Шахматы при полной луне

Короткие афганские рассказы.
Шахматы при полной  луне.
Эпиграф    ОКСВА не воевал с афганцами. Он с духами воевал. А это разные вещи.
На Востоке Солнце близко к земле, в лунную ночь Уразы будто днём светло. Нам по двадцать. Мы вдвоём с Эргашем полулежим на блиндаже в «секрете». Колёк и Алик спят внутри землянки, мы играем в шахматы, покуриваем тягучие дымы, размышляем о жизни и осматриваем по часовым обязанностям окружающий нас мир. Враг не должен подойти незаметно, - мы встретим его из огня автоматов, к нам на подкрепление подойдут Алик и Колёк, я доползу до ДШК в соседнем копанире и, короче, вот так сидим шпилим в шахматы. Автоматы его АК-74 и мой такой же за номером 120191 висят рядышком, на колышке - ремни крест на крест. Патроны в патроннике, с предохранителя снято, в случая шухера, левой рукой – дёрг за ремень и автомат в твоей руке готовый к бою. Погода – лепота. Тепло, лёгкий ветерок.  Освещение шахмат прекрасное. И ощущение от игры расслабляющее. Мы играем «по-нардовски» - редко сильно задумываемся над следующим ходом, почти не просчитываем ходы вперёд. Где-то в середине партии вдруг сработала сигнальная мина. Мы опутали секрет тремя рядами растяжек. Первый, самый дальний метров на 150 снарядили эфками, Ф-1 они помощнее, второй эргэдэшками РГД наступательными, и последний сигнальными минами. И вот сработала сигналка – от неё мелькнула пара  теней в сторону ложбины из ущелья. Почти беззвучно и без криков. Сигналка продолжала периодически выкидывать осветительные стрелы. И я и Эргаш одновременно потянули за ремни своих автоматов, так как ремни были в нахлёст, то они зацепились. Ни говоря ни слова мы за две секунды судорожно расцепили автоматы. В один из таких моментов я понял, что такое слово «время». Да, эти две секунды растянулись мгновенно на года. Тут же открыли огонь по направлению предполагаемого противника. Духи безмолвствовали. Выскочило подкрепление в виде Колька и Адика в трусах и с автоматами,  оценило ситуацию, рассредоточилось по заданным местам, полетели эфки, я дополз ужом до ДШК. Попасть с него в лощину было сложно, но, выпустив несколько мощных очередей по направлению лощины и её окрестностям, устрашающий эффект я на нём отработал. ДШК это маленькая зенитка ручная. Мощная штука.
Вышли по рации на связи с заставой внизу горы, на который уютно раскинулся наш секрет. По тревоге подняли батарею родную и соседний мотострелковый батальон. К нам в ночь ушло подкрепление из восьми человек.
До утра бдительно озирали окрестности, новых атак не было. Утром осмотрели место подхода душманов, следы были немногочисленные человека 4-5. Следов крови не обнаружили. Усилили охрану с 4-х до 8-ми солдат на месяц. Капитан, наконец-то, одобрил растяжки, которые мы расставляли по своей инициативе, а комбат слабо, но препятствовал этому. (ему сам замнач округа Туркестанского, побывав у нас в секрете (в кои-то веки) строжайше приказал – не по уставу! Устранить!)
Попробовали понять замысел духов. Решили так, душманы хотели небольшой в 4-5 человек группой незаметно подойти к секрету, тихо устранить часового и остальных перебить ножевым оружием. Боеприпасы в бакшиш. От Запада бакшиш. Эфку и эргэдэшку разминировали, а сигналочку не приметили. Фейрверка не увидели.
Долго спорили с Эрдогашем, кто вешал второй автомат и захлестнул ремень первого и кто выиграл в шахматы. Пытались вспомнить партию, расставляли фигур, опять спорили и порешили  так, - для него победил он, а для себя я выиграл. И жизнь выиграла.