Я не могу здесь спать

Что есть сумасшествие?

Неспособность мозга отличить реальность от того, чего не может быть? Или… Всё же это путь к познанию того, что многим, увы, познать не дано. Где гарантия того, что реальность, которую ты способен воспринимать — это единственная реальность, а голоса, которые ты вдруг слышишь, — это твой собственный голос, который молит о помощи?

….

Я НЕ МОГУ ЗДЕСЬ СПАТЬ. Я СЛЫШУ ГОЛОСА! Я СХОЖУ С УМА? ПОМОГИТЕ!

….

Я смотрел на чёрную железную дверь собственной квартиры. Вставить ключ, провернуть, и ты свободен. От съёмных квартир, их хозяев, вечных переездов. «Ты свободен!» — прошептал я себе и вставил ключ в замочную скважину. Дверь бесшумно открылась, и я не спеша перешагнул порог.

— Погоди, Артём! Сначала кота! Примета такая! Ну мы же договаривались! — Затараторила Лилька, поспешно открывая переноску. Васька, с удивлением посмотрев на меня, прижался к полу и потом ломанулся в сторону прихожей. — Ну вот, теперь можем и мы! — Улыбнулась мне Лилька и закрыла за собой дверь. — Поздравляю нас, милый! У нас свой угол!

Угол представлял из себя обычную двушку в панельном доме на окраине Москвы. Чтобы эта квартира начала хотя бы напоминать квартиру, а не место боевых действий, нужен был основательный ремонт. Но откладывать с переездом в своё гнездо мы не хотели, потому, вооружившись надувным матрацем, парой кастрюль, чашек, тарелок и ложек, взяв подмышку любимого кота, мы радостно шагнули в светлое будущее…

…..

— Я не могу здесь спать. Я слышу голоса! Я схожу с ума? Помогите! — Я резко открыл глаза. В окна без штор нагло смотрела луна, в её свете по стенам расползались тени веток, создавая причудливый узор, который ни на секунду не замирал. Он живой. Я посмотрел на Лильку — спит, Васька, как обычно, развалился между нами. Хотелось пить, и я медленно поплёлся на кухню.

Странное дело, но тот голос, который разбудил меня, всё ещё еле слышным эхом долетал до меня откуда-то из глубины сна…

— Видимо, устал. Завтра возьмусь за стены, а сейчас спать! — Сказал я сам себе, медленно направляясь в комнату.



— Артём! У нас беда! — Лилька гладила меня по голове — она всегда так будила. — Артём! Ну вставай! Беда у нас!

— Что случилось? — Вскочил я.

— Случилось ужасное! — Лилька театрально опустила голову, крепко прижимая большую чайную чашку к груди. — Артём! — Она посмотрела на меня. — У нас закончился кофе!

— Тьфу ты, дура! — Уже придумавший все ужасы этого мира, успокаивался я. — Я куплю схожу.

…..

— Как можно было выбрать такие ужасные обои? — Лилька, закусив губу, старательно снимала красно-чёрные в полосочку обои. — Просто ужасно. — Постоянно повторяла она. — Просто ужасно!

— А по-моему стильно! — Пожал плечами я.

— Фу, Артём. — Скривилась Лилька. — Напомни, за что я тебя люблю? У тебя ужасный вкус.

— У меня прекрасный вкус — Парировал я. — Иначе я бы женился не на тебе, а на Аньке из 6Б.

— Вот говнюк! — Засмеялась Лилька, больно ущипнув меня за руку. — Займись лучше плинтусом, ловелас.

Плинтус было отдирать труднее, чем обои. Я устал и сел на пол рядом с Лилькой, которая, почти закончив с обоями, любовалась проделанной работой, довольно прижимая чашку с кофе к себе к груди. На лице её была уютная улыбка. Та самая улыбка, которой она меня одарила в первый день знакомства. Она так же довольно посмотрела на меня и вдруг произнесла: «Ты мне нравишься». С тех самых пор я делал всё, чтобы она улыбалась. И вот сейчас, глядя на её довольное лицо, я понимал, что, несмотря на все долги, тяготы, моя женщина счастлива. Я прижался к ней.

— Артём, а зачем под плинтус в комнате пакет кладут? — Спросила вдруг Лилька.

— Где? — Удивился я. Лилька указала мне на ещё не снятый плинтус, сбоку которого торчал кончик полиэтиленового прозрачного пакетика. — У, может, заначка от предыдущего хозяина? — Предположил я, пытаясь вытащить весь пакет за торчащий кончик….

….

«Я НЕ МОГУ ЗДЕСЬ СПАТЬ. Я СЛЫШУ ГОЛОСА! Я СХОЖУ С УМА? ПОМОГИТЕ!» — корявыми буквами гласила записка, которая была упакована в этот пакет и почему-то спрятана под плинтус…

— Господи, какой бред. — Произнесла Лилька. — Давай на сегодня закончим. Предлагаю выпить!

…..

— Я не могу здесь спать! Скажи им! Пусть замолчат! Я не могу здесь спать! — Я вскочил на матрасе. В ушах звенел этот голос..

— Да что за бред? — Произнёс я, резко вставая с матраца.

— Артём, что такое? — Проснулась Лилька. — Что случилось, родной?

— Да ничего, Лиль. Видимо, записка впечатлила. — Тихо сказал я.

— Да уж. — Сделала паузу Лилька. — Наверное, точно какой-то сумасшедший написал. Людям точно делать нечего. Спи, родной, завтра погуляем. А то отпуск скоро закончится, а мы даже не вышли ни разу погулять из этой квартиры.

Эту ночь я больше не уснул.

…..

— Тёма, ты не спал что ли? — Застала меня Лилька утром на кухне.

— Нееет. — Протянул я. — Затоо я приготовил нам завтрак. Только чур не смеяться — я его слепило из того, что было, — произнёс я, протягивая ей тарелку. Лилька засмеялась.

На тарелке были две сосиски с воткнутыми сверху спагетти, изображавшими волосы, а по бокам и внизу по две спагеттины, изображавшие руки и ноги. И всё это дело было обильно полито кетчупом. Создавалось ощущение, что на тарелке лежали не спагетти с сосисками, а два окровавленных трупика.

Лилька, сфотографировав моё творение, уже придумывала название этого «блюда» в инстаграм.

— Гулять пойдем сегодня? — Между делом спросила она.

— Не знаю, Лиль. — Пожал я плечами. — Мне неохота, я вторую ночь не сплю толком, чувствую себя разбитым. Если хочешь, сходи одна.

— Разбили? Склеим. — Лилька поцеловала меня в щёчку. — Пойдем, погуляем, тебе нужно. Хотя бы поспишь после…

……..

— Я схожу с ума? Я не могу здесь спать. Я слышу голоса. —

Я уже был уверен, что это не сон. Я медленно встал с кровати и пошёл в другую комнату, где к ремонту мы даже не приступили. Там я сел на пол, обхватил голову руками… Так неправильно… Так быть не должно. Меня охватило отчаяние… Я расплакался.

….

— Артём, милый, ну что ты? — Лилька пыталась поднять меня с пола. Я посмотрел на часы — утро.

— Не знаю, Лиль. Мне завтра на работу… а я не сплю почти неделю.

Я посмотрел на Лилю. Она больше не улыбалась. Бледный вид, кончики губ опущены.

— Прости меня, милая. Прости.

— Ну что ты, милый, — обняла меня она. — Сегодня дам тебе снотворное, выспишься.

…..

Я разглядывал комнату. В этот раз в свете луны ветки деревьев мне казались не живым узором, а пальцами какого-то монстра, тень которых медленно ползла по ободранным стенам, чтобы задушить меня.

Я посмотрел на Лильку — спит. До меня дошло, что я уже который день не вижу Ваську. Где мой кот?

Я пошёл на кухню — еда в миске не тронута, уже засохла, на «кыс-кыс» никто не отозвался. Я пошёл в другую комнату и включил свет….

На огрызке провода от бывшей люстры прямо посередине комнаты висел задушенный кот. Я закричал.

— Артём! Проснись! Проснись скорее! Артём! — Лилька трясла меня за плечи. — Милый, проснись!

— Где Васька? — Язык не слушался меня.

— Жрёт вон на кухне. Где он еще может быть? — Лиля выдавила улыбку. — Ты в порядке?

— Я спал?

— Ну, я же тебя разбудила, значит, спал. Вставай, родной. На работу собираться будем.

…..

Я сидел за своим рабочим местом, монотонно беря из пачки чипсинку, отправлял её в рот. Разламывая её языком о нёбо, я тут же глотал неразжёванный картофель. Я не хотел есть, не хотел пить, не чувствовал ни вкуса, не запаха. Просто хруст чипсов перебивал голос в моей голове, который твердил: «Я сошёл с ума. Я не могу здесь спать».

— Артём? — Передо мной стоял мой коллега. Простачок Витька, который был всеобщим любимцем и объектом шуток всего коллектива. А за его раскосые глаза….нет, его не хвали косой, он у нас был Зайка. Раньше его появление у моего стола вызывало у меня улыбку. Сейчас его голос заставил меня сморщиться.

— Что тебе, Вить? — Преодолевая раздражение, спросил я его.

— А ты что тут делаешь? — Он наклонился чуть ближе. — Тебя же уволили.

Я медленно поднял на него взгляд. Его раскосые глаза вдруг вызвали у меня приступ безудержного смеха:

— Витя, ты дурак? — Продолжал я смеяться, глядя в спину отдаляющемуся Витьке. — Виииить! — Кричал я ему вслед. — Виииить! Ты дурак?

— Я не могу здесь спать. — Перебил мой смех голос в голове.

Приступ смеха тут же сменился паникой, я схватил свою ветровку и выскочил на улицу.

— Как быстро время летит. — Произнёс я себе. — Въезжали в декабре, кажется, совсем недавно. А уже вон, лето почти. А мы, лентяи, даже ремонт не продолжили.

«Всё равно никто не заметит отсутствия» — подумал я и направился в сторону дома.

— Ты рано, малыш. — Встретила меня на пороге Лилька. — Всё хорошо?

— Всё хорошо. — Резко ответил я. — Дай мне кота под голову, я хочу поспать.

— Но ты не можешь здесь спать. — Вдруг произнесла Лиля.

— Что? — Смутился я.

— Кушать, говорю, будешь? — Ответила Лиля и направилась в сторону кухни.

……

— Я не могу здесь спать! Я больше не могу! Помогите! Я не могу здесь спать! Я схожу с ума? — Снова разбудил меня голос.

Я резко вскочил на матраце и уже закричал:

— Да кто ты, чёрт возьми, такой? Что тебе от меня нужно? Заткнись! Заткнись! Дай поспать!

— Я не могу спать здесь! Помогите! — Вопил голос у меня в голове.

— Артём! Артём! — Сквозь гвалт криков о помощи я услышал голос Лильки. Она попыталась обнять, но я грубо оттолкнул её. Она прижалась к стене, испуганно глядя на меня.

— Это ты убила кота. — Сквозь зубы процедил я.

— Но... — Замялась она. — Он живой. — Она протянула мне кота, непонятно откуда появившегося в её руках. — Артём! Что ты делаешь? — Вдруг спросила она. — Не делай этого, прошу!

— Что я делаю, дурная? — Спросил я и ушёл на кухню. Там я просидел до утра, слушая мольбы о помощи голоса, что эхом звучал у меня в голове.

Уже довольно хорошо рассвело, когда Лиля зашла на кухню и села напротив меня. Я посмотрел на неё. Грязные волосы, серая кожа, под глазами синяки. Но самое страшное для меня — она больше не улыбалась.

— Лиль. — Я обнял её. — К врачу тебе надо.

— Тут врачи не помогут. — Улыбнулась Лиля и вышла из кухни.

….

Я сидел посреди комнаты, разглядывая стены. Странно, мне казалось, что обои были чёрно-красные, когда мы начали их сдирать. Теперь на стенах было видно обрывки голубых виниловых обоев. От усталости мне тогда показалось, что они были другими?

— Лиль? — Крикнул я. — А как тут оказались другие обои? Тут же были чёрно-красные?

— Так это ты новые содрал. — Ответила Лилька. — А всё потому, что ты не можешь спать. Ты не спишь. И никому спать не даёшь. Ты меня достал уже — вопишь целыми ночами! — И без того серое лицо Лильки теперь напоминало камень. Её губы неестественно поднялись вверх, кожа вдруг обвисла и на ней появились какие-то язвы. От неё исходил ужасающий трупный запах. — Ты никому не даёшь спать, — произнес её рот с почерневшими зубами.

Я закричал.

— Всё хорошо, малыш! Успокойся! Это просто страшный сон. — Произнесла Лилька. Она обняла меня. — Всё будет хорошо в итоге.

— Я на работу, Лиль. — Произнёс я, крепко её обняв.

….

Я смотрел в монитор, когда ко мне подошёл директор.

— Артём? — Удивленно произнес он. — Пойдем со мной.

Я сквозь шёпот голоса в своей голове еле услышал призыв проследовать за ним.

В кабинете мой радушный шеф налил мне кофе:

— Не буду скрывать, Артём. Выглядишь ты дерьмово. — Сказал он. — Но всё же я задам тебе вопрос. — Зачем ты сюда пришёл?

— Шеф, — начал я, — прости меня, я не мог эти три дня после отпуска ходить на работу. Эти переезды, эти проблемы. Я там не могу спать. Я звонил начальнику отдела, предупреждал.

Директор удивлённо на меня посмотрел:

— Три дня? Артём! Тебя не было полтора года! Два месяца назад ты позвонил начальнику отдела и сказал, что не придёшь, потому что заболел. Но….ты сам понимаешь. Ты не отвечал на звонки, никого не пускал в квартиру. Я сам лично приходил, а ты только кричал за дверью, что не можешь тут спать. Мы…мы уволили тебя, Артём!

Я не отрываясь смотрел на шефа. У него был другой кабинет, другая прическа, другой стиль одежды. Он сам был другим.

— Полтора года? — Тихо произнёс я.

— Да. — Шеф не моргая уставился на меня.

Я чувствовал нарастающее волнение, которое медленно перетекало в панику, в отчаяние, в ужас!

Я выбежал из конторы и побежал в сторону дома! Господи! Пусть это будет всего лишь страшный сон! Господи! Умоляю тебя! Пусть это будет всего лишь сон!

…….

И теперь я смотрел на чёрную железную дверь собственной квартиры. Всего лишь повернуть ключ и…и ты свободен.

Я медленно шагнул за порог. В нос ударил омерзительный трупный запах. Я открыл дверь в первую комнату: на обрывке провода от люстры висел почти уже сгнивший кот.

Я побежал ко второй двери.

На матрасе, в гнилой луже, лежало тело Лили. На облысевшем черепе было видно вмятину.

Я упал на колени. Перед моими глазами будто кто-то включил киноплёнку: я открываю железную дверь в свою собственную квартиру...

— Погоди, Артём! Сначала кота! Примета такая! Ну мы же договаривались! — Затараторила Лилька, поспешно открывая переноску. Васька, с удивлением посмотрев на меня, прижался к полу и ломанулся в сторону прихожей. В это время Лиля пыталась перешагнуть порог, но кот, поддавшись панике, кинулся ей под ноги. Лиля, не удержавшись, падает, ударяясь о выступающую железную вешалку.

— Поздравляю, милый, у нас свой угол! — Произнесла она, и…всё.



Теперь кто-то будто нажал на быстрое воспроизведение: я видел, как несу кота в комнату, как обматываю его шею проводом…как он дёргается. Я вижу, как сдираю и снова клею обои, как ломаю и снова делаю плинтус. Я вижу себя кричащего, молящего о помощи. Я вижу, как я, не спав уже много-много недель, пишу записку: «Я НЕ МОГУ ЗДЕСЬ СПАТЬ. Я СЛЫШУ ГОЛОСА! Я СХОЖУ С УМА? ПОМОГИТЕ!» и прячу её за плинтус.

Но. Что есть сумасшествие?

Я не могу здесь спать. Я слышу голоса! Я схожу с ума? Помогите!


Рецензии
Когда мы купили дом, муж выбрал себе место, где он будет спать, и в первую же ночь проснулся от ужаса...- над ним стоял огромный человек, словно вылепленный из глины и ногой огромного размера давил ему на грудь...

Надежда Байнова   19.12.2020 20:04     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.