чтобы потом не говорили: «Не знали, не слышали». Всё всем известно. Но мало понимать — нужно жить по совести добровольно. И с этим как раз проблемы. Для многих мораль не является высшей ценностью; она условна и менее важна, чем собственные желания, амбиции, страсти, фантазии.

И всё же: главное — не наука и не мистика, не личные ощущения, а мораль. Без морали наука и мистика — жалкое подобие знаний, а чувства и переживания — самообман. Чистая совесть и высокая нравственность раскрывают в человеке то, что заложено в нём изначально: образ Божий. Образ этот дан при творении, а не зарабатывается. Но жить по образу — значит стремиться к правде, к добру, к справедливости. И здесь не обойтись без веры в Того, кто есть сама Истина.

Нельзя быть совершенным в знаниях. Нельзя до конца постичь мистику. Но можно быть честным перед собой и научиться поступать с другим так, как хочешь, чтобы поступали с тобой, — не делать другому того, чего не пожелаешь себе и близким.

Однако овладеть принципами морали раз и навсегда, чтобы уже невозможно было разучиться и стать безнравственным, — иллюзия. Человек падок, и даже зная правила, может их нарушить. Писание не обещает безгрешности в этой жизни. Оно обещает прощение и силу — через веру, через покаяние, через доверие Тому, кто сказал: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6). Мораль без этого корня превращается либо в фарисейство, либо в отчаяние.

Поэтому главное — не пытаться стать совершенным знатоком или мистиком, и даже не просто следовать правилам. Главное — искать Того, кто эти правила дал и кто Сам живёт в тех, кто Его принимает. Тогда нравственность становится не бременем, а естественным плодом. И это единственное, что действительно спасает от страха смерти и придаёт смысл жизни — здесь и после.