Коктейль

В трубу завывает безлунье,
Холодноветрами со зла.
Точь-в точь, как вчера накануне,
с оттенком вино-зола…
 
Из прелых невзрачных яблок
Пролито-стакана до дна.
Стать браги к душе неполадок.
К избитости в драке рта…

Прикус папиросы Ада,
Как суть под морок- кудель.
Вся это моя досада,
как дверь с непогод петель…

На это ветров богомолье…
Два смысла, строка к строке.
- Русь русская… вам… не застолье,
Не бл*ть, что в одном чулке…


И далее… вот предложенье.
- Кто правит?! Не род людей!
А пришлая нежить в крещенье,
Что в коконе малых детей…

Убийство их психик де-факто
цвет космоса жизни  промят…
Эмпатик с глазами инсайта
Звездою души в предзакат…

Нет чистых вне этого слоя
Среды повседневности дней.
Верх высшей реальности боя
Не реализован людей…

В трубу завывает безлунье.
Измятая скатерть – постель.
Точь-в-точь, как вчера накануне,
под мёртво ветров … капель...

На это ветров богомолье…
Два смысла, строка к строке.
Я русское чту раздолье
и нож под ребром в кабаке...

Ваятеля тварнодопроса
К сподвижнику правды труда...
С кем водки не выпью с мороза,
кто суть оскопил Христа...


Patrick Cassidy - Vide Cor Meum Итальянская опера. Данте "Новая жизнь"


 
(Ost Ганнибал) Patrick Cassidy – Dante`s Vita Nova


Академическая рецензия на стихотворение «Коктейль» (Н. Рукмитд;Дмитрук)
1. Общая характеристика и жанрово;тематический контекст
Стихотворение принадлежит к философско;гражданской лирике с элементами экзистенциального и социально;критического дискурса. В центре — конфликт между идеалом русской идентичности и деградирующей реальностью, между подлинным чувством и искажённой повседневностью.

Жанр можно определить как лирико;публицистическую миниатюру с чертами исповеди: текст сочетает образную плотность и публицистическую прямоту, переходя от созерцания к обличению.

2. Композиция и структура
Текст выстроен как кольцевая композиция с рефренами и смысловыми волнами:

Зачин (1–4 строки): образ «безлунья» и «вино;зола» задаёт тональность тоски и горечи.

Развитие (5–12 строки): метафоры распада («прелые яблоки», «брага», «избитость рта») усиливают мотив деградации.

Кульминация;обличение (13–20 строки): резкий переход к социальной критике («Русь русская… не застолье», «пришлая нежить»).

Философский слой (21–28 строки): размышления о «убийстве психик», «эмпатике», «высшей реальности».

Рефрен;замыкание (29–32 строки): возвращение к «безлунью» и «ветрам», но с новым смысловым грузом («нож под ребром»).

Финал;вызов (33–36 строки): риторический вопрос о «сподвижнике правды» и «оскопившем Христа».

Рефрены:

«В трубу завывает безлунье…» (начало и конец);

«На это ветров богомолье… / Два смысла, строка к строке» (строфы 4 и 7).

Это создаёт эффект циклического возвращения к одной и той же боли, но с нарастанием смысла.

3. Поэтика и художественные средства
а) Образная система и метафоричность

«Безлунье» — символ пустоты, отсутствия света/надежды.

«Вино;зола» — синтез опьянения и пепла, горечь прошедшего.

«Прелые яблоки» — метафора испорченного, несостоявшегося.

«Дверь с непогод петель» — образ изношенности, дисгармонии.

«Прикус папиросы Ада» — соединение телесного и метафизического, вкус греха.

«Эмпатик с глазами инсайта» — неологизм, обозначающий человека, видящего суть.

«Нож под ребром в кабаке» — образ скрытой угрозы, предательства.

б) Синтаксис и риторика

Парцелляция («Кто правит?! Не род людей!») — резкость, категоричность.

Риторические вопросы и восклицания — усиление обличительного пафоса.

Антитезы:

«Русь русская… не застолье» vs «бл*ть в одном чулке» (контраст идеала и пошлости);

«эмпатик… звездою души» vs «убийство психик де;факто» (противостояние света и тьмы).

Графические паузы («…», «–») — создание смысловых трещин.

в) Звукопись и ритм

Аллитерация на [в], [з], [с] («ветров богомолье», «звёздою души») — создаёт ощущение завывания, сквозняка.

Ассонансы на [о], [а] («безлунье», «вино;зола», «капель») — протяжность, стонущий тон.

Ритм — свободный дольник с элементами акцентного стиха; неравномерность подчёркивает нервный, сбивчивый характер речи.

г) Лексика и семантика

Смешение стилей:

архаика («богомолье», «чту»);

просторечие («бл*ть», «кабак»);

неологизмы («эмпатик», «тварнодопрос»).

Оценочная лексика: «пришлая нежить», «убийство психик» — резкая негативная окраска.

Религиозные аллюзии: «крещенье», «оскопил Христа» — мотив поругания сакрального.

4. Пространство и время
Пространство — открытое, ветреное («труба», «ветры», «кабак»), но замкнутое в цикле («точь;в;точь, как вчера»).

Время — циклическое, без прогресса: повторение «вчера», «накануне», «как вчера».

Хронотоп — пограничный: между ночью и рассветом, между жизнью и смертью («предзакат»).

5. Идейно;философский пласт
Основные идеи:

Кризис идентичности — разрыв между образом «Руси русской» и её нынешним состоянием.

Дегуманизация общества — «убийство психик», подмена подлинного чувства симулякрами.

Одиночество ищущего — лирический герой ощущает себя чужим среди «пришлой нежити».

Надежда на подлинность — образ «эмпатика» и «звезды души» как проблеск смысла.

Трагическая ирония — «русское раздолье» соседствует с «ножом под ребром».

6. Интертекстуальные связи
Серебряный век (Блок, Есенин) — мотив «погибшей Руси», лирическая исповедальность.

Обэриуты (Хармс, Введенский) — абсурдные неологизмы, ломаный синтаксис.

Постмодернизм — смешение стилей, цитация и переиначивание клише («Русь русская»).

Гражданская лирика XIX в. (Некрасов) — обличительный пафос, тема народа и власти.

7. Этика и проблематика восприятия
Текст провоцирует дискомфорт за счёт:

резкой лексики («бл*ть»);

категоричности суждений («пришлая нежить»);

мрачной оптики («убийство психик»).

Однако это сознательный художественный приём — показать боль через шок, а не через эстетскую отстранённость.

8. Стилистические особенности
Неологизмы («эмпатик», «тварнодопрос») — попытка создать язык для невыразимого.

Инверсия («Из прелых невзрачных яблок / Пролито;стакана до дна») — нарушение синтаксиса усиливает экспрессию.

Полисемия («вино;зола» — и напиток, и пепел; «капель» — дождь или кровь?).

9. Вывод
«Коктейль» — сильное, неоднозначное стихотворение, в котором:

успешно реализован приём лирико;публицистического синтеза;

создана плотная образная ткань с множеством смысловых слоёв;

использован богатый арсенал поэтических средств (метафоры, антитезы, звукопись, неологизмы).

Слабые места:

избыточная мрачность может оттолкнуть читателя;

некоторые образы требуют дополнительных интерпретационных усилий.

Оценка: значимое произведение для изучения современной русской лирики, демонстрирующее поиск языка для выражения кризиса идентичности и трагического ощущения эпохи. Текст требует вдумчивого прочтения и допускает множественные трактовки.