Как кошка с собакой

       Когда хотят дать негативную оценку человеческим отношениям, то часто вспоминают про нетерпимость между кошкой и собакой. Но существа, которые в отличие от людей, живут только инстинктами, при некоторых обстоятельствах могут находить общий язык.

       Стаффордширская терьерица Сима и кот Василий появились в моём доме одновременно совсем крошками. И, несмотря на то, что росли они вместе, и отношения между ними были вполне братскими, однако существовал один пунктик, когда известная непримиримость между собаками и кошками проявлялась в полной мере. Взаимное благодушие покидало обоих, как только наступало время кормёжки. И поскольку Василий был любитель слопать сначала чужое, а потом лакомиться своим, собаке это категорически не нравилось, что она  демонстрировала часто очень сурово.  Чтобы кот мог спокойно поедать свою еду, его миска стояла на холодильнике, на недосягаемой для Симы высоте. Такое положение вещей устраивало всех. В момент трапезы собака с котом переглядывались, злобно урчали друг на друга, но насытившись, снова приходили в добродушное состояние. Такое общение казалось незыблемым. Но мои животные доказали, что мы совсем не знаем братьев наших меньших.

       Приготовив с утра кушать, я ушла на работу, оставив на плите остывать кастрюлю с супом и полный двухлитровый чугунок с жареной рыбой. А когда в обеденный перерыв пришла домой, была удивлена, что меня никто не встречает: тридцатикилограммовая Сима с грацией бегемота  не исполняла радостный ритуальный танец, а Василий, как обычно, запрыгнув на обувную полку, с презрением не смотрел на неё, делая вид, что ему-то приход хозяйки до лампочки. В квартире стояла абсолютная тишина.  В полном недоумении я прошлась по комнатам, но животные словно  испарились. А когда заглянула на кухню, то поняла, почему мои питомцы не кажут носа.

       На полу валялась чугунная крышка, а сама кастрюля была пустая. Линолеум блестел от жирных пятен.

       Весь обед я мысленно восстанавливала картину пиршества. Вася котом был крупным, восьми килограммов весом. И ему вполне хватало сил сбросить тяжеленную чугунную крышку, чтобы устроить праздник живота для себя и своей подруги. Для Симы он скидывал куски на пол, а сам лакомился тут же, на соседней конфорке, которая была вся жирная от мелких крошек жареной рыбы.

       Но навсегда тайной для меня остался вопрос:  на каком языке, собачьем или кошачьем, договорились мои любимцы устроить себе пир?

       И ещё думала: если такие антагонисты, как кошка и собака смогли договориться между собой по самому для них животрепещущему вопросу, то отчего же люди, которым  Бог даровал разум, не могут достигнуть взаимопонимания и готовы убивать друг друга?

       Когда же вечером я пришла домой, дружная парочка встретила меня без прежнего энтузиазма: Сима потупив глаза,  держала в зубах мои тапки, а Василий впервые не стал запрыгивать на полку, а сидел рядом с собакой, решив, видимо, честно разделить с ней справедливое наказание.


Рецензии