Глава 10. Свой выбор

Глава 10. Свой выбор.

Год назад, ехал Витька на поезде в Ташкент с товарищами, а теперь вот – один. Непривычно как-то ехать одному, среди совершенно незнакомых попутчиков. А там, в Ташкенте, надо ещё до автостанции добраться, чтобы оттуда автобусом приехать в Чирчик. Хорошо, что в ночь уходил поезд из Бурного в Ташкент. Лег на полку и спи! Мысли разные, конечно, лезут в голову, но ненадолго…
Рано утром, в шесть часов разбудила всех проводница и сказала, что надо готовиться к выходу. И вот, стоит Витька на знакомом вокзале, но только – совсем один. И вдруг, вспомнил во всех подробностях, как добирались они с Шуркой и Валерой Мейснером в прошлом году до совхозной квартиры. Она же находится не очень далеко от вокзала!  И трамвай, на котором ехать надо до развилки на площади, а оттуда – пешком несколько минут хода и вот она, квартира, появится перед глазами.
 
Есть у него время в запасе. Оставить вещи в квартире и хотя бы одним глазком взглянуть на тот институт, в котором учится Витя Нейдорф!.. Шальная мысль возникла вдруг, и как-то разом, полностью, овладела Витькой. Сердце заколотилось сильно-сильно, разум попытался совладать с ним, трусливо пресечь сомнительное это сумасбродство, но ничего не получилось. Решение возникло спонтанно, но оказалось оно твердым и бесповоротным. Витька решительно направился к знакомой трамвайной остановке.
 
Квартиру он отыскал быстро, и хозяйку, у которой ключи от этой квартиры были, – тоже отыскал. Боялся, конечно, что может она не пустить его запросто. С чего бы вдруг? Ведь никто её не предупредил о приезде, и записки у Витьки даже нет. Но хозяйка, как оказалось, запомнила его с прошлого раза и сразу ему поверила. Витька занес в квартиру свой чемоданчик и книги, тут же набрался наглости и спросил её – как добраться до парка Победы? Он запомнил из рассказа Вити Нейдорфа, что институт связи находится на улице Энгельса 108, рядом с парком. Хозяйка об институте ничего не слышала, но подсказала, что надо на ближайшей остановке сесть в трамвай и доехать на нём до Голубых Куполов. Это недалеко совсем. А оттуда во все стороны по Ташкенту транспорт ходит. Спросить – и кто-нибудь обязательно подскажет!..

Витька не торопился. Старался очень детально маршрут свой запомнить. Жизнь городская вокруг кипела уже вовсю. Огромный город окружил громадой похожих друг на друга зданий, толпами людей, жарой, почти как в Уланбеле, навалился на Витьку. Пот катился с лица градом, он сто раз пожалел, что надел пиджак, так как с утра было холодновато, а с другой стороны – все документы с собой всегда, мало ли что, случиться может. И ещё очень боялся Витька, что заблудится.
 До Голубых Куполов добрался он благополучно и прежде чем дальше ехать, всё вокруг них решил основательно осмотреть. Потом решил отдохнуть, сел на скамейку в тени и просто наблюдал, что происходит вокруг, как ведут себя люди. И ничего необычного не обнаружил. Люди как люди! Никому ни до кого дела нет, а до Витьки – тем более! На душе стало как-то спокойнее…
А потом, недалеко совсем от Куполов обнаружил он маленький базарчик. Заставил себя купить пол литровую банку холодного молока и узбекскую лепешку, нашел пустую скамейку в укромном уголке, чтобы побыть одному, и не торопясь позавтракал и пообедал одновременно.

Добраться до парка Победы оказалось совсем не просто. Но Витька твердо решил не отступать. Сам удивился своей напористости. Расспрашивал людей на остановках, садился в трамвай, пересаживался в автобус, а потом обратно в трамвай. Уже в салоне уточнял – а правильно ли он едет, и где сходить…
 Был уже пятый час, когда добрался Витька до желанной цели. Он шел по широкому тротуару, сбоку, через улицу зеленел парк Победы, справа, прямо над ним нависало внушительное высотное здание, и впереди обозначился небольшой скверик. Оттуда, на тротуар высыпало навстречу ему, разом, много людей. Наверное, спешили они на трамвайную остановку.
И вдруг, среди них – бывает же такое! – увидел он Витю Нейдорфа. Рядом с ним шагал брат его – Виля. Витька их сразу узнал, обоих. И Витя Нейдорф, его – тоже. У него округлились глаза, и даже рот открылся от неожиданности.
Витька без долгих церемоний, совершенно неожиданно для себя, вдруг сказал братьям, что тоже решил поступать в институт связи, вот только не знает даже, пока – куда обращаться.

Виля с любопытством осмотрел Витьку, сказал, что надо поторапливаться, надо поскорее сдать документы, ибо вот-вот начнутся уже вступительные экзамены, и вызвался ему помочь. Вместе вошли они в здание института, перед которым и был разбит скверик. Оказывается, прием документов организован был прямо в вестибюле. Вот и пригодился Витьке пиджак со всеми необходимыми документами в карманах!
Там, куда нужно было сдать документы, была небольшая очередь. Братья объяснили Витьке дальнейшие его действия, настоятельно порекомендовали записаться на факультет многоканальной связи и заторопились домой. Оказывается, жили они на съемной квартире, и от института добираться до неё надо было целый час.         
Витька неожиданное решение свое насчет института разложил по полочкам. А почему не попытаться? До вступительных экзаменов в техникум еще целых две недели. А тут, в институте они вот-вот начнутся. И самые трудные экзамены, как сказал Витя Нейдорф, – именно, два первых! Почему не попытаться? Ведь нечего же терять. Если провалит их, то потом, и в техникум успеет к началу экзаменов... 

Пока размышлял так Витька, наступила его очередь, и он передал через барьер документы молодой девушке. А она вдруг начала крутить его Аттестат о среднем образовании – туда… сюда… Даже вверх ногами перевернула и вдруг выдала такое что Витька едва не лишился голоса от неожиданности. Эта девица сказала, что аттестат его поддельный, и она его принимать не будет.
– Вот… печать неразборчивая! – пояснила уверенным, безапелляционным тоном, и бросила документы ему обратно, на барьер.
Витька стоял как оплеванный. Ему вдруг показалось, что все обернулись в его сторону и смотрят на него как на вора. Он попытался переубедить девицу – пусть внимательнее смотрит. Печать как печать!.. А та видом всем своим показывала, что разговор окончен. Но сам-то Витька точно знал, что Аттестат его настоящий!.. И просто так сдаваться не собирался. Девица поняла, что устроит он сейчас скандал и чтобы отвязаться, направила его к ректору. Пусть, мол, он сам решает… Она, наверное, думала, что Витька этого ректора испугается! Не на того напала…

А если по правде, то почувствовал он себя, как будто в клетку попал за семью замками. Да что же это такое! Печать в его Аттестате, действительно, если внимательно её рассматривать, была блёклой и расплывчатой. Причём – на обоих листах?! Невозможно было даже прочитать на ней название школы, которую он окончил. Значит, и в Чирчике его Аттестат могут забраковать?.. И значит, разом, вот сейчас, рухнули все его планы??.. И вообще… как теперь исправлять этот Аттестат? Сколько времени на это потребуется?.. Это же, домой надо возвращаться…
Ректор??..  Надо пойти… Надо объяснить!!! Говорят, он – начальник всего института, а значит – и решать всё может! Где он находится, этот ректор? Как найти его… Витька почувствовал, что готов идти к кому угодно, сейчас, как можно скорее, чтобы вырваться из этого удушающего состояния, из этой, непонятно как образовавшейся вокруг него клетки, и разом, пока еще не погас горевший внутри огонь, всё решить…
Кто-то подсказал ему этаж, назвал номер кабинета.

Из вестибюля Витька поднимался по широкой лестнице на второй этаж, а лестница уходила ещё выше. Шёл он по широкому тёмному коридору с очень высоким потолком, красивыми деревянными дверьми по сторонам и яростно боролся со своей робостью, начавшей вдруг возникать от одного вида окружающего его великолепия. Никогда в жизни не бывал еще Витька в таких огромных зданиях с бесконечно длинными коридорами. И никто не догонял его, никто не попадался навстречу. Было пусто вокруг…
Он нашел нужный кабинет, задержал дыхание, чтобы успокоить хоть немного колотившееся у самого горла сердце, прочел внимательно надпись на табличке: «Проректор по учебной части, доцент Исламов А.И.», открыл дверь и… как в пропасть шагнул…
А там, внутри, за большим столом сидел обыкновенный человек. Маленький лысый старичок-узбек с коричневым от загара лицом, покрытым пигментными светлыми пятнами. Он оторвал взгляд от стола, вопросительно уставился на Витьку выпуклыми широко открытыми глазами и ждал, что он скажет.

У Витьки дрожал от возмущения и обиды голос. Старичок послушал, послушал, а потом тихим голосом попросил его Аттестат и стал не торопясь рассматривать. Витька тут же замолчал, глядел на старичка и чувствовал, как часто-часто колотится сердце и понимал, что шансов у него мало совсем, и что судьба его висит на волоске…
– Мм-да-а… – промычал, наконец, проректор, перевел взгляд на Витьку, стал глядеть на него изучающе и, потом тихим голосом, но твердо произнес
– Документы мы примем. Но если ты на мандатной комиссии не покажешь справку о том, что твой Аттестат настоящий – зачислен, не будешь! Он сказал это таким тоном, как будто и не сомневался, что вступительные экзамены Витька сдаст успешно. Встал из-за стола, подошел к Витьке, ткнул перед его носом в Аттестат пальцем

– Печать неразборчива… и вернул его Витьке. Поторопись! А то не успеешь сегодня…
Витька вылетел из кабинета как на крыльях, и успел!!!
На этот раз всё обошлось без сучка и задоринки. Ему вручили расписание вступительных экзаменов и консультаций, где абитуриентам (слово-то какое!) можно до экзаменов получить разъяснения от преподавателей по непонятным вопросам. От сердца отлегло, наконец. Ну и день сегодня…
И надо было Витьке до наступления темноты по совершенно незнакомому городу добраться ещё до совхозной квартиры…

Времени у Витьки оказалось катастрофически мало. До первого экзамена оставалось ровно три дня, и это был письменный экзамен по математике. В школе Витька с математикой дружил. И реально оценивал знания свои по этому предмету на твердую четверку. Выпускной экзамен в школе, а потом и экзамен в Ванновском техникуме подтвердил это. Конечно, за прошедший год кое-что позабылось. Но не зря же вот уже два месяца уделяет Витька задачкам по математике особое внимание. И впереди ещё целых три дня! Что одному ему делать в Ташкенте? На квартире никто не мешает! Типовых задач в пособии для поступающих в ВУЗы – завались! Нужные учебники все с собой! Идеальные условия для самостоятельной подготовки! Запастись едой на базарчике у Голубых Куполов и решать, решать…

Да, – и три ночи ещё есть в запасе! А чтобы твердо маршрут до института и обратно усвоить, и к началу экзамена не опоздать – решил Витька съездить пару раз на консультацию. На разведку. Может быть, и полезное для себя что-нибудь услышит.
Огромная аудитория… Абитуриентов столько, что мест не хватает. Преподаватель пишет на доске какие-то формулы, и Витька ничего в них не понимает. А ведь это его сверстники из зала задают вопросы. Произносят с умным видом слова какие-то заковыристые – интеграл… производная… дифференциал… Витька слышит эти слова впервые! Не проходил его класс такие темы в школе. И в задачах, которые он решает, этих понятий тоже не встречается. Но почему тогда вопросы на тему об интегралах задают здесь, сейчас преподавателю абитуриенты? И ведь он что-то им объясняет! Витьку всё сильнее и сильнее охватывает неуверенность в собственных своих знаниях. И чувствует он себя так, будто кроме как арифметикой больше ничем и не владеет. Он успокаивается немного, когда преподаватель, завершая консультацию, громко и отчетливо утверждает, что в экзаменационных билетах будут лишь вопросы по школьной программе. Значит, ничего еще не потеряно! Надо продолжать готовиться и всё!

На второй день, на консультации всё повторилось. Витька не узнал ничего нового, породил в себе новую порцию сомнений, потом с трудом подавил их, сумел сосредоточиться и нашел силы продолжить подготовку. Больше в институт ездить не было надобности. Маршрут он запомнил. Время нужное для поездки определил. На экзамен не опоздает. И обязательно, даже из чисто спортивного интереса пойдет его сдавать…

Конечно, Витька волновался очень. Приехал на полчаса раньше назначенного срока и оказался у института совсем не первым. Время тянулось очень медленно. Он был один, совершенно один среди огромной толпы абитуриентов. Все они оказались разбитыми на группы и в институт проходили по вызову. Витька старался держаться в сторонке от шума, гвалта, толкотни, вслушивался напряженно, ловил голос человека у двери, выкрикивавшего номер группы и боялся очень пропустить вызов своей. А потом, когда дождался вызова, с трудом пробился сквозь толпу к заветной двери, и наконец, оказался в знакомом вестибюле. Шум, гвалт – всё осталось  на улице.
Сопровождающий провел группу к кабинету, в котором предстояло экзамен сдавать, и настоятельно потребовал соблюдать порядок. Но и здесь, у двери кабинета, нашлись нетерпеливые, которые буквально рвались внутрь, как будто боялись, что им билет не достанется, или места свободные будут только в первом ряду – под носом у экзаменатора. А Витьке было все равно, в каком ряду сидеть, списывать он не собирался, да и не с чего было.

В группе собрались и ребята и девчата. Были уверенные наглецы в её составе, а были и робкие очень. Витька чувствовал себя как-то средне. Вошел в кабинет не первым и не последним, взял билет, и место за столом выбрал где-то в середине кабинета.
Содержание билета ввергло его в замешательство. Показалось Витьке с первого раза, что ни одной задачки решить он не сможет. Холодная испарина выступила на лбу. Плакал его институт!..
Ну а как же другие? Витька отложил билет на стол и стал наблюдать.
А другие – работали. Кто-то торопливо писал, кто-то о чем-то напряженно думал, а три абитуриента, из тех, наглых и самоуверенных, неожиданно встали один за другим, оставили свои билеты на столе и вышли из кабинета. Преподаватель тут же билеты собрал. Витька представил себе как вот сейчас встанет он тоже, с видом побитой собаки направится к выходу, и противно как-то стало на душе. Нет, он выйдет из кабинета только тогда, когда время экзамена закончится! Никто же его не торопит и не выгоняет.

Так думал Витька, а кроме этого что-то крутилось и крутилось в его голове вокруг задачек из билета. Он еще раз внимательно изучил его содержимое. И, оказалось – появились у него наметки как, по крайней мере, две из четырех задачек решить. И он тоже, как и другие, вокруг, начал их пока еще неуверенно излагать на бумаге, в черновом варианте. Волнение оставалось, но оно уже не мешало Витьке соображать…
Две задачи он решил точно, в правильности решения третьей уверен не был, а вот к решению четвертой подступиться, так и не сумел. Бился до конца. Когда иссякали мысли, аккуратно переписывал правильно решенные задачи в чистовик, и потом, опять чиркал и чиркал что-то в черновике. Так вместе с черновиком всё и отдал экзаменатору, когда время закончилось. Оставалось теперь только ждать… 
Вторую половину дня Витька провел в городе. Знакомился с Алайским базаром, от Голубых Куполов пешком добрался до ЦУМа. Жарко было очень, но город начинал Витьке нравиться. На Алайском базаре он, наконец, решился пообедать в столовой. Очень захотелось горячей пищи…

Витька старался отвлечься от экзаменов, но не получалось. Во-первых, он не был уверен твердо, что получит положительную оценку по первому экзамену, а во-вторых, надо было уже сегодня настроиться на второй экзамен – по физике. Этот экзамен будет для него тяжелейшим испытанием. Он почти не готовился к нему. В памяти лишь то, что осталось от занятий в школе. Ну почему не решил он твердо в институт поступать два месяца назад, а лишь сейчас?! Только четыре дня и ночи есть у него, чтобы все заново вспомнить и повторить. А ещё – задачи по физике, которые непременно будут в билете. Они – такие трудные… И надо еще пересилить себя, твердо верить, что хотя бы тройку получит он по математике. Результат первого экзамена будет известен, лишь послезавтра… Может так оказаться, что и нет уже надобности, физику учить...
Изо всех сил гнал Витька из себя эту провокационную мысль…

Он сумел сосредоточиться. Иногда впадал в отчаяние, и даже паниковал. Попадались по физике такие заковыристые задачи, что никак не мог Витька к ним подступиться. А времени, разобраться, дойти до сути, уже не было. Оставалось лишь надеяться, что не все вопросы в билете будут сложными до невозможности. Витька отступался от задачи, которая «не по зубам» и брался за следующую – полегче…
Весь день он из квартиры никуда не отлучался, ночью – заставил себя поспать немного. Рано утром опять взялся за учебники. С трудом сдерживал себя. Нет смысла торопиться в институт. Результаты экзамена появятся там вряд ли раньше десяти часов…
Где-то около одиннадцати Витька в институте и появился. У списков толпились абитуриенты. Много было родителей. Информационных листков было много. Тот, где была его фамилия, Витька отыскал не сразу. Беглым взглядом высветил навскидку несколько редких четверок, несколько троек, и … двойки, двойки, двойки… В той, верхней части листка, где была его фамилия, тоже пестрели двойки. У Витьки упало сердце…

Но вот, он набрался смелости и еще раз взглянул повнимательнее. Верил и не верил глазам своим. В строку с его фамилией была вписана…  тройка! Витька перепроверил несколько раз. Нет, он не ошибся! Не ошибся!! Это была ЕГО тройка!!!
 Никогда Витька так не радовался оценке в три балла. Значит, не всё потеряно! Два с половиной дня есть ещё у него, чтобы подготовиться к следующему экзамену!
А потом, из любопытства, он пересчитал количество двоек на листке. Сразу половина группы только по результатам первого экзамена лишилась шанса учиться в институте связи…  Сколько же останется их после второго? И будет ли в их числе Витька? Физика – вот оно, главное испытание! Первый экзамен – пустяк по отношению к нему. Он решительно настраивался на борьбу…
Следующие два дня Витька был чрезвычайно сосредоточен. Вот только всё хуже и хуже спал по ночам. Особенно, последнюю ночь перед экзаменом. Всё боролся и боролся в полусне бредовом за что-то…

Как и в первый раз, Витька появился возле института за полчаса до экзамена. Всё было также. Толпа огромная, толкотня, шум и гам. Вот только когда начали по спискам впускать абитуриентов, его группы не назвали. Позже, когда все уже вошли, сообщили, что для них экзамен начнется в два часа дня…
Как-то быстро разошлись все. И те абитуриенты исчезли, которых Витька успел запомнить в лицо. Пусто вокруг стало. Ну, не стоять же ему одному часовым под колоннами на входе. И идти некуда… Возвращаться на квартиру смысла нет, – через час обратно надо будет добираться. Повторить бы еще пару вопросов, воспользовавшись дополнительным временем, да учебников с собой нет.
 Витька откровенно маялся. Ходил по тротуару в разные стороны от института и опять возвращался. Потом пошел в парк Победы, бродил по дорожкам бесцельно, сидел на скамейках и пытался наблюдать за прохожими, старался отвлечься от мыслей об экзамене. Ненадолго получалось. Время застывшее, остановившееся, буквально изматывало его.

Ближе к двум часам Витька перебрался в скверик перед институтом. Скамеек в нём не было, и он пристроился в тени у арыка из бетона, в котором не было воды, в таком месте, чтобы удобно было наблюдать, что происходит у входа в институт. Очень боялся пропустить Витька тот момент, когда группу, наконец, пригласят на экзамен. Чтобы как-то взбодрить себя, держать в тонусе, не потерять боевой запал, бубнил вполголоса Витька песни
- Мы судьбою не заласканы, но когда придет гроза
- Мы возьмем судьбу за лацканы и посмотрим ей в глаза.
- Скажем – загремели выстрелы, в дом родной пришла беда
- Надо драться, надо выстоять! И судьба ответит – да!

Грозы пока никакой не было, но очень уж изматывало ожидание и неопределенность. Экзамен для Витькиной группы начался только в три часа…
Впускали в кабинет по нескольку человек. Тон в очереди у двери задавали городские. Витька не торопился. Ходил по коридору, взбадривал себя боевыми песнями. Оставалось перед дверью человек пять самых робких, когда, наконец, переступил он порог кабинета и, не раздумывая особо, взял со стола билет.
Всё повторилось. Одна только мысль удержала Витьку, от панического желания встать и уйти без боя. Он вдруг представил, как вернется домой с позором, увидит взгляды своих родителей, братьев и… это было невыносимо! А вопросы в билете были похлеще, чем на первом экзамене по математике. Два устных вопроса и две задачи. И не было ни на один из них у Витьки ясного, четкого и полного ответа.
 
Он напрягал память, держал волю в кулаке, не терял способности думать, соображать, делать какие-то выводы и выстраивать внятную логику ответа на устные вопросы. Одну письменную задачу все-таки решил в общем виде. Просчитать результаты в конкретных цифрах – не успел. Много времени бился над второй задачей и запутался в ней окончательно.
Время его закончилось. Экзаменатор, женщина лет тридцати пяти смотрела на Витьку выжидающе, взяла со стола крупное красное яблоко, с хрустом его надкусила и начала жевать. За окном смеркалось. Витька с утра кроме стакана молока с лепешкой ничего не ел. Он сглотнул слюну, нахально посмотрел на экзаменаторшу, сгреб бумаги со стола и решительно сел за её стол напротив.

Начал ответ Витька с устных вопросов. Он слышал голос свой – твердый, с нотками обреченной решимости. Сам Витька шансы свои расценил как нулевые, хватался сейчас за соломинку и отчаянно блефовал. Он не успел полностью ответить на первый вопрос, только-только дошел до места, откуда неизбежно должен был начать хромать. А экзаменаторша вдруг прервала его и велела перейти ко второму вопросу. Она аппетитно хрумкала яблоком перед Витькой, наконец, одолела его, отвлеклась и начала искать, куда бы огрызок положить. Так и не нашла места, оставила в руке, бросила на Витьку нетерпеливый взгляд и сказала

– Ладно, достаточно! Давай задачи твои посмотрим…
Ход решения первой задачки Витька пояснил уверенно, и этого тоже оказалось достаточно. И вот… сплошная путаница перед ним на листе бумаги со второй задачей… Витька вздохнул тяжело, набрал воздуха, собираясь с мыслями, и подбирая правильные слова, чтобы начать, а экзаменаторша, так и не дождавшись его объяснения, взяла листок в руки, бегло пробежалась взглядом по его каракулям, тоже вздохнула, потянулась к журналу, сказала
– Ладно… – и поставила ему тройку?!! Пожалела Витьку, что ли? Наверное, заметила, как он глядел на её яблоко голодными глазами. 
Боже! Какой красивой показалась она Витьке в этот момент! На него разом свалилось неописуемое счастье!

А экзаменаторша уже не обращала никакого внимания на Витьку – сквозь него высматривала в кабинете очередного кандидата за экзаменаторский стол.
Вышел из кабинета Витька на ватных ногах, то ли от усталости, то ли от счастья. Он вдруг ясно и четко осознал, что в институт поступит. Ноша какая-то неподъемная свалилась с плеч. И даже сам испугался – не рано ли…
Впереди были еще два экзамена… Завтра, всё должно было начаться сначала.