Пик славы

Эти не простые 90-е годы. Околожурналистика.

В газету мэрии «Тверская,13», уже вскоре после ее учреждения в 1994 г., я пришла с уже наработанным багажом статей по сектам. Явлению новому, не понятному и шокирующему. Законодательство, касающееся религиозных организаций, было в то время принято наспех с подачи наших западных «друзей-партнеров». С одной стороны, оно  уравнивало Русскую Православную Церковь с только что зарегистрированной сектой, численностью в 20 человек, с другой стороны, совершенно не защищало своих граждан, адептов этих сект, от суггестивных (внушающих) методик, делающих их рабами этих организаций, чьи центры базировались как правило за рубежом.
Лидеры и организаторы сект, разной направленности, контактировали между собой, прекрасно знали наши законы и их огрехи. Против прессы, главного обличителя их деятельности, они выступали юридически грамотно и, что называется, единым фронтом. Знали, как и кому пожаловаться на того или иного журналиста или на издание. Что касается меня, то в сравнении с журналистами иных изданий, я давления сект (например звонков с мистическими угрозами и др.) на себе практически не ощутила. Меня спасала однозначная поддержка главного редактора и «шапка» «лужковской газеты». Шеф не просто меня поддерживал. Мне кажется, то  напряжение, когда сектанты скандально выходили на связь, его даже тонизировало.
Однажды  секты устроили против меня акцию, на их взгляд наверное соизмеримую со статусом газеты. После какой-то статьи о сайентологах, они направили во все важнейшие государственные и городские  институции – Госдуму, Мосгордуму, Мэрию, Управление делами Президента, Комиссию по правам человека, институции по делам религий и пр. - помпезные телеграммы с текстом требования  «выдворить из страны разжигателей межрелигиозной розни – С. Колосовскую и А. Дворкина!».
На следующее утро представители фельдъегерской почты (люди в военном) стали доставлять в редакцию бланки телеграмм, напечатанные красным. Было их  штук шесть или семь. Шефа все это невероятно развеселило. Секретарям: «Телеграммы зарегистрировать, но  никому не отвечать.  А если будут звонить, так и говорите: «Газета  отвечает публикациями!»  Ко мне: «Светлана, даю тебе одну страницу на первой полосе, чтобы размазать по тарелке авторов этих телеграмм». - «Две страницы, Михалсанч!» - «Я сказал – одну страницу! Ну хорошо, полторы… Не стоят они большего!».
В это время в приемную, где все еще шумно обсуждались эти телеграммы, когда ответсекретарь еще напряженно переводила взгляд с шефа на меня и с меня на шефа: так сколько места-то оставлять на первой полосе?..  В это самое время  в приемную вошел с улицы кто-то из журналистов и сказал, что перед входом в нашу высотку (мы тогда занимали привилегированный 13-й этаж на Новом Арбате, 21) человек пять устроили пикет. Стоят с плакатами того же содержания, что и телеграммы. От удовольствия шеф даже рассмеялся: «Светлана, это называется «пик славы»! К фотокору: «Аркаша, спустись вниз, поснимай их… Да не в номер конечно! Фотографии  подаришь Светлане. Она будет внукам показывать».
Высокие инстанции, которые перенаправили  нам эти телеграммы, конечно же не знали, что с ними делать. Ответов они и не ждали. Канцелярски-волокитной реакции, на что конечно же надеялись грамотные сектантские юристы, не последовало. Так все ничем и кончилось. То есть кончилось еще одной моей «непримиримой» статьей. Вот оказывается, как Юрий Михайлович-то  по этому вопросу думает…
Фотокор: «Какого размера тебе снимки напечатать?» - «Какие снимки, Аркадий… Домашних пугать?»
Июль 2014