Марина Мнишек колдунья или жертва?

Московская царица Марина Мнишек: авантюристка, колдунья или жертва?

Именно после жестокой расправы юного царя Михаила Фёдоровича Романова над невинным ребёнком — «ворёнком» и поползли слухи о проклятии «польской колдуньей Маринкой» рода Романовых на три столетия.

Так кем же на самом деле была Марина Мнишек: колдуньей или авантюристкой, а может пешкой в чужой игре? И могла ли она придать проклятию новую царскую династию?

Вокруг имени Марины (Марианны) Мнишек очень много загадок. Доподлинно не известны ни дата её рождения, ни день смерти.
Родилась будущая московская царица в семье сендомирского воеводы Ежи (Юрия) Мнишека, человека жадного до денег и славы — истинного представителя польской шляхты! Хотя выходец он был из Чехии…
О нём рассказывали, что его основной обязанностью при дворе польского короля Сигизмунда-Августа были услуги интимного характера. Ежи поставлял его величеству колдунов, гадалок и дам для утех. Ходили слухи, что после смерти короля исчезла его казна, а Мнишек вмиг разбогател.
И это именно он в 1604 году сосватал свою дочь, за бывшего холопа Романовых, беглого русского монаха Гришку Отрепьева, выдававшего себя за выжившего сына Ивана Грозного.
Действительно, до помолвки самозванец отправил в Самборский замок все вновь приобретённые сбережения от короля и шляхты — 200 000 злотых, а затем 6 000 золотых дублонов, и обещал жадному поляку в подарок невесте не только деньги и бриллианты, но и Новгород со Псковом, разрешал ей исповедовать католичество и в случае неудачи его воцарения давал благословление на замужество за другого.
И именно отец Марины Мнишек, получив щедрые подношения и клятвы, пошёл на то, что в ноябре 1605 года Марину обручили с дьяком Власьевым, изображавшим жениха — московского царя Дмитрия — самозванца Лжедмитрия I.
При этом сенатор получил шубу с «царского плеча», вороного коня в золотом уборе, драгоценное оружие, дорогие меха и ковры. Да ещё умудрился занять у царских посланцев 14 000 злотых и взять в долг у приехавших московских купцов мехов на 12 000! И это соответствует действительности!

3 мая 1606 года Марина вместе с отцом и многочисленной свитой с большой пышностью въехала в Москву. Многочисленные толпы москвичей встречали её вполне радушно.
Через пять дней по настоянию поляков состоялось коронование (М. Мнишек — стала единственной женщиной в России, коронованной на престол, следующей станет «мутная» коронация безродной императрицы Екатерины I — прим. автора) и потом только венчание с царём Лжедмитрием I.

С этого начались проблемы. Вернее продолжились… Так как месяцы разгула нового царя с друзьями и иноземцами, постоянное поругание традиций предков, уже весьма поднадоели и боярам, и простолюдинам. А тут ещё венчание в четверг, а свадебный пир назначен на постный Николин день, и это странное целование новой царицей… святых на иконах в уста! бесовские маскарады и чудные рыцарские турниры в честь коронации иноземки!!! Да и слухи пошли, что Маринка веры православной не приняла.
Лжедмитрий «за тем следил, чтобы дочь моя для спасения души от веры своей не отступала. Поэтому хотел бы, чтобы она в назначенных ей владениях капланов в костелах своих имела, по примеру многих других», — из показаний допроса Ежи Мнишек после убийства самозванца.
Несмотря на тревожную обстановку празднества продолжались. Облачившись в польское платье, государь танцевал с женой «по-гусарски». На своем свадебном пиру в Кремле царь с царицей шокировали русских гостей тем, что ели не руками, а рогатиной — вилкой! Не иначе как они не русские цари, а порождение дьявола! Новобрачные отказались от другого древнерусского обычая — совместного похода в баню.
Наглое поведение польских гостей на улицах Москвы с каждым днём вызывало всё больше ропота.
И тут прорвало…

Ровно неделю была московской царицей Марина Мнишек…

16 мая по набату в Москве начался бунт, возглавляемый князем Василием Шуйским.
В поисках самозванца бунтовщики ворвались в покои царицы, застрелили её пажа Матвея Осмольского и фрейлину. Марина успела спрятаться под широкую европейскую юбку гофмейстерины пани Хмелевской.
Разгорячённые европейскими открытыми платьями иноземок мятежники принялись насиловать их со словами: «Мы сойдемся с ними, один сзади, другой спереди. Мы же знаем, что польские блудницы не удовлетворяются соитием с одним, но услаждаются соложеством со многими… Так что, блудницы, разве мы не лучше ваших поляков? Придите в наши объятия и отведайте нас!». К счастью для Марины, они не покусились на престарелую гофмейстерину. а только обложили её «матерью всех б….й»!

Убитого ночью дворянами Иваном Военковым и Григорием Волуевым самозванца ещё долго били ногами, секли мечами, кололи пиками. Его изуродованное тело бросили на стол у Лобного места на Красной площади, а на изувеченное лицо надели скоморошью маску.
Чудом спасшуюся Марину отослали под стражу к уже пленённому отцу, а на другой день прислали их пустые сундуки.

Уже 19 мая на Красной площади при огромном скоплении народа выкрикнули на царство боярина Василия Ивановича Шуйского.
Да, да, того самого, что встречал Лжедмитрия в Туле, так как возглавлял в своё время следственное дело по смерти малолетнего Димитрия в Угличе и видевший тело покойного. Но в Туле он признает в самозванце сына Ивана Грозного, живого и здорового! Поэтому, Лжедмитрий сначала приговорил Шуйского к смертной казни, заменённой ссылкой, а позже и вовсе простил.
Теперь царь Василий Шуйский тоже был милостив к Мнишекам.

9 июня «Прислали за паном воеводой, чтобы ехал в крепость и только сам предстал перед панами думными. Там устроили обсуждение с долгими жалобами, возражениями и репликами с обеих сторон. Всю вину за смуту, происшедшие убийства, кровопролитие они возлагали на пана воеводу, будто бы всё это произошло из-за того, что он привел в Москву Дмитрия (которого они называли изменником). А пан воевода объяснял и доказывал свою невиновность. Припомнили и то, «что тебя, пан воевода, Бог чудесно спас (за то его благодари), ибо с тобою то же должно было случиться, что с Расстригою сталось», — из материалов допроса Ежи Мнишек после убийства самозванца.
В августе 1606 года 375 человек свиты и сами Мнишеки были отправлены в Ярославль. Шуйский разрешил им иметь при себе оружие, вдоволь выделял припасы на все четыре поместья, где разместились поляки и их слуги. Еже Мнишек отрастил окладистую бороду и длинные волосы на местный лад, облачился в русское платье. Местные и стражники относились к ссыльным доброжелательно и даже помогала им пересылать письма в Польшу.

И вскоре царь Шуйский столкнулся с новой проблемой. В Польше в известном уже замке в Самборе объявился якобы выживший царь Дмитрий. Им оказался убийца семьи царя Бориса Годунова и ближайший соратник самозванца Лжедмитрия I чернокнижник Михалка Молчанов.
Ходили слухи, что сразу после смерти Лжедмитрия I, Молчанов вступил в связь с московской царицей Мариной. На это указывает и место его дальнейшего укрытия в родовом замке Мнишеков. Но, думается, за этим заговором, как всегда, стоял отец — Юрий Мнишек.
О похождениях Молчанова в компании с Лжедмитрием ещё до приезда Марины в Москву рассказал очевидец событий голландский купец, путешественник и дипломат, Посланник Генеральных штатов к Русскому государству Исаак Масса: «…в Москве его (Лжедмитрия I — прим. автора) самыми близкими и надёжными друзьями были Пётр Басманов, которого он поставил главным воеводою над всеми войсками, и Михаил Молчанов, который всегда оказывал ему помощь и содействие… это был большой плут и льстец, не боявшийся ни бога, ни людей; эти трое сообща творили бесчестные дела и распутничали, ибо Молчанов был сводником и повсюду с помощью своих слуг выискивал красивых и пригожих девиц, добывал их деньгами или силою и тайно приводил через потаённые ходы в баню к царю; и после того как царь вдосталь натешится с ними, они ещё оказывались довольно хороши для Басманова и Молчанова… Едва только его, Димитрия, убили, как Михаил Молчанов, который был его тайным пособником во всех жестокостях и распутствах, бежал в Польшу, и пропали скипетр и корона… не сомневались, что он взял их с собою». Прихватил и золотую печать, заменявшую тогда царскую подпись. Беглец объявил себя законным царём Дмитрием и рассылал грамоты по всей Московии.

Однако Молчанову было трудно выдать себя за Лжедмитрия I. Вот какой словесный портрет давал ему посол в Речь Посполитую князь Г. К. Волконский: «самборский вор» не кто иной, как Михалко Молчанов «возрастом не мал, рожеем смугол, нос немного покляп (горбатый), брови черны, не малы, нависли, глаза невелики, волосы на голове черны курчевавы, ото лба вверх взглаживает, ус чорн, а бороду стрижет, на щеке бородавка с волосы… По полски говорить и грамоте полской горазд, и по латыне говорити умеет…». Ну, никак не вязался этот портрет с известным образом Лжедмитрия I.
Но вскоре в Самборе за царя его признал «крестьянский царь» Иван Болотников, пробиравшийся из турецкого плена на родину. Молчанов пожаловал земляку 30 дукатов, саблю, бурку и письмо, по которому поручил командование войсками против Шуйского.
Сам же Молчанов в 1608 году объявился в Москве в числе заговорщиков против царя Василия. Его схватили и секли кнутом, но оставили в живых.
А уже в 1609 году Молчанов оказался в отряде польского гетмана Яна-Петра Сапега, откуда перешёл в Тушинский лагерь Лжедмитрия II, который жаловал его окольничим. Но Молчанов придаст и его. В составе посольства тушинских бояр он отправился под Смоленск на встречу с польским королём Сигизмундом III. Там посольство предложило российскую корону королевичу Владиславу, о чём заключило договор 4 февраля 1610 года.
При польской оккупации Молчанов получил должность управляющего Панским приказом, занимавшимся обеспечением пребывания поляков в Москве. Впоследствии патриарх Гермоген лично проклянёт его, а убит Молчанов будет во время восстания москвичей против поляков на Страстной неделе 1611 года.

А что же Марина Мнишек? Может она надеялась на спокойное возвращение на Родину, обещанное ей по договору о перемирии России с Польшей, в случае её отказа впредь называться московской царицей.
В середине августа 1608 года Мнишков действительно отпустили в Польшу. Но, как указывает историк Н. И. Костомаров: «Мнишек успел как-то дать знать в Тушино, что они едут, и изъявил желание, чтобы их перехватили».
В дороге Ежи всячески тормозил продвижение отряда, а потом и вовсе остановился. Некоторым полякам станет понятен его замысел, и они уедут и благополучно перейдут границу с Литвой. А остальных вскоре ожидаемо догонит тушинский отряд под командованием Зборовского, Стадницкого и князя Мосальского и отобьёт из-под стажи.
Но Мнишек и здесь схитрит.
Марина постоянно переходила из рук в руки из-за интриг отца. Вот и 29 августа Ян Сапега с отрядом в 7000 бойцов, по дороге из Литвы в Тушино, войдёт в местечко Любеницы, где Ежи специально загодя уговорил тушинцев встать на привал. И Сапега без труда перехватит Марину, взяв её под своё польское покровительство!
Московской царице Мнишек по дороге в Тушино везде оказывали почёт и уважение. В Можайске жители встречали её хлебом-солью. Она уже грезила возвращением к чудом спасшемуся супругу и на законный престол… Но, когда её привезли к Тушинскому лагерю, Марина уже знала всю правду и отказалась встречаться с новым Лжедмитрием, оставаясь в отдельно стоящем стане Сапеги.

В очередной раз началась торговля телом дочери. К нему теперь прибавилось ещё и царское звание. Так что через две недели торгов Юрий Мнишек в очередной раз продал дочь за 300 тысяч золотых рублей и полное владение Северской землёю с 14 городами.
9 сентября Сапега привез Марину в Тушино. Через унижение Мнишек признала в Лжедмитрии Втором своего супруга. Пока тушинский лагерь пил и гулял несколько дней, неизвестный ксендз тайно обвенчал Марину и самозванца, так как она без обряда отказывала ему в близости. В результате этого циничного брака Марина родила сына — «царевича-ворёнка» Ивана Дмитриевича.
Примечательно, что Марина Мнишек отвергла союз с польским королём Владиславом, когда тот занял трон в Москве.
А когда Лжедмитрия II-го убили в Калуге в 1610 году, Марина стала заложницей и любовницей свирепого донского казачьего атамана Ивана Заруцкого. Он был одним из руководителей первого Земского ополчения, выдвигавшего на русский престол малолетнего марининого сына — «ворёнка» Ивана.
В январе 1611 года Заруцкий перевёз Мнишек из Калуги в царский дворец в Коломне. Марина жила там с царскими почестями. Но в 1612 году, борясь за власть, атаман совершил ошибку — он организовал покушение на князя Дмитрия Пожарского.
В августе войско Заруцкого было разбито под Москвой. Он примчался в Коломну, забрал Марину с сыном, спалил город дотла и спешно ушёл на юг, в Астрахань.

В то время вести из Москвы шли долго, и астраханцы поначалу отнеслись к московской царице и малолетнему «царевичу» Ивану весьма благодушно. Их с комфортом устроили на жильё за крепкими стенами Троицкого монастыря. Марина тут же приказала открыть при монастыре домовую католическую церковь, которую освятил 28 августа 1613 года монах-августинец Николай Мело.
В документах обители упоминается про трапезную палату Троицкого собора: «А каменная церковь теплая с трапезою, а под нею хлебня и теплый погреб почата делаться в 1606 году…». Здесь в 1614 году жили Марина Мнишек и атаман Иван Заруцкий.
Марина запретила монахам бить в благовест к ранней заутрене, поскольку колокольный звон пугал её маленького сына. Заруцкий, как всегда, расхитил часть монастырских сокровищ, неугодных предавал смертной казни. Позднее астраханский воевода доносил в Москву: «Семена Чуркина и многих добрых людей и попов и чернецов велел казнить и в воду сажать; а животы их и остатки грабить, а паникадило серебряное в монастыре у Троицы живоначальныя взял да стремена слил себе».

Но не долго музыка играла… Добралась до Астрахани царская грамота: «…против Государевых изменников Ивашка Зарутцково и иных битися до смерти…», не поддерживать притязания на царский престол «Маринки-люторки, еретицы» и «вора Ивашки Заруцкаго».
Романовы перекрыли подвоз продуктов к Астрахани, и горожане осадили кремль. Тут же от казаков бежал ногайский мурза Иштерек со своим отрядом. Единственным путем к спасению оставались несколько десятков стругов у Никольской пристани. В дождливую ночь 12 мая Заруцкий и Марина бежали из кремля через Никольские ворота.
25 июня 1614 года их пленили и в кандалах отправили в Москву.
Казнь была быстрой и лютой. Сначала повесили малолетнего «ворёнка» Ивана за Серпуховскими воротами Китай-города. А на Лобном месте на кол посадили Заруцкого. Думается, что и с Мариной Мнишек расправились быстро. Но существует легенда, что её заточили в башне Коломенского кремля. Там она обернулась сорокой и улетела в Польшу. Ну, а как же иначе, колдунья всё-таки!

Так кем была эта маленькая худенькая длинноносенькая иноземка Марина Мнишек? Царицей, колдуньей или жертвой? Судите сами… Но её жажда стать и быть Московской царицей любым способом говорит сама за себя.

О том, как могли пройти последние дни Марины в заточении, предполагаю в исторической миниатюре «Проклятие династии Романовых Московской царицей Мариной Мнишек?»

Подробности в книге Владлена Дорофеева «Пленники судьбы и истории» https://ridero.ru/books/plenniki_sudby_i_istorii/

Владлен Дорофеев


Рецензии
Воистину мутная история. Слишком много алогичных натяжек в традиционной версии. Ловят, прощают, отпускают, опять убегает, вторичные-третичные браки, непонятные наследники...
Что смущает во всей истории: почему Романовы не оставили свидетельств казни Марины Мнишек ? По законам того времени королевская-царская кровь не должна быть пролита ни при каких обстоятельствах. То, что, согласно истории, сын Мнишек был повешен, а не обезглавлен - о чем-то может говорить ! Что-то недоговаривают "исторические источники", оставленные нам Романовыми... Ибо, именно в этот момент времени решалась судьба их династии, ее "законное право на Российский престол".

Герхард Миллер   29.08.2021 17:19     Заявить о нарушении
Совершенно верно, история с кончиной Марианны и её сына отражена в источниках слишком "мутно".

Владлен Дорофеев   31.08.2021 22:26   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.