Индюк

    
     Жизнь иногда устраивает человеку такие проверочки на прочность, что «ни в сказке сказать, ни пером описать», но я попробую.
     Меня с семьёй в конце семидесятых судьба забросила в маленький посёлок Индюк, в горах, недалеко от Туапсе. Он и назван в честь одноимённой горы. Быстро адаптироваться сугубо городскому жителю к сельской жизни – ох, как не просто! Нет, я не белоручка городская и знала, что булки не на деревьях растут. Но психологически смена обстановки, не всегда переносится легко.
     Наш домик стоял прямо под горой. Красота дикой природы завораживает, когда ты попадаешь в горы как турист. Но жить постоянно в горной местности не каждому под силу.  Горы давят своей массой, угнетают своим величием, показывая человеку, его ничтожность в этом в мире.
      В связи с переездом прервалось общение с моими подружками Людой и Людочкой маленькой. Люда осталась в Краснодаре, Людочка – в станице Пшехской. Редкое общение и, в основном, по телефону. У каждой – семья, дети. Людочка, узнав, что я переехала в посёлок забросала кучей вопросов – как устроились, чем помочь…
      Самое тяжёлое в таких условиях для семьи с детьми – это отсутствие холодильника, ну и денег, конечно.  Подруга кричит в трубку: срочно приезжай! Легко сказать, приезжай! Это в городе – сел на трамвай или троллейбус, доехал до вокзала, сел в поезд …
А тут – стоишь у калитки и ждёшь, вдруг какая-нибудь машина проедет мимо.  Можно стоять до вечера, через Шаумянский перевал ехать желающих немного.  В общем, дождалась попутки до станции Гойтх, а там уже электричкой до Пшехской.
      Тёплая встреча, длинные разговоры, воспоминания юности затянулись до полуночи. Утром подружка зарубила двух уток, набрала полмешка картошки, а к ним – яйца, соленья - варенья, и главное, заняла у жены начальника своего мужа, с которой у неё были очень тёплые отношения, денег на холодильник и посадила меня на электричку. Снова Гойтх, попутка до Индюка.
     Попутка, между прочим, это не легковой автомобиль, а как правило, какой-нибудь ГАЗ-51 или даже ЗИЛ. В его кузов ещё нужно суметь залезть, да и слезть тоже.
     Наконец добралась до дома. Продукты на первое время есть, деньги на холодильник тоже, жизнь налаживается.
     Жители села отнеслись к нам доброжелательно. Русские, армяне, черкесы – жили дружно. Соседка, армяночка Анна, научила меня готовить «туршу» (солёные стручки фасоли со специями), резать кур и другим премудростям сельской жизни. Я, в свою очередь, обшивала небогатых жителей села (от трусов до свадебного платья).
     Сразу после переезда взялась за обустройство жизненного пространства. Во дворе большой деревянный сарай, похоже – в нём хранили сено. В нём же загородка для свиней. Значит надо заводить живность.
    Купили на рынке в Туапсе два маленьких поросёнка. Дети назвали их Чита и Белка. Белка – обычный бело-розовый поросёнок, а Чита – вся в чёрных пятнах, на длинных тонких ногах, ни дать, ни взять – далматинец. Вымыла деревянные полы, настелила соломы, чтобы моим поросятам было удобно спать – вот вам новое жильё.
     Взялась за лопату, земли много, хочется посадить и огурчики-помидорчики, в Туапсе за продуктами не наездишься, да и цветочки посадить надо. Говорят, добрыми намерениями вымощена дорога… Долго я пыталась ковырять лопатой то, что на Кубани называется землёй. На участке, где я собралась развести огород – глина вперемешку с камнями. В мокрую погоду – это глина, а в сухую – камень! В общем – из моей затеи ничего не получилось.
      Кроме того, цветочки тоже разные бывают. Наш двор был огорожен забором только с двух сторон – от соседа, с одной стороны и со стороны дороги. Третью сторону ограждала гора, а с четвёртой – ничего не ограждало. Дальше шёл лесной массив. Лес начинался прямо во дворе.
      О свойствах растений я имела ещё слабые представления и, увидев кусты с шикарными крупными жёлтыми цветками, наломала целый букет и поставила дома в цветочный горшок. По комнате поплыл приятный восточный аромат. Но тут на пороге появляется всё та же Анна. Она хватает бесцеремонно мой букет и швыряет его за окно. Аня! «В зобу дыханье спёрло» от возмущения.  – «Если бы я не пришла, вы все могли не проснуться» – сказала она.
     Гораздо позже я узнала, что эта красота под названием рододендрон или жёлтая азалия, а в народе – радада,  содержит в своём составе  ядовитое вещество   андромедотоксин,   вызывающее отравление даже животных. Мёд собираемый пчёлами с его цветков тоже ядовит. Местные жители инстинктивно обходят его стороной. Красота бывает обманчива!
      Ладно. Заехал знакомый на «петушке» (экскаватор такой маленький), вырыл нам небольшой пруд для пернатых, которых я собралась разводить и… колодец.
     Купили молодняк индоуток, их ещё называют мускусными,  они целыми днями плескались в водоёме; несколько гусей, которые, пока мы не завели собаку, никого не пускали во двор – охранники ещё те! Соседка Анна, собираясь в гости, брала с собой длинную палку, чтобы отбиваться от разъярённых пернатых. Завела и курочек, как же без них? На селе без них нельзя. Сарай большой, всей живности места хватает.
     Иногда приводили в изумление некоторые детали из жизни старожилов села.
    Выхожу вечером во двор, внимание привлекло соседское дерево, что росло недалеко от нашего забора. Подошла ближе – не поверила своим глазам – на его ветках, как на насестах расположились десятка два кур. Сосед, пожилой словоохотливый армянин, когда я обратилась к нему с вопросом, почему они не в курятнике, сказал, что курятник надо строить, а зачем? Днём они гуляют по двору, а ночью – какая разница где спать.  Логично.
   Подросли мои Чита и Белка, не сидится им в загончике, рвутся на волю. Кормлю их во дворе, гуляют, где хотят, только спать возвращаются в сарай. Горный массив, что начинается прямо от порога дома, весь зарос деревьями и кустарниками. Особенно много дубов, а, следовательно, и желудей.  Все жители близлежащих горных посёлков, которые держит свиней, клеймят их и выпускают на подножный корм в горы, в лес.
    Вечером, стоит крикнуть погромче: Чита, Белка – домой! И вот уже трещат кусты, с горы вниз несутся мои свинки, туда, где ждёт их похлёбка и чистая постель из свежей соломы.
     Однажды в осенний день, когда мои утята выросли и превратились в крупных красавцев (особенно самцы) с блестящими чёрными перьями, они вдруг громко загалдели, замахали крыльями и, "поднявшись на крыло", стали описывать круги над домом. Зрелище конечно впечатляющее, но, когда ты год кормишь домашнюю утку, а она тебе осенью помашет крылом…
     Бегом за пшеницей, быстро рассыпала вокруг пруда, чтобы видели доброту хозяйки. Тут, конечно набежали курочки, пшенички поклевать... Такого нарушения субординации в птичьем царстве допускать было нельзя, и вся стая с шипеньем и кряканьем опустилась на землю. Курочки быстро ретировались.   А за попытку побега, крылышки уточкам пришлось укоротить.
     Наступила зима.   Всего двадцать семь километров от моря, но и там бывает зима. Поросята подросли, сала они много, конечно, не нагуляли, но нам оно и нужно, мяса бы поесть. А тут ещё приехала в гости свекровь, как не угостить свежатиной? Встал вопрос каким способом превратить это бегающее, визжащее существо в то, что на рынке зовут свининой. Муж отказался наотрез. Пришлось обращаться к соседу-армянину. Оба его сына, молодые ребята охотники. И свиней они не режут, а стреляют в ухо.
    Так у вас и ружьё дома есть – спросила я. Есть, конечно, – ответил сосед и позвал старшего сына.  Никаких ритуалов, предвосхищающих это событие, не последовало – один выстрел и тишина. Вскоре загудела паяльная лампа и началась процедура опаливания.
    «Птичку жалко», а свинку, тем более, но детки есть хотят, ничего не попишешь – реалии жизни.
     Колодец
     Гости конечно хорошо, но стирку никто не отменял, особенно когда есть маленькие дети и живут они не в квартире, на семнадцатом этаже, а в лесу.      После стирки, с большим тазом белья, в тёплой одежде и бурках на ногах, вышла вешать бельё. Бельевая верёвка, т.е. проволока, проходила недалеко от колодца, который мне вырыли по приезду, но поставить ограждающее бетонное кольцо, так и не успели, а края покатые, скользкие… Небольшой морозец. Не успела протереть проволоку, как нога скользнула по краю колодца, и я вместе с тяжёлым тазом нырнула в воду. Таз почему-то остался на поверхности, а я камнем пошла ко дну. Вначале попыталась барахтаться, даже кричать. Но ледяная вода перехватила дыхание и слышно было только тихое шипение. Тёплая одежда, обувь –   сковывают движения, тянут на дно, туда, где тепло и хочется спать, присела… Вдруг молнией мелькнула мысль, а дети! Оттолкнулась от самого дна, и моя голова снова появилась над водой. Тут открывается дверь – сын!  Застыв на мгновение, он метнулся в комнату и закричал: «бабушка, мама тонет!» Бабушка отмахнулась, – «вечно ты придумаешь невесть что». Но испуганное лицо внука заставило её выйти, посмотреть, в чём там дело. Схватив за руку, она стала тащить меня из воды и в этот момент во двор на мопеде заезжает муж…
    Всё обошлось. Растёрли спиртом, напоили чаем с каштановым мёдом… я даже не чихнула.

31.08.2020