Ты будешь только мой

                Глава первая

Ночная тишина была разорвана пронзительным криком женщины. Шани кричала так отчаянно, как будто пыталась убежать во сне от преследующего ее чудовища. Давид мгновенно проснулся и повернулся со спины на бок, чтобы увидеть лицо своей подруги.
  Она, обхватив голову руками, сидела на кровати, её одеяло было сброшено комком на пол.
- Что случилось? - спросил Давид.
- Мне приснился страшный сон. – Девушка отвечала медленно, в ее голосе звучали плачущие нотки
- Ты меня напугала, я же уже спал… Так можно и до сердечного приступа довести…
-  Мне приснилась молодая женщина в голубом платье. - механически ответила Шани. -Такая красивая…
-  С ней что-то произошло?
— Да. Она лежала на спине, вся в крови….   Вокруг ее тела стояли люди, кто-то кричал, кто-то пытался вызвать парамедиков. Но все было бесполезно, она была уже мертва. Ты понимаешь, о чем я тебе говорю?
- Милая, послушай, - Давид пытался казаться спокойным, - тебе надо выпить какое-нибудь успокоительное. В доме есть такие таблетки?
- В аптечке. В коридоре.
- Давай я принесу воды и лекарство. Все будет хорошо. Наверное, ты просто пересмотрела идиотских сериалов. Весь этот мусор остается у нас в мозгу и потом вот что получается.
-Хорошо, принеси. Я подожду. – В комнате было довольно тепло, но несмотря на это, Шани залезла с головой под одеяло, как будто ее сильно знобило от холода.
Через три минуты Давид вернулся назад, вместе с кружкой чистой воды и таблеткой успокоительного.
Девушка выпила лекарство и снова залезла под одеяло. Давид всем телом прижался к подруге, пытаясь ее согреть. Только через час ему удалось добиться того, что дыхание женщины стало ровным и она смогла заснуть.
    К сожалению, ее новый сон был недолгим. Его прервал неожиданный телефонный звонок. Владелец аппарата попытался дотянуться до дивайса, лежащего под кроватью, но сделать это сразу не получилось, возмутитель спокойствия находился слишком далеко. Давид крепко выругался, но от этого орущий телефон не стал доступней. Пришлось выпустить женщину из объятий и отправиться   в экспедицию под кровать.
   Добравшись наконец до желанной цели, Давид увидел на дисплее знакомый номер. Силы небесные, с ним рвался поговорить его начальник!

- Алло! Давид, это ты?
- Нет, это не я...Какого черта, Эли, время четыре утра...
- Ну, прости меня братан …Ты же уже не спал... Голос звучит бодро…
-  У тебя вообще нет совести…
- Давид, это лишнее, возвращайся в Тель-Авив. Есть кое-какая работа.
- Элиягу, ты, наверное, забыл, что у меня осталось еще два дня от отпуска…  Это нормально?
В трубке послышался радостный смех.
- Давид, у нас в отделе нет нормальных людей. Прикинь, даже начальник, и тот законченный психопат.
  Затем Эли быстро прервал наигранное веселье и снова перешел на холодный официальный тон.
- Я сегодня отзываю тебя из отпуска. Не расстраивайся, получишь денежную компенсацию в полном объеме, как положено. Не обманем...
- Но…
- Никаких, но… Постарайся все сделать быстро, и пожалуйста, не забудь одеться. В таком виде у нас на работу не ходят. Пока!
  Давид отложил телефон в сторону. Шани уже успела встать с кровати, накинуть халатик на свое стройное тело и выйти на балкон. Её миленькое лицо было темнее грозовой тучи.
- Сладкая моя, не знаю, как это объяснить, - начал оправдываться Давид, - но..., в общем, мне надо вернуться в Тель-Авив.
- Когда?
-Прямо сейчас. В смысле, сегодня… Проблемы на работе.
-Ты серьезно? А как же я?
Женщина достала дрожащими пальцами сигарету из мятой пачки, лежащей на столике, щелкнула зажигалкой. После яростной затяжки, не спеша выдохнула дым.
- Твой начальник, редкостный наглец. Он, что, своей тупой головой не понимает, что у тебя отпуск? Есть время для работы, значит должно быть время и для отдыха. Почему ты ему ничего не можешь сказать в ответ? Почему его нельзя послать к черту?
Разгневанная красавица могла бы и дальше задавать бесчисленные вопросы, однако Давид решился прервать поток её речи.
- Послушай, мы говорили об этом тысячу раз, меня на этой работе держат только деньги.
- Я их ненавижу. А заодно, урода, который тобой руководит. Я бы сейчас ему все волосы из головы повыдергала.
- У него их не так много, как ты думаешь. Послушай, хватит, не надо все так близко принимать к сердцу.
— Это просто твои обычные отговорки, Давид.  Этот сукин сын специально отобрал в свой отдел таких людей, которые слова не могут сказать в свою защиту. Не сотрудники, а стадо послушных овец, куда гонят, туда и идут. Слабаки!
Давиду было очень обидно это выслушивать, поэтому он попытался робко возразить.
- Ты, маленькая девочка, которая не знает, что деньги просто так в кармане не появляются? А как же наши планы на лето?
Хмурая собеседница отвернулась в сторону, угрожающе дымя сигаретой.
- Ну хватит дуться, давай я тебя поцелую. Ты ж
-  Сам себя поцелуй куда ни будь.... – Шани сделала глубокий вздох и продолжила разговор в более агрессивной манере, пронзая яростным взглядом своего собеседника.
- А знаешь, что, Давид, все нормально. Возвращайся в свой вонючий Тель-Авив. Брось меня здесь одну. После такой кошмарной ночи…
- Ты не права. Но, я все равно тебя люблю, у тебя такая классная задница....
- Идиот, и все твои шутки такие же…
Давид попытался обнять обиженную девушку, но она резко сбросила его руки со своих плеч, всем своим видом показывая глубокое презрение к слабаку.
Ситуация явно выходила из-под контроля. Продолжать какие-то разговоры с обиженной  женщиной  больше не было смысла.
Давиду ничего не оставалось, как быстро одеться, взять сумку с документами, ключи от машины и выйти во двор.
   Его белая «Мазда» стояла в самом конце парковки. Давид прошел к автомобилю, открыл дверь и с размаха плюхнулся на сидение. Повернул ключ зажигания, включил двигатель. Мотор бодро проснулся, наполнив салон тихим гудением.
  С парковки возле дома Шани нужно было выезжать очень осторожно.  За неделю, что Давид был в отпуске, он мог уже три раза попробовать на прочность микроавтобус соседа. Противный старикашка обычно ставил свой помятый серый Шевроле так, чтобы выезжающие со двора соседи могли продемонстрировать высший пилотаж в вождении.
  Давиду много раз хотелось подойти к дедушке и как следует ему наподдать за хулиганство. Но все эти планы были невыполнимы для офицера полиции, каковым Давид и являлся.
  Шани  обычно  рассказывала всем своим подругам о том, что ее возлюбленный занимается розыском угнанных машин и ежедневно участвует в перестрелках с бандитами. Это конечно, поднимало его рейтинг в глазах окружающих, но было неправдой от начала до конца.  Давид охотно рассказывал своей подруге  всякие небылицы о своей работе, потому что поступать ему по-другому было просто нельзя. За разглашение информации о том, чем на самом деле занимались Давид и его коллеги по работе можно было получить очень крупный штраф или  даже длительное тюремное заключение.
     Такова была специфика отдела внутренних расследований МВД Израиля, где Давид работал старшим следователем. Его подразделение занималось проверками уже закрытых ранее дел, результаты которых вызывали какие-либо сомнения с точки зрения юрисдикции, либо особо сложными делами. Таких отделов было всего три, в Центральном, Южном и Северном округе.
   Давид, в своих мыслях, часто сравнивал себя с каким-нибудь сотрудником отдела кадров большой фирмы, в которой не слишком большие зарплаты, но зато много бумажной работы. Целыми днями следователи сидели за рабочими столами, уткнувшись в пыльные мониторы своих компьютеров или перебирая бумажные горы документов.
    Известно, что мужчины хвастаются перед друг другом физической силой, успехами в карьере или количеством покоренных женских сердец.  В том месте, где работал Давид сотрудники хвастались специальными ковриками-массажерами, которые устанавливали на кресла, чтобы от долгого сидения в офисе не затекала пятая точка.
  Конечно, как в любом мужском коллективе коллеги обсуждали футбол, результаты баскетбольных матчей и тому подобное. Но как однажды верно подметил Элиягу, самой популярной темой для разговоров на работе были упражнения для профилактики и лечения геморроя.
  Давиду абсолютно не хотелось возвращаться к нудному изучению дел убийц, воров и мошенников. К тому же, перспектива снова увидеть физиономию любимого начальника, не догуляв два драгоценных дня отпуска, просто добивала.
   Объяснить все это Шани было невозможно. Похоже на то, что она для него стала действительно дорога. Как это все произошло, было не понятно.
    Давид ценил свою свободу и с разными представительницами слабого пола, претендующих на его независимость вовсе не церемонился. Если что-то шло не так, одна дама практически моментально заменялась другой. Моральные аспекты таких скоропалительных связей его не занимали.
 Однако, вопреки всему, маленькая упрямая женщина как-то постепенно и незаметно стала частью его жизни. Давид часто ловил себя на том, что ему хочется просто сидеть рядом с девушкой, зарывшись лицом в ее длинные черные волосы. От них всегда шел какой-то пряный аромат, который сводил его с ума.
   Но все было не просто. Две недели назад, Шани заявила, что ей уже успели надоесть его постоянные разъезды, ночное многочасовое сидение за компьютером и нервные срывы.  Ей хотелось, чтобы он был рядом с ней и  меньше времени уделял работе. Всякий раз, когда его вызывают на службу, девушку охватывало  беспокойство, - по крайней мере так выходило с её слов.
  От всего этого Давиду было трудно отмахнуться, так как дело уже зашло слишком далеко. Надо было что-то предпринимать, служба и в самом деле начала постепенно становиться помехой для личной жизни.
  Что бы как-то перевести свои мысли на что-то другое, Давид включил радио. В колонках зазвучала джазовая композиция в исполнении Луи Армстронга. Давид не был большим любителем этого жанра, но звуки саксофона в сочетании с узнаваемым голосом прославленного музыканта, создавали более-менее бодрящую атмосферу в салоне.
  Время шло незаметно, дорога давно покинула тесные городские пределы, с правой стороны виднелась полоска моря с огоньками кораблей, стоящих у Хайфы. Широкие пляжи были пустынны. За окном проносились бесконечные новостройки, арабские деревни, бензоколонки.
  Постепенно становилось светлей. С каждым километром машин на шоссе заметно прибавлялось. Люди выезжали на работу заполняя своими автомобилями узкие полосы дороги.
  Через некоторое время Давиду пришлось сбавить скорость, подстраиваясь под неспешное движение трех тяжелых грузовиков, перевозящих песок под выцветшими от солнца зелеными тентами. Но это было только начало.
  Когда «Мазда» попала в пробку, состоявшую из десятков машин, растянувшуюся далеко вперед за пределы видимости, Давиду стало окончательно ясно, что он находится недалеко от Тель-Авива. Утро окончательно наступило.   
               
 





                Глава вторая


Рядом с железнодорожной станцией «Тель-Авив -Университет» располагается здание, архитектурный стиль которого явно не украшает облик большого города.
  Справедливости ради, надо заметить, что полицейские участки в Израиле и не претендуют на какую-то оригинальность. Обычно они представляют собой двух или трехэтажное здания из желтого или серого камня, на крыше которых располагаются высокие антенны сотовой связи. Вокруг полицейского участка, в силу специфики места, находиться высокий забор с проволочным ограждением и будкой охраны.   
   Давид неспеша подъехал к пропускному пункту, опустил стекло и показал пропуск дежурному. Тот лениво кивнул, нажал какую-то кнопку у себя на пульте и шлагбаум медленно приподнял свое длинное полосатое тело. Проезд был открыт.
   На парковке возле здания участка стояло несколько машин. Одна из них, старая голубая «Тойота», принадлежала Элиягу.
   Отдел Давида располагался на втором этаже. Что бы добраться до знакомой двери нужно было пройти мимо нескольких дежурных офицеров, сидящих за пуленепробиваемым стеклом. Десять метров узкого коридора, поворот направо, кофемашина, а затем парочка автоматов по продаже воды, соков и всего того, что с натяжкой можно было назвать здоровым питанием. За три года работы Давид выучил маршрут наизусть. Он даже мог пройти его с завязанными глазами.
  Возле автоматов находился выход на лестницу. Двадцать ступенек по направлению к небесам, и вот она, знакомая скрипучая дверь за которой прячется небольшое пространство, в котором трудятся следователи.
   Как и ожидалось, начальник отдела, «великий и ужасный» Элиягу сидел за свои рабочим столом, погруженный в чтение какого-то очередного документа.
- Привет, Эли! Я не слишком рано? Давид даже не попытался скрыть сарказм в своем голосе.
- Доброе утро, красавчик! Ты приехал?
- Куда же мне было деваться? Я должен исполнять указания своего начальника.
- Работа есть работа. Хочешь чашку кофе?
- Спасибо, нет.
- Не ворчи, я очень рад тебя видеть. У меня тут есть кое-что для тебя.  С этими словами Элиягу полез рукой в верхний ящик своего стола и вынул оттуда какую-то фотографию в рамочке.
- Не хочешь взглянуть на моего песика?
- ???
   Давид нехотя посмотрел на снимок. Там и вправду оказалась собака. Откормленный рыжий шпиц не умещался в фоторамке, часть его туловища просто отсутствовала, так как объектив камеры не смог объять необъятное.
- Эли, ты опять сфотографировал Алекса?
- Спрашиваешь, ты только посмотри, какая шерсть! Нам с Алексом пора на выставку, правда?
   В голове Давида моментально промелькнула мысль о том, если бы в Израиле вместо выставок для породистых собак организовали подобное мероприятие для моральных уродов, Элиягу имел бы все шансы на призовое место.
- Эли, дружище, ты вытянул из отпуска только для того, чтобы продемонстрировать фотку своей псины? Это ненормально…
- Мне хотелось поднять твое настроение перед работой. Ну не хочешь, и не надо… В глазах Элиягу промелькнула неподдельная обида.
   В прошлом году начальнику Давида исполнилось сорок лет. День рождения, отмечали всем отделом, в маленьком кафе.
  Праздничная вечеринка, со стороны, очень походила на день рождение какого-нибудь школьника младших классов. Много смеялись, шутили, рассказывали забавные истории и сплетни из жизни других отделов.
  В тот раз, коллеги решили немного отойти от обычного сценария. Элиягу ожидал небольшой сюрприз. После долгих предварительных обсуждений с женами и подругами ему было решено подарить щенка.
  Под шумные аплодисменты маленький шпиц в большой коробке с бантиком нашел своего хозяина. Увидев маленький рыжий комочек, Эли совершенно растерялся, покраснел как нашкодивший ребёнок, и начал нести какие-то глупости про то, что он не знает, как надо правильно воспитывать и кормить собак.
   В ответ на эти провокационные речи, все быстро наполнили свои бокалы и с удовольствием выпили за здоровье нового друга. Через какое-то время «великий и ужасный» уже не представлял своей жизни без Алекса, такое имя было дано собаке мамой Эли.
  Отдадим должное, к своим сорока годам, Элиягу успел многое сделать. Во-первых, его полицейская карьера вполне удалась. Во-вторых, он нажил себе кучу недоброжелателей. И не только в криминальном мире. Многие чиновники из полицейского ведомства   морщились как от зубной боли, при одном упоминании его имени. Эли это не волновало, он считал, что истинную величину человека можно определить по количеству его врагов.
   В личной жизни, напротив, «великий и ужасный» не мог похвастаться какими -то большими достижениями. Подруги, с которыми он пытался выстроить любовные взаимоотношения, обычно уходили от него через пару тройку месяцев. Был ли при этом интимные отношения, история скромно умалчивает.
  Давид однажды поинтересовался у своего начальника, почему его любовные аферы обычно заканчиваются неудачами. Эли долго тянул с ответом, пыхтел, на его небольшой лысине даже выступили капельки пота от усердия.
- Давид, скажу напрямую, проблема в том, что я некрасивый.
- Ты хочешь сказать, что все женщины ищут идеальных красавцев?
- Ну, может и не идеальных. Но каждой женщине хочется, чтобы ей завидовали подруги.  С красивым мужем можно не вылазить из торговых центров, ходить по ресторанам, сидеть в кафе. Со мной, как сказала моя последняя подруга, можно только гулять по ночам подальше от людей. Как тебе такое?
   Давид тогда улыбнулся и сказал, – Элиягу, красота -понятие относительное, главное, чтобы у мужчины водились деньги в карманах. А они у тебя, что б ты там не говорил, есть.
- Ну, тебе, Давид хорошо рассуждать. У тебя у самого внешность как у модели. Ты уже какую по счету подругу меняешь, а их все не убывает. Как, кстати, зовут твою последнюю?
  Давид постарался побыстрее уйти от скользкой темы, сделав вид, что ему прямо сейчас надо срочно увидеть инспектора по кадрам.
   По правде говоря, Элиягу и в самом деле, выглядел не слишком привлекательно для противоположного пола. Маленького роста, очень худой, с впалой грудью. Со стороны могло даже показаться, что у Эли имеются какие-то проблемы со спиной, так как он постоянно сутулился при ходьбе. В чем-то он был действительно прав, достаточно критично оценивая свою внешность.
  Однако, у Давида имелись собственные предположения по поводу неудач Эли на любовном фронте. Было одно небольшое обстоятельство, которое Эли считал пустяком, но…в таких вопросах мелочи часто решают все.
   Элиягу был скупым до безобразия.
    Получая более чем приличную зарплату государственного служащего, а также всевозможные льготы, долго ожидал распродажи в торговых центрах, чтобы купить себе одежду или обувь. Красота и привлекательность вещи при этом в расчет не принимались. Квартиру, принципиально, не снимал, жил вместе с мамой. В отпуска за границу «великий и ужасный» практически не ездил. И так во всем, сберегая каждый шекель. Однако с точки зрения самого Эли, он был просто бережливым человеком, который никогда не бросает деньги на ветер.
   Как-то раз, на него накатила разговорчивость, и он поведал Давиду об одной своей подруге из Нетании, за которой ухаживал пару месяцев. За все это время они один раз посетили кафе и один раз покатались на аттракционах в Луна-парке Тель-Авива. Элиягу просто трясло от негодования, когда он вспоминал момент их финального расставания.
- Представляешь Давид, я думал, что у нас все нормально, купил ей духи, на них кстати была хорошая скидка, а эта глупая сучка меня послала к черту!  Мало того, она назвала меня жадиной! Устроила сцену в присутствии целой толпы женщин, я чуть от стыда не сгорел! Они так смеялись, эти мерзкие твари!
   Давид внимательно выслушал излияния начальника, время от времени отпуская осторожные замечания по поводу ветрености и непостоянства слабого пола.
   Несмотря на то, что голова Давида была тогда плотно занята обстоятельствами сразу нескольких дел, этот эпизод ему хорошо запомнился и стал основой для последующих выводов.
   Эли, при всей его скаредности, был неплохой человек и ему можно было даже посочувствовать в некоторых моментах. Однако, сейчас, после истории с ночным звонком, в душе Давида кипело раздражение.
  - Элиягу, можно тебя попросить не затягивать время и все-таки объяснить мне, для чего я сейчас нахожусь здесь?
- Все просто, Главное следственное управление нам передало на разработку новое дело.
- Для этого меня надо было вытащить с севера? У нас в отделе все умерли? Я так долго ждал отпуска…
 Элиягу дружески улыбнулся и похлопал своей маленькой ладошкой по плечу Давида.
- Сейчас в отделе действительно некому работать. Ицхак находиться на стажировке в Штатах, там он пробудет еще пару недель.
- Что он там делает?
  - Ицхак учится работать с какой-то новой компьютерной системой дактилоскопии. Она, если верить разработчикам, позволяет делать невероятные вещи. – В глазах Элиягу засветился неподдельный энтузиазм.
- Поверь мне на слово, Давид, от таких возможностей не отмахиваются. Когда на наш отдел выделили одно место в делегации, я даже раздумывать не стал. Надо как-то ликвидировать наше отставание от американцев.
- А почему бы новое дело не поручить Рони?
  Эли устало вздохнул, и отеческим тоном, который всегда выводил Давида из себя, продолжил свою речь дальше.
- Рони не может заниматься этим делом по состоянию здоровья.
- Что с ним произошло? Предлагаю варианты. Отравился несвежим фалафелем? Укушен шакалом на пикнике? Перегрелся на пляже?
- Слушай, Давид, это уже не смешно… Позвони ему сам и все узнаешь.
- Не поленюсь, я тебе не очень верю…прости… Минуточку…
  Давид достал из кармана телефон, быстро нашел в меню раздел «Контакты» и набрал нужный номер. Не смотря на ранее утро, Рони вполне себе бодрствовал.
- Шалом, Рони!
- И тебе шалом, Давид!
- Рони, скажи мне, что это неправда….
- Да, это чистое вранье.
- Так если ты здоров, почему я не вижу сукиного сына на работе?
- А так ты еще ничего не знаешь, дружище, давай я сейчас включу видео на своем телефоне, и ты все поймешь.  Подожди маленько.
   Через полминуты на экране телефона Давида появилась картинка. Приглядевшись внимательно, Давид увидел самого Рони, который выглядел как обычно. Веселым и жизнерадостным толстячком, чем-то похожим на Диснеевского Винни-Пуха.
- Рони, я пока не вижу чего-то особенного. Ты вроде даже поправился немного…
- А я тебе еще не все показал. Погляди на мою правую ногу. Там будет что-то интересное.
   Правая нога Рони, и в самом деле, выглядела странно. На ней был надет какой-то серый пластиковый сапог с застежками.
— Это что еще за чертовщина? Ты начал кататься на роликовых коньках? В твоем возрасте?
- Давид, не поверишь, я сломал ногу. Уже неделю сижу дома.
- Как это произошло? Мафиозные разборки?
- Нет, я просто помогал жене.
   Далее на голову Давида обрушились пикантные подробности происшествия. Как оказалось, после того как в гостях у супруги Рони побывали её подруги, хранительница домашнего очага отправила своего мужа выносить домашний мусор.    Конечно, это произошло не сразу, сначала оба супруга энергично выяснили, на ком лежит эта почетная обязанность. Проигравшая сторона, в итоге,  надела на ноги тапочки и направилась, горестно вздыхая, с ценным грузом в сторону мусорного контейнера.      
   Дальше все пошло не по плану. В темноте Рони случайно оступился и полетел вниз с лестницы. По его словам, после приземления, он даже сразу и не понял, что с ногой возникли какие-то проблемы.
   - Представляешь, я пытался не выпустить ведро из рук, не хотелось сорить в подъезде.
   - Мать моя. Только посмотрите на этого чистюлю.  – у Давида начали сдавать нервы.
  - Ты зря смеешься, у нас, между прочим, самый чистый подъезд в доме.
  - Ну допустим, ты бы рассыпал немного мусора на лестнице. Что бы тебе помешало его убрать? В вашем доме нету совка и щетки?
   - В том то и дело, что все есть.  Я идиот, правда? Ну ладно, что же мы все время говорим про меня …У тебя то у самого, как дела?
- Не очень. Меня тут собираются загрузить новым делом. Даже из отпуска отозвали.
- Давид, мне так неудобно…, поверь…
- Ладно, Рони. Не оправдывайся. Просто лечись и выполняй все рекомендации врачей, может месяца через два появишься в отделе.
   Попрощавшись с жертвой семейной жизни, Давид положил телефон в задний карман своих джинсов и повернулся к Элиягу.
  - Эли, ты оказался прав. Этот толстый подкаблучник не скоро вольется в наши славные ряды.
  - Тебе об этом и говорили. Как можно не доверять своему любимому начальнику? Я для тебя столько сделал…, неблагодарный…
  - Ладно, уймись. Сейчас не до слез. Последнее что ты сделал, это не дал мне хорошо провести время.
  — Это не самое страшное из того, что может произойти в нашей жизни. Бывают вещи и похуже.
   Элиягу подошел к большому сейфу, стоящему в уголке кабинета. Немного повозившись с замком, набрал код и открыл дверцу. С того места, где сидел Давид, стали видны папки с делами, стоящие внутри железного ящика.
   Давид неожиданно поймал себя на мысли, что возможно где-то там, высоко, на небесах, господь Бог тоже хранит наши дела в аккуратных картонных папках, в которых подробно описан каждый день нашей жизни. От осознания данного факта по спине Давида даже пробежал небольшой холодок.
   Неизвестно, в какие дали могли его завести подобные рассуждения, если бы, Элиягу не достал из глубин хранилища необходимые документы.
  На его худом лице, ещё пару минут назад, излучающему улыбку, появилась озабоченность.
   - Мне позвонили из Главного следственного управления и сообщили о том, что нам передается на расследование дело об убийстве одного известного человека.
   - Эли, а когда это произошло?
   - Два дня назад. В Тель Авиве. С одной стороны, не буду кривить душой, хорошо,  что еще один политик покинул этот мир. Миру будет легче. С другой стороны, плохо то, что именно нашему отделу досталась почетная обязанность расследовать его дело.
Эли горестно вздохнул, а затем обратился к своему сотруднику.
- Давид, ты вообще хоть что -нибудь слышал о том, что убили Шломо Левински?


          
 




 
                ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ