Жаворонок

В тот год весна была ранняя, снег съежился в лужи, отзвенел ручьями. Зазеленела степь.
Чуть выглянет солнце – начинали звенеть своими песнями в небе жаворонки. Ранняя весна - и вот уже в гнездах появились маленькие смешные птенцы. Прятала их от жаркого полуденного солнца мать, кормила вкусными букашками. А скоро они уже и сами бегали среди чахлой степной травы, добывая себе еду.
Только одному из птенцов совсем не по нраву была его жизнь. Жаркая сухая степь почти обжигала, горячий ветер несет пыль, а весенние лужи и ручьи давно пересохли, роса, редкие дожди, да небольшое горькое озеро, с белыми от соли берегами – вот и вся вода. И вид вокруг был не приглядный – травы побурели, мелкие цветы и те осыпались. Серо было вокруг, не уютно. А за тем приполз дым – горели вокруг леса. Солнце красным глазом горело в небе. Першило от пепла в горле. Глаза ело дымом. Наш жаворонок сидел на пригорке, смотрел вокруг, и ничего не радовало его беспокойное сердце. Маленьким он чувствовал себя и беззащитным, среди бескрайних просторов раскинувшихся вокруг.
Но скоро начали жаворонки отселяться на юг, зимовать. Попался им на пути лес – травы высокие, зеленые, чистый ручей журчит перекатами, и высокие деревья шумят приветливо.
И понял наш жаворонок:
- Вот бы, где я хотел жить! Это не степь, где от жары не укрыться, где воды не найти, где все тебя, стоит только взлететь. Лес! Уютно, тенисто, хорошо!

И с тех пор только в лесах стал он жить, степи облетать старался подальше, ничего хорошего про них не помнил, да и не хотел. Весь жаворонкам говорил:
- И зачем вы только по степям живете? Чего в них хорошего? Вот леса – это другое дело!

А лесные обитатели, слыша его пение, только удивлялись:
- Жаворонок в лесу! Чудеса, да и только.

Много лет прошло, не первый год уже возвращался он с далекого юга в северные леса. Но уже стал стар и начинал понимать, что совсем не много ему осталось песен. Однако, когда подошел срок – отправился вновь на родину. Как всегда, перелесками и лесами пробирался он, а в степи и залетать не хотел. Добрался до своей опушки сел в густую траву, прислушался к песне ручья, и вдруг, захотелось ему хоть глазком взглянуть на родную степь. Такую неприветливую и большую. Удивился он, но полетел.
Совсем не изменилась степь. Крутился ветер, сухие травы качали отцветшими стеблями, давая чахлую тень, горячий песок обжигал, а горизонт был серым от пыли и далекого дыма. Лишь густой пряный аромат окутывал убаюкивая. От горизонта до горизонта – простор, небо куполом, а вокруг стрекот и жужжание – пчелы, саранча, мушки, все суетятся. А ветер все тянет и тянет пряным облаком.
И вспомнил жаворонок, как много лет назад, еще на неокрепших ногах пробирался среди стеблей, то и дело припадая к горячей земле от мнимых опасностей. Как долго пытался изловить маленькую саранчу, которая изо всех сил старалась не дать себя поймать. Как жаркий день сменялся промозглой ночью, которая тянулась и тянулась, а он ждал теплого солнца, чтобы отогреться в его лучах, ласковых на рассвете, но которые быстро становились почти нестерпимо жаркими, и приходилось прятаться от него в тени, где горячий ветер трепал перья.
Словно вездесущий ветер – вся память нахлынула на маленькую птицу. Она рванула в небо, и высоко над травами разлетелась его звонка песня во все стороны. И степь – бескрайняя и безучастная, вновь стала его домом.