От зелья этого нет в мире излеченья

От зелья этого нет в мире излеченья,
Его не бросишь, не переживёшь.
Могила от него — спасенье,
При чём, что болен, сам не разберёшь.

На ферме среди уток и гусей,
Между баронов и курей,
Был уговор, что ими управляет
Полкан-собака — старый пёс.
Охрану держит, раздаёт овёс.
Хоть старый, в общем, дело знает.

Состарился Полкан, сказал: «Что я болею,
Вас охранять и вами править не сумею.
И вот вместо себя — седого старика —
Я вам назначил петуха.

Он вам охрана, всё смогёт:
Раздаст овса, соломы и пшена.
Толковый, вас не подведёт,
Отслужит честно и сполна».

Бараны, овцы, куры к петуху
Так угождают, в верности клянутся!
Они внизу, он значит наверху,
Божатся — от него не отрекутся.

Петух в блаженстве: власти нет конца.
Его тщеславью свиньи угождают,
Бараны в уши льют: мол, Петя — молодца,
А все другие пусть себе страдают.

Так год за годом стал петух стареть,
И мозг его под лестью искривился.
Куда там петь, сейчас бы не болеть —
За власть на ферме словно клещ вцепился.

Он болен, он под чарами дурмана,
Его никто не в силах убедить.
Один итог: такого наркомана
Возможно только на бульон пустить.