Диалог. Евреи смеются

- Маня! Ты дома?

- Если ты со мной говоришь, так где я?

- Ой, Маня, я сейчас такое видел!!

- Что ты видел?

-Ой, не спрашивай!
 
- Так ты уже скажешь, что ты видел?

- Не спрашивай!

- Сеня! Ты сегодня не стукался прической об твердое? Ты врываешься, как самашеччий домой, кричишь: "Гивалт, что я видел!" и ничего не говоришь! Сеня! Мне страшно за тебя!

- Манечка! Зачем ты придумываешь? Я не кричал гивалт!

- Это все, что ты мне хочешь сказать? Сеня! Ты испортил мне жизнь, я могла быть счастлива с Мишей Либерзоном, ты знаешь какие бриллианты у его Ривки? Так они бы были моими. У Ривки живот идет впереди ее, Сеня, это  потому, что она ест икру ложкками, а я два раза в год на бутерброде после гостей.

- Ривка уже не может двигаться от толщины, что хорошего так жрать икру?

- Ты мне дай эту икру, а я сама разберусь сколько мне ее кушать. И вообще, причем здесь Ривка? Ты уже скажешь, что ты видел?

- Нет! Я обиделся за Либерзона!

- Можешь не обижаться за него! Он тебя не просил! Сеня! По-моему тебя мама стоя родила! И когда ты родился - ты ударился темечком! Сеня! Или ты говоришь, что ты видел, или ты видишь меня в последний раз!

- Манечка, ты делаешь мне вырванные годы! Что я видел! Я видел Петю, он шел такой радостный! Я спросил его: "Что такое счастливое случилось в  вашей жизни?" И он мне ответил, что  его теща, кажется, хочет уехать в Америку к своей дочке. Так он побежал к Владимиру Израилевичу, чтобы тот написал теще страшные диагнозы, которые она сможет вылечить только в Америке. И Владимир Израилевич написал, потому, что сам живет с тещей. Так я тоже обрадовался, что у нас два сына и ты не теща ни разу!

-Сеня!  Ты так напугал меня! Я  не знала что думать! Нет, ты таки самашеччий!  Если наши невестки узнают за Владимира Израилевича, так они тоже попросят его написать диагнозы тебе. Америка большая и еще один мишигине копф ей уже  борщ не испортит!

  Мишигине копф (идиш) - сумасшедший.