Царская плата

Гусляры поют песнь старинную,
Оба седеньки, оба слепеньки…
Зазвучала в ней боль былинная,
Как обижены были крепенько.

Государь призвал добрых молодцев,
Оба зодчие знаменитые.
Держат крест в руках, держат долотце…
Мастера они именитые.

Кружева плели, да камЕнные,
Вырубали столб цельно тёсаный…
Оба мастера, ох, отменные…
Пробегали вскачь зимы с вёснами.

Чешуя слюды – в рамы крепкие,
Окна – ромбиком да свинцовые.
Купола горят златом – кепкою,
Государь глядит – чудо новое!

Богомазами весь раскрашенный
Новый храм стоит – цвет лазоревый…
Византии след – многобашенный,
Святы головы, как дозорные.

С переходами да с балконами,
Храм диковинный, разукрашенный…
Да с рублёвскими* свет-иконами…
Государь-то горд: «Знай, мол, нашего…»

Призывает он славных молодцев:
«Благолепие – не по силе вам?»
«Прикажи нам, царь, вволю золотца –
И прекраснее будет новый храм…»

Повелел нам царь очи выколоть,
Ослепить скорей нас, строителей.
Не смогли бы храм новый выстроить.
Гордость царская больно бдительна.

Соколиные очи колоты,
Соболиные брови выбриты.
Что ж пропали мы, добры молодцы?
Плата царская – знаменитая.

Гусляры поют, надрываются,
Песню страшную да запретную.
Показать нам всем ох, стараются
Неизбывную боль заветную.

Примечание:
*Иконописец Андрей Рублёв.