Байки ДЖР. Байка восьмая. А компот?!

Байка восьмая. «А компот?!»

Куда ни втисну душу я, куда себя ни дену,
За мною пес - Судьба моя, беспомощна, больна,-
Я гнал ее каменьями, но жмется пес к колену -
Глядит, глаза безумные, и с языка - слюна.
                В.Высоцкий.

Открою вам истину – жизнь состоит не только из услуг, оказываемой медициной. Есть же и обычная, так сказать, нормальная человеческая жизнь, подкорректированная медицинскими диагнозами. И вот в этой обычной жизни я люблю слушать аудиокниги.


Недавно на плеере я слушала один современный роман, в котором  молодая женщина по имени Александра, одаренная литературным талантом, но без опыта и денег, перерабатывает плохо читаемый чужой роман про киллершу Мушку. Детектив, про который говорится в романе, написан дамой со средствами, но, увы, без писательского таланта: ей литературные способности господь отпустил небольшой толикой. Малой. Зато сюжеты закрученные – это по ее части.

Понимаю, что здесь вы ухмыльнетесь, узрев аналогию со мной, но  писать байки не брошу. Может таким образом из меня пережитые страдания тело и душу покидают? Кто меня осудит за такие попытки?! Только тот, кто сам ни разу не испытал боль, но они явно в меньшинстве.
 
Так вот, финансами обеспеченная дама в романе пишет:

–  По Тверскому бульвару в центре Москвы шла красивая женщина. У неё были длинные ноги, длинные ресницы. Она была блондинка.

В обработке одаренной талантом Александры это звучит так:

– По Тверскому бульвару шла  красивая длинноногая блондинка.

Поскольку я не знаю, умею ли я писать эти самые байки, но точно уверена, что хочу, то я вынуждена выбрать вариант более близкий к стилю дамы с деньгами. Почему? По способностям. Жаль, что не по деньгам.  А как хорошо поют о них разбойники во главе со своей бандершей в мультфильме «Бременские музыканты»: «А я денежки люблю!» И я к ним неплохо отношусь, жаль только, что не имею. Не назовешь же пенсию российской пенсионерки мощным словом «деньги»?!
 
Итак…

–  По улице Ленина  в небольшом городке в Нижегородской глубинке шла женщина невысокого роста. Вероятно, в молодости она была красива, но длинных ног у неё никогда не было, как и  длинных густых ресниц. Теперь она была блондинка с лишними килограммами. Шла она в платную медицинскую клинику к кардиологу: так доктор - невролог прописал.
 
И кардиолог тоже дала свои рекомендации:

– Вам надо в клиническую больницу в Петербург ехать. Но сначала надо пройти диагностику в вашем городе.

«Надо» – слово, которое пропитала мой организм еще в то время, когда я работала. Въелось. Но оно мне понятно, непонятно почему полтора месяца пришлось ожидать исполнения этого «надо». Долго, на мой взгляд. Наконец-то, кровать в шестиместной палате мне досталась! Пролежала две недели в кардиологическом отделении в нашей больнице, прошла диагностику, доступную в условиях нашей больнички и вперед: получила направление  в Питер.
 
Дальше блондинка на поезде приехала в Питер, но уже пешком по Невскому проспекту не топала: сразу взяла такси и поехала в клиническую больницу. Правильнее написать –  в больничный  городок. Это был большой медицинский центр, на территории которого, похоже, можно было найти все по потребностям организма.  Бедный таксист напрасно приставал с вопросом: «Вам какой въезд нужен? Они тут со всех четырех сторон». Я что могла ответить, кроме «Ну, не знаю я!»? И мы стали искать нужный нам въезд. Начали с ближайшего. И тут меня о-о-очень огорчила надпись на стене здания. Было написано «Морг». Я сказала таксисту, что он, по- моему, спешит. « Мне сюда не хочется. Я бы сначала полечилась». Он согласился, и мы поехали искать нужное мне лечебное учреждение. И нашли.
 
Пролежала четыре дня в кардиологическом отделении Питерской клинической больницы, прошла диагностику, согласилась на операцию. Формально. Из-за квоты. Мозг в этом согласии не участвовал.

Вот тут пора снова вспомнить модный роман.  И начать сначала.

Накануне Нового года по проспекту Независимости в центре Минска шла еще не совсем увядшая женщина с ногами средней длины, но с длинными ресницами. Она была блондинка. С возрастом она утратила стройность, и поэтому звали её Тушка. Веселый характер, данный ей при рождении, у неё с возрастом не испортился. Она была незлоблива, неворчлива: позитивна. Может назвать её Душка? Или Тушка Душка?  Если короче, то ТД. Она вчера приехала на поезде из Питера.

Это была я.
 
Чего меня в Минск понесло? Наступил конец декабря, и пришли Они: эти длиннющие новогодние праздники «Гуляй, Россия!». И незаконченная диагностика  грозилась остаться из-за них незавершенной. Этот «зимний разгуляй» меня всегда огорчал, а в тот год особенно. А вот Беларусь трудилась. И их медицина услуги оказывала. И даже иностранкам, коей я оказалась в условиях новой реальности.

Сначала мне надо было получить ответ на главный вопрос, который засел в моей голове: «Ну, прямо, сразу нужна операция на открытом ни разу не болевшем сердце?»

 Я не стала мелочиться, а сразу понесла диск, полученный  в Питере после коронарографии, в Белорусский республиканский кардиологический центр. Врач, который меня консультировал, сумел изменить настройки моего мозга с «Авось как-нибудь обойдется» на «Надо, Федя. Надо».
 
– Хоть в Израиль, хоть в Америку вы поедете, хоть на Луну полетите, выход у вас один: срочная операция. А вот подготовиться к ней при богатстве ваших диагнозов вы сможете в Белоруссии. И мне дали рекомендации по «хождению по мукам». Те пациенты из рядовых граждан, кто встречался с медицинскими услугами (чуть лучше или чуть хуже в зависимости от места их оказания), тот меня поймет. Муторное это дело. Нет, я не потому это написала, что мне не нравится соседская белорусская медицина. Наоборот. Мне она нравится. Я с ней и в предыдущие приезды контактировала: и дешевле нашей, и доброжелательнее. Не буду голословной, приведу пример.

Одного республиканского центра в этот приезд мне оказалось недостаточно. Я обратилась за помощью в Белорусский республиканский центр неврологии и нейрохирургии. Там принимают жителей республики по направлениям, бесплатно.  Мне же пошли навстречу и сделали суточное ЭЭГ (процедура для иностранцев не предусмотренная). Меня на сутки положили в отделение неврологии. И, наконец-то, столь недоступная мне в России диагностика, была проведена. Вы, наверное, подумали, что я в карманчик врачам денежки клала? А вот и нет! Заплатила официально в кассу по прейскуранту. Причем меня еще и вкусно кормили. Обычно людей интересуют цены. Платная палата с питанием плюс суточное ЭЭГ обошлось мне, как иностранке, лишь в полтора раза дороже, чем трехчасовое ЭЭГ в России амбулаторно (не в дорогой Москве даже, там ценовая политика «Мы все богатые или очень богатые»). Многие частные клиники в Минске оказывают медуслуги иностранцам по цене, как для белорусов. Это я просто как пример привожу.

А вообще-то мне было интересно сравнить две известные мне столичные больницы: Питерскую и Минскую на бытовом уровне.

«А компот?!» Вот-вот, компот.

После того, как из меня сделали «инопланетянку»  с торчащими во все стороны электродами на голове (у меня даже есть забавные фотографии), я отправилась побродить по  минской больнице. Присмотрелась к ремонту. В Питере не разрешали проветривать палаты из-за того, что все новые пластиковые окна были заклеены по периметру пластырем, чтобы не дуло и…  Санитарка предупредила: «Не трогайте, Христа ради, а то вывалятся!»

А вот в белорусской больнице окна открывались и закрывались так, как надо. Белорусские плинтуса не обрывались пустотой, не доходя до двери. И еще, похоже, белорусские плиточники явно знали про прямой угол и прямую линию, да и слово «отвес» им было знакомо. Сделано было на совесть, как если бы себе дома ремонт делали. «Батька не разрешает плохо работать, а у нас строители, скорее всего, гастарбайтеры, живут со своим «батькой» в разных странах, и некому их заставить работать хорошо» – подумала я.

На «чужого дядю», который выиграл тендер на ремонт бюджетного учреждения, можно работать спустя рукава. Хотя это к медицине имеет косвенное отношение и не может служить мерилом качества оказываемых медицинских услуг. Вот в итальянской больнице, где мне пришлось побывать, ремонт еще лучше сделан, и дизайн круче, но медицинская часть повергла меня в уныние.  Сложилось впечатление, что уж у них можно легко умереть и в их красивой больнице, не дождавшись помощи. В их больнице медики работают по «принципу светофора»: метят каталки больных красными, желтыми или зелеными флажками, точнее, кругами. И не дай бог, тебя пометят зеленым цветом: не дождешься. Это на дороге зеленый цвет означает, что можно идти, а там означает, что «Амба» может придти за тобой раньше, чем медики в красивых бирюзовых формах. Да, еще хорошо бы и медицинский персонал, владеющий английским языком, в этот день работал!  После Италии  захотелось сразу посидеть в очереди к родному терапевту. Но это не была итальянская столичная больница. А я ведь про столичные пишу.

Особенно разителен контраст по питанию. Здесь опыт у меня небольшой по Минску: ужин, завтрак и обед. Но питерцы начинают… и проигрывают. На вопрос мужа: «Как кормят в Питере?» я честно сказала, что плохо. «Ты знаешь, дорогой мой супруг, мне кажется, что прежде, чем сварить бульон из старых костей, надо было долго бегать по городу и отнимать их у бродячих собак. Поэтому ты лучше не про вкус спрашивай, а про запах». А уж после первого ужина мне пришлось вспомнить русскую народную сказку «Лиса и журавль». Вы уж, наверное, подзабыли, так я напомню начало:

Как-то раз так получилось.
С журавлем лиса сдружилась.
Вот надумала лисица:
«Пусть журавль удивится!
Если будет угощенье
От меня на воскресенье».
Вот лиса его встречает,
Кашей манной угощает.
По тарелочке размазала.
 Маслом сверху густо смазала.

Дальше придется рассказать, что мне досталась роль журавля. Играла я плохо. Не хватало таланта!..  и есть хотелось. Да и каша была геркулесовая.  Я люблю геркулесовую кашу, сваренную на воде, солененькую, густенькую и с маслом. Дома варю часто. Но моих кулинарных талантов не хватило, чтобы сообразить, как надо готовить геркулесовую кашу  по – питерски! На плоской тарелке была разлита коричневая жижа, в которой отдельные представители геркулеса свободно гонялись друг за другом. И ни одной жиринки сверху не плавало. Это и понятно: лис на работу в пищеблок не берут. И все бы ничего бы, худеть полезно, но надо пить таблетки не на пустой желудок.  А их надо пить после ужина, а потом еще и на ночь. А причем тут журавль? Забыла написать, что к геркулесовому супу на плоской тарелке полагалась вилка. Сколько не стучи, ничего не поймаешь. И как есть? « Эх, кабы знать, где упасть, так бы  соломки припасть»: ложку-то я с собой не привезла! И геркулеса! И масла!

Или правильнее: «Кабы знал да ведал, всего бы отведал»? Отведала. Выпила осторожненько холодный геркулесовый супчик из тарелки через край. Хорошо в палате одна-одинёшенька была.

  Вы скажите: «Что? Купить поесть, что ли, негде в такой большой больнице?» Именно купить я и собиралась. Я и поспрашивала у бывших пациентов, и в интернете прочитала, что на первом этаже можно купить необходимые товары, лекарства, напитки, еду. Но…. Опять пословица! «Близок локоток да не укусишь!» Для выхода на первый этаж нужен пропуск по распоряжению врача. А мне, специалистке по обморокам, категорически запрещено было покидать отделение. Жила одна. Просить кого-либо? Да там слабо болеющих по пальцам пересчитать можно. А кто здоров, кто болен мне не сообщили. Увы и ах! Обошлась же. Не на «шведский стол» же приехала, а на диагностику. Вот ее мне и сделали! Именно результатом этой диагностики и стала моя поездка в Минск, где в больнице вкусно и сытно кормят.
 
  Но последние события в Белоруссии показывают, что пословица «Что имеем – не храним, потерявши – плачем» не потеряла своей актуальности. Какое хорошее здоровье у молодежи, которая бездумно на площадях отказывается от такой медицины! Только ведь здоровье часто заканчивается раньше, чем жизнь. И вот тогда они начнут сожалеть, что не ценили белорусскую медицину. Хотя когда я услышала,  «какими «борзыми щенками» поляки хотят взять оплату «за услуги», то подумала, что не все в порядке со здоровьем в головах выступающих. Пообещать Гродненскую область! Я отдыхала под Гродно в санатории, мне очень понравилось. Даже по ценам для иностранцев. А со мной за столом сидели белорусы, за путевку которых заплатило предприятие. И вот от этого надо отказываться?! Похоже, что крепкое тело не всегда  и не у всех скреплено со здоровой головой. 
Iimpression — впечатление.  Это мой импрессионизм, это мои впечатления. Я стараюсь «наиболее естественно и непредвзято запечатлеть реальный мир в его подвижности и изменчивости, передать свои мимолётные впечатления». Цитата, характеризующая импрессионизм,  как нельзя лучше описывает мои цели и задачи, которые я преследую в своих «Байках дохляка женского рода».
 
Я не оцениваю профессиональные качества, я рассказываю о своих переживаниях.

Тушка Душка жива, в этом есть вклад медиков Беларуси.

Я жива, и благодарна всем российским медицинским работникам, которые этому способствовали.

У человечества всего -
        То колики, то рези,-
        И вся история его -
        История болезни.
Все человечество давно
        Хронически больно -
        Со дня творения оно
        Болеть обречено.
           В.Высоцкий.


Рецензии