Перфилыч

   Этот человек, как никто другой памятен мне,  и хотя  долгое время, я не мог разобраться почему?

 Сейчас достигнув зрелого возраста, могу с уверенностью сказать:  « Есть  такие люди, живя в том времени, были  как бы, не удобные, не вписывающиеся в идеологический формат».

 От этой несовместимости страдал он сам, страдали близкие.  Он находил временное утешение в стакане вина...

Все мое детство, юность и взрослая жизнь  соприкасалась с этим человеком – это мой дядя, муж сестры - моей мамы.

 Бытовая молва того времени характеризовала  его, как неудачника склонного к злоупотреблению алкоголем.  Я как ребенок верил этим сплетням.  Но почему-то , для нас – детей, он был каким-то своим... 

 Новогодний праздник, организованный дядей и его старшими детьми Валентиной и Александром, помню до сих пор. Мы не просто кружились вокруг елки, а соревновались в умении, с завязанными глазами срезать ножницами приз висевший на нитке, отгадывали загадки,ребусы, читали  стихи. 

Дядя Ваня обычно, по субботам приходил помыться в бане,  они с отцом , долго парились в жаркой бане, потом отдышавшись, садились за стол и пили чай.
  Мама ставила на стол немудреную закуску в виде квашеной капусты и вареной картошки.

 Мужчины выпивали, и дядя  вспоминал былые годы из фронтовой  биографии.

 Эти посиделки затягивались до поздней ночи. Отец слушал исповедь родственника и одобрительно кивал головой.

  Мама, накормив нас,  укладывала  на лежанке «Русской печи».    Там, за занавеской мы внимательно - слушали рассказы  дяди.


 Наша семья переехала из деревни в районный центр, где жил с семьёй дядя.    Дом, еще не полностью был достроен, по этому, мы ютились в одной половинке дома, другую еще достраивали.

 Отец был безмерно благодарен Ивану Перфилычу за оказанную помощь при строительстве дома.

 Он был отставным офицером инженерно - строительных войск и после демобилизации занимал пост главного архитектора района. Потом из - за разногласий с местной администрацией был освобожден от занимаемой должности.   Но благодаря оставшимся связям помог родственнику выбить отличное место под строительство дома.

 
 Как раз сенохранилище, находившееся на окраине поселка, перенесли на новое место, а освобожденные от скирдов площадки уже были готовы под строительство домов. Вот одну из них и застолбили под стройку.
 
 – Тут скирды с сеном лет пятьдесят стояли, самые крупные запасы во всей округе были – говорил дядя –  тут караванный путь проходил.  Из Азии везли товар на верблюдах,  в тюках, в нашем поселке его перекладывали в повозки.  А «Корабли пустыни» подкреплялись добротным сеном и навьючивались товаром в обратную сторону. Вот это перекладывание товара с одного транспорта на другой и называлось - перемет. Потому это поселение - Переметным и называется.

 Площадки под скирды были на полметра отсыпаны шлаком и за долгие годы так спрессовались под тяжестью сена, что были прочнее бетона.
 
-Трудоемкий и затратный фундамент заливать не обязательно, - рекомендовал дядя Ваня – если тяжелые скирды полвека простояли, то твой дом, век простоит, - уверял он – отца.
 
Чтобы получить ссуду на строительство дома, необходимо изготовить план строенья и  сметную калькуляцию .  Дядя Ваня сам, решил этот вопрос, избавив отца от лишней волокиты.
 
  Нам, детям было непонятно, почему фронтовик, имеющий награды был неудобен для руководства района. Но благодаря таким посиделкам - после бани, стала проясняться, причина неприязни между сторонами.

  Я впервые услышал о войне - другую правду, не ту, что писали в книгах, снимали в кино – в то время.

 – Воина, это изнурительный труд миллионов простых людей, в тылу и на фронте, это беспощадная эксплуатация рядового состава вышестоящими командирами,  – говорил дядя  – это грязь, голод, бесправие простого человека, доносы и аресты.

  Строительным войскам на фронте приходилось строить переправы под бомбежкой и артобстрелом.  Люди погибали сотнями, трупы закапывали в траншеях,  чтобы  личный состав не отвлекать на похоронные ритуалы.

 Мужчина сжимал кулаки,  не в состоянии сдержать эмоции, пускал скупую слезу.

 Отец, пытаясь отвлечь собеседника,от тяжелых воспоминаний, задавал ему отвлекающий вопрос.

- Скажи Перфилыч, за что тебя из партии исключили?
 
 – Да меня на бюро райкома вызвали, и стали «стружку снимать» то, не так сделал, это не так, а уж когда «докопались» , почему я районную газету не выписываю.  Я возьми да ляпни:  - «Что это за газета? В неё даже бутылку не завернешь» !  Тут члены партактива так взбесились, что потребовали исключить меня из партии.  Я положил партбилет на стол и покинул заседание.
 
 – Наше – строительное дело, не терпит дилетантского подхода, - утверждал дядя, -  когда сразу после воины, я исполнял обязанности главного  строителя, то на планерках в райкоме , приходилось доказывать свою профессиональную правоту.  Не всегда это удавалось.   В итоге виноватым оказывался - я.

 Так получилось со строительством общественной бани.  Место было выбрано не удачно.   Вопреки - моим предупреждениям, заставили строить.  Через год ,функционирования бани, она стала тонуть в собственных водостоках.  Здание стало оседать и разваливаться,  а виноватым выставили меня.

  Обвинили в хищении стройматериалов.   Я из –за этого себе нормальный дом построить не мог, везде воры и вредители им мерещились.
 
 Следующим - скандальным объектом, стал кинотеатр.  Когда мне дали задание - спроектировать здание кинотеатра, я воодушевленно взялся за дело.  Проект получился красочный, с колоннами с различными архитектурными штучками, но на первом, же обсуждении проекта, все « лишнее» предложили убрать, в целях экономии материалов, в итоге получился безликий – сарай, а не кинотеатр.

 - Мне стыдно признаваться, что я автор этого сооружения! – почти кричал, растроганный  дядя.
 
Он,  то успокаивался, вспоминая приятные сердцу события, говорил вкрадчиво, образно, то взрывался непристойной руганью, возмущаясь несправедливостью и глупостью партийных бюрократов.  Опомнившись, извинялся и собирался, было, уходить, закуривал свой любимый «Беломор».    Отец наливал по рюмочке, они выпивали, закусывали, и дядя продолжал  делиться очередными «зарубками памяти».

 
 Младший брат учился в музыкальной школе.  Когда дядя Ваня просил братишку исполнить  «марш славянки», то по окончании исполнения марша, он срывался с места обнимал мальчика вместе с баяном,  уткнувшись ему в плечо, плакал и приговаривал, - ну, Павлик, ну – сукин сын!...
 
Ещё в далёкие шестидесятые годы, дядя Ваня создал бригаду  по производству  строительных шлакоблоков. Прообраз  «бригадного подряда», популярного в девяностые.
Котельные  предприятий в поселке работали на угле, отработанный шлак годами скапливался во дворах, захламляя территорию.  Этот шлак и служил основным расходным материалом при  производстве блоков.  На складе предприятия,  где работал дядя, пылился полуавтоматический станок, по производству шлакоблоков.

  Назначив бригадиром своего сына Александра – студента Политехнического института, приехавшего домой на каникулы, он предоставил ему полную самостоятельность.

 Александр  собрал бригаду из старшеклассников, установили станок на пустыре и приступили к работе.  Арендованный самосвал подвозил песок, шлак и цемент. Бригада из шести человек, по очереди, подменяя друг друга, за дневную смену укладывала блоками площадь в четверть футбольного поля.  За ночь кирпич застывал,  на утро его грузили в самосвал и отвозили на стройку.  Так за месяц молодые люди произвели столько стройматериала, что зарплата у каждого превышала зарплату директора  предприятия - от которого работали  школьники.

 Естественно руководству не понравилась такая ситуация и бригаду распустили, мотивируя, что тяжелый физический труд, подрывает здоровье молодых людей.


  Провожая меня в армию, дядя Ваня, давал мне наставления:
- Главное в армейской жизни, это умение найти свое место.  Проявить себя в каком либо деле.  Показать, что ты не серая масса, а индивидуальность.  Хотя командиры и будут стараться всех обезличить, ты должен стараться проявить  себя. Этот совет действительно мне пригодился, за что я очень благодарен дяде.

На пункте комплектования специалистов я показал свои способности в черчении и рисовании, в итоге попал служить в штаб округа.