2 логических заметки и одна шутка

заметка 1:

Ложные аналогии - если они есть, то что они такое?

1: Частенько случается слышать фразу "ложная аналогия", или "сравнение несравнимого" - и иные аналоги - едва ли не к всякому сравнению.

И весомая часть таким употреблений - невпопад.

2: Возьмём удивительный и абсурдный пример: Бобёр и топор.

а: Можем ли мы их сравнить?

Интуитивно: нет.

Зачастую можно услышать, что мы "сравниваем разные вещи". Но операция "сравнение" буквально нужна для анализа разных вещей: можно вообразить задачи, для которых нужно сравнивать одинаковые (или ожидаемо одинаковые) вещи, но в целом, сравнивают нечто не тождественное.

Слон равен слону. Слон не равен другому слону, однако слон равен себе (Во всяком случае в один и тот же момент времени).

Что нам делать с этим фактом?

б: Итак, бобёр и топор.

Можем ли мы их сравнить?

Вообще-то, да: если заявим (или заявлен) уместный критерий.

Например: Бобёр и топор - физические объекты, со всеми вытекающими: масса, непроницаемость для света, температура, плотность.

Для большинства задач, это - бесполезно, но что если перед нами такой ряд:

Бобёр, топор, любовь, коммунизм, водонепроницаемость, зелёный цвет, непротивление.

Теперь мы видим: Бобёр и топор - предметы (один - одушевлённый, другой - нет), в ряду абстрактных концепций, категорий, действий.

в: Такое сравнение тривиально сейчас, но в строгом смысле - потенциально продуктивно.

Если для Бобра И Топора выполняется критерий, можно предположить, что выполняются ещё какие-то критерии - главное делать это осторожно, и не бояться отбрасывать гипотезы. Мы уже показали ранее ряд таких свойств.

Интуитивно - бред, но зададимся вопросом: на каком таком основании мы считаем, что законы физики на планетах далёкой солнечной системы - тождественны наши, и вообще, что мы можем рассуждать о далёкой планете? Именно на том основании, что мы знаем что-то о нескольких планетах, а там - далеко, тоже - планета. Только? Нет, но все остальные соображения имеют тот же движок. При этом мы не наделяем свойствами Земли, Луны (не планета, но не нудим), Марса далёкие планеты огульно: Конкретика определится отдельными переменными: состав планеты, близость к светилу, каким-то космическим объектам и пр. Но без первичного "то планета, и это - планета", невозможны любые гипотезы.

И - к слову, если вдруг найдётся планета - в точности как марс (состав, расстояния от и до, возраст, и прочие анкетные данные) - ну да, ожидаемо он будет тождественен Марсу во всём анализе, а если нет: ну, осматриваем или данные о Марсе, или о Марсе2, или нулевую гипотезу о том, что там и на что влияет: тоже полезно, тоже дело.

г: Это называется абстракция и ассоциация.

Абстракция, абстрактное мышление, и прочее - это способность выделит общую черту, или ряд таковых: Например, наши предки не изучали каждый новый дуб, или каждого нового тигра, а отмечали, что тигр - это тигра, даже если они - разные тигры, и совершенно разно реализуют тигриность. Общие критерии характерны тем, что они транслируются в любое подходящее нечто: в тигра1, тигра2, тигра3 и даже тигра123, даже если различий между ними - больше (Один шире, другой уже. Один моложе, другой старше. Один справа, другой слева. Полоски не идеально совпали бы при наложении. Один - мальчик, другой - девочка. Один - Егор, другой - Трезор....)

Строго говоря, абстрактное мышление - это способность оперировать тигриностью, не особо локализуя её в конкретном тигре (тигриность вообще), но для этого сперва надо её выделить.

Но в целом, это то, благодаря чему впервые увидев трёхэтажный дом (а не десяти, и не пяти и не одно и не двух) мы не тупим двое суток, пытаясь понять - что это за дивные цветные пятна, а понимаем: а, ну это дом. Аналогично для стульев, жанров музыки, людей, пищи, домами разной архитектуры, и чего угодно.

Ассоциация - это как раз такой прогноз, или субпрогноз: тигр - рычит и опасен. Мы видим нечто новое: оно рычит. Вероятно, оно так же опасно (Хоть и не тигр).

Так работают и бытовые ассоциации, просто мы редко это акцентируем: Х ассоциируется с У по какой-то оси, даже если сам агент не способен уловить ось: мозг делает это в фоновом режиме, и чаще, чем мы замечаем.

д: До какой-то степени мы можем критиковать критерий как "релевантный", но это зависит от задачи.

Для большинства задач сходство Бобра и Топора - избыточно.

Мы даже можем выстроить иерархии признаков: Что критично для Бобровости, а что для Топорности.

К слову, бобёр пройдёт по большинству критериев топора (Хоть и не по всем). На этом основании мы можем заявить, что для Бобриности критично быть животным, или иметь хвост, а не быть физическим объектом, так как "физический объект" - слишком общая характеристика.

Но что если, нам и нужна неожиданная и дикая аналогия - чтобы фраппировать, или чтобы акцентировать ранее неожиданное свойство?

Типа "ни фига себе, а оказывается Бобёр-то похож... На топор тем, что оба они так-то пропускают нейтрино. Да, кроме них ещё ряд объектов более похожих на топор обладают свойством, но тогда никто и не запомнит наш факт: топор похож на околтопор, и что тут помнить?".

Мы можем условно дать вес признакам, но это всегда уязвимо: вроде бы бобру важнее быть мелокпитающим, чем физическим объектом. Но, с другой стороны - а как ты будешь мелокопиатющим, не состоявшись как успешный физический объект?  В пределе, для того чтобы быть бобром, а не-небобром (топором, а не-нетопором)вообще-то нужно обладать всеми свойствами бобра, убери один - и уже не бобёр, а какой-то недобобёр, бобёр-штрих (топор-штрих), и в какой мере он категориально уместен - обсуждаемо.

Иначе с чего бы эти свойства были - свойства бобра?  Всё-таки мы обсуждаем логическую модель, нежели реальность, понимать надо.

е: Важно следить: критерий - указан, критерий - соблюдён. Это гигиена и для актора, и для слушателя: сравнение проводится по одному (или нескольким) и только одному (нескольким) заявленным осям, а не по всем, или каким попало.

Важно различать и аналогию - претендующую на продуктивность (требует большей строгости), и аналогию-иллюстрацию (более лояльна к вольностям: атом вон тоже не планетарен даже близко, а чёрная дыра - не дыра, и ничего - живём как-то) Важно не перетекать из одного в другое, во всяком случае - проверять появившиеся гипотезы третьими способами (сдайте анализы, если у вас появились гипотезы, и сообщите партнёру: возможно вам надо пить лекарства, а может - вы счастливые родители).

ж: По хорошему, наша гипотеза должна быть основана на коррелятах: Бобёр и Топор физическое тело. Обычно бытие физическим телом ведёт к тому-то: например, к способностью быть брошенным в лицо соседу (если хватит сил). мы уже кидали в лицо соседа бобром, предположительно для этого сгодится и топор (хотя конкретика броска и последствий могут отличаться).

То есть нам нужен ряд аналогий: иначе мы не установим коррелят (А по уму, и каузацию - тоже) - бобёр уже сравнен с достаточным кол-вом физических объектов, чтобы сделать статистически значимый вывод: не гипотезу, но теорию Соседа И Бобра.

Но, если у нас дефицит знаний о бобрах и\или топорах - мы можем очень-очень осторожно действовать и без коррелятов, как бы - как раз ища корреляции: "Хм, бобром кинуть можно. Что я знаю о бобре? Он - не абстракция ,и не процесс. Хм. Топор - тоже. А что, если...." - главное найти достаточно наглого соседа, которого не жалко (потому что он начинает ремонт в 6 утра).

з: Аналогично это годится для сильных сравнений: Мы не просто провели паралель между Бобром и Топором, мы подчернили  - что ничего, кроме этой параллели мы не заявляем не экспелецитно и не имплицитно. Спектр задач, где это уместно крайне скуден, но отличен от нуля.

3: Так что такое "ложная аналогия"?

а: Как часто бывает в языке - смысл не равен сумме смыслов слов. Ложная аналогия - это, обычно "ложная работа с аналогией".

Например, если мы поняли, что у топора и бобра есть некоторые общие оси, и на этом основании заключаем что топор размножается половым способом, и не проверили эту гипотезу (либо не отвергли её).

Сама аналогия - верна, и уместна в вакууме (а значит, и хотя бы в каком-то мыслимом контексте), но вот работа с ней - провальна. Гипотеза выстроена несколько поспешно, но не криминальна (зависит от уровня знаний о топорах и бобрах, но можно понять и простить), но обозначена как вывод, не проверена и постулирована без достаточных оснований. Но сама гипотеза - не дурна. Просто не верна.

б: Другой вариант: Дословно - ложная аналогия.

Например: У бобра есть глаза и у топора есть глаза.

Ложно по понятной причине: у одного из них в норме нет глаз (угадайте, у кого в качестве ДЗ). То есть это просто применение операции там, куда она не натягивается.

(Зато мы можем сравнить и констатировать не сходство, но различие!)

Либо даже:

У топора есть кредит и у бобра есть кредит (Кредит - не метафора). Как минимум, я бы попросил кредитные договоры в студию, и до предоставления таковых считал бы сравнение идиотичным и прочным в самом ядре: критерий вообще в норме - не присуще ни тому ни другому.

А вот: Топор и Бобёр - слова русского языка (Либо нечто, для чего в русском языке есть слова),  или даже: Топор и Бобёр схожи тем, что упомянуты в поэме Х писателя У - громоздко, неуместно для большинства задач, но в целом - верно (если поэма Х и правда содержит эти слова).



в: Остальные случаи могут быть: неудобными, дикими, неинтуитивными. Мы можем указать, что к бобру ближе ондатр, а к топору - нож, или хотя бы пила, и нечего городить огород.

Но, пока ось сравнения заявлена и соблюдена, мы не можем объявить сравнение ничтожным, а аналогию - ложной, если остальные операции - верны. Определяют задачи конкретной аналогии.

г: И когда в следующий раз у нас зачешется язык сказать: "Вы сравнили кхмеров и гестапо, но ведь это совершенно разные вещи", нам стоит дать себе лишний миг на подумать: И правда ли мы хотим жить так, что кхмеров можно сравнить лишь с кхмерами, а гестапо - с гестапо, и какие последствия таковое будет иметь для всех нас?

А после этого изучить: Как детализирует кхмеров и гестапо спикер? (На уровне личного состава они явно различны, с точки зрения космоса - равно ничтожны, всё что между - вопрос наших задач)? В чём его тезис, иллюстрирует ли его аналогия? Критичны ли различия для конкретного тезиса?

Даже если его тезис неверен - в аналогии ли дело?

И так далее.

д: Тут ещё можно покопаться в том, что есть сравнение, а что аналогия.... Но это душно даже для нас.

Базово: абстракции примерно соответствует сравнение.

Ассоциации примерно соответсвует аналогия.

Сравнение - это операция, а аналогия - способ выведения вывода.

Но это сперло в узусе, и спасать это уже нет смысла: нам близки не слова, а логические операторы.

Ну вот - мы в курсе этого, мы умные, чё.

Энивей: если у нас задача просто "можно ли сравнить бобра и топор", или "провести аналогию" - без доп.мутаторов, то ответ будет: так-то, да, можно, по целому ряду признаков.

И помним:

Различия не отменяют сходств.

Сходства не отменяют различий.

Сходства не обещают сходств.

Различия не гарантируют различий.

ПС: не знал, куда вписать - брошу в здесь.
Ещё возможно смодулировать так:
У нас есть только Топор, Бобёр и пока не вскрытое множество (В мире есть что-то ещё, но пока непонятно, что), и больше ничего.
Тогда мы можем заметить, что Бобёр (по меньшей мере) не топор, а топор (как минимум) - не бобёр. Что это значит нам пока не ясно, не хватает данных, но уже какая-то движуха есть.
И далее уже по мере вскрытия множества накручивать новые данные на эти, вплоть д о появления позитивных определений топора и бобра, или - если не их, то новых сущностей (в том числе\возможно) через них. 
Щас-то нам это кажется ерундой, а как по вашему мышление зарождалось? Вот, мы поняли, что базовая единица смысла - 2 элемента. Потому что "Топор" без ничего - это даже не звук, а... Неопределённое невесть что.
Лучше три элемента - топор\бобёр\значение для нас.
(И скорее уж одним из первых будет какое-то подобие "я" - как зоны внимания, или локализации голода\холода), но суть мы уловили: меньше 2 - не соберётся.



===================

Космологический Аргумент: симметрии и тотальные категории.

Жанр: Минимализм, редукцианализм, и поиск тривиального.

Акценты: слабые тезисы.



1: Допустим, спорят верующий (В) и атеист (А). Предметом спора является космологический аргумент (КА), как способ ответа на вопрос "Почему что-то, а не ничто?", или "Откуда взялось всё?".

2: В справедливо упрекает А в том, что научные ответы не окончательны. Для удобства текста, мы остановимся на сингулярность как части модели Большого Взрыва.

В предлагает свою версию: Бог.

3: Для удобства текста, мы примем Бога как сущность, и не будем оспаривать, или конкретизировать Бога: у нас свободная страна, и Бог имеет право существовать как ему забагорассудится.

4: Заинтересуемся другим: В оценивает у А "Всё" как полное множество: материя, энергия, физические законы и константы, логические структуры, топология.

Далее мы будем называть это "Тотальность": Тотальность - это полное множества всего, чего не-нет. У тотальности нет "снаружи", и нет двух и более тотальности: При обнаружении двух тотальности, мы должны считать их одной тотальностью: это рекурсивно-поглощающее операциональное понятие.

а: Например, если мы будем говорить о множестве  параллельных миров (вселенных), то тотальность - это вся совокупность таковых миров.

б: Обоснуем громоздкую конструкцию "не-нет"\"не-не-существует".

Мы получили её простым преобразованием "есть\бытие" в тождественное по смыслу. Причиной преобразования стала необходимость как-то определить, что такое "быть". Существуют разные позиции по этому вопросу: Быть - это восприниматься, быть - это влиять (К примеру, нейтрино влияют на мир, хоть и слабо по нашим меркам), и так далее. Все они уязвимы для критики, и - до известной степени, произвольны, и зависят от принятой картины мира, или текущего уровня знаний (к примеру, что считать восприятием? Когда мы болели, но ещё не знали о вирусах - болезнь это форма восприятия вируса, или вируса не было?).

Однако, в чём  сходятся все определения, быть - противопоставлено не-быть.

Более того, вопрос В к А уже вводит такое противопоставление: "Почему что-то а не ничто" говорит о противоположности, или хотя бы - различности -  этих понятий.

Значит, мы можем сказать что "быть это не-не-быть": "Есть это не-нет".

"Нет/не быть", в отличии от "есть\быть" - не позитивное, а негативное утверждение  (отсутствие) , так что мы не обязаны его определять, более того - такое требование было бы абсурдным.

Таким образом, мы нашли простейшее, универсальное, рабочее понимание любого бытия. У бытие могут быть другие свойства, кроме не-не-быть - не исключаем, но точно у бытия не может не быть свойства не-не-быть.

в: Откуда мы знаем, что В спрашивает А именно про тотальность?

Просто: Иначе вопрос не имеет смысла, так как в качестве ответа может быть принят любой этап: Сингулярность и большой взрыв, или прошлый вторник (Ведь всё, что есть сегодня, так или иначе прошли прошлый вторник, либо порождено чем-то, что прошло прошлый вторник).

Значит вопрос именно о том, почему появилась тотальность, независимо от конкретной формулировки.

г: К тому же, В не спросил бы "Почему есть ничего", так как ничего - нет, а не есть.

По этой же причине условное "ничего" не может быть одним из анализируемых элементов в рамках КА.

Зато В уже включил в свой вопрос разные статусы бытия: физическую, концептуальную, энергии и поля, законы и логики, так как оно всё входит во множество того, что есть сейчас.

5: Предлагая Бога как ответ,  В нарушает симметрию:

Тотальность А ("Всё-А") в качестве сравнения предлагается усечённая тотальность В. Полная тотальность В включает в себя Бога, так как Бог - если мы верим в Бога, не относится к отсутствию, и обладает свойством "не-не-быть"

а: Мы не отчуждаем у Бога трансцендентальность, и понимаем что Бог существует не в том же качестве и смысле, что мы, камень, или подсолнух. Однако, Бога всё ещё не-нет, иначе разговор с самого начала не имеет смысла. Детали конкретного бытия не могут играть роли, так как это откроет А двери для множества альтернативных ответов, чего КА (по задумке) исключает.

К примеру: Сингулярность в теории Большого Взрыва - так же трансцендентальна: в ней не существует нашей физики, она не может быть описана нашими средствами, и понята нашим опытом. Она существовала в совершенно ином качестве, чем я, подсолнух и камень. Позже мы вернёмся к этой параллели. Так же: Не очевидно, что у самой сингулярности должна быть причина, в строгом смысле, этого ниоткуда не следует: А спокойно может заявить, что сингулярность "необходимая предпосылка", или "не нуждается в причине".

Однако, если бы ответ "Сингулярность+БВ" мог быть принят В, то разговор бы не состоялся.

б: В, апеллируя к КА,  нарушает симметрию: сравнивая полное "Всё-А" с неполным "Всё-В" вместо "Всё-В(Всё+Бог)".

Соответственно, либо мы соглашаемся на усечённые тотальности, и объясняем их через отдельные узлы (Тогда Бог и Сингулярность - равноправны), либо ищем первобытие.

(Обратите внимание, на мелкое - но определяющие отличие наших букв от классического аргумента против КА: Дело не в том, что мы отказались принять необходимость или уникальность Бога в казуальных цепях, а в том, что для того, как поставлен вопрос это мало чего меняе: условно - хорошо, Богу не нужна причина, но почему не нужна? Наша цель не в опровержении Бога, и даже не в опровержении КА, см. дальше.)

6: Первобытие - это безусловно первый феномен, не-не-существующий в любом смысле или каечтстве. Свойства первобытие: отсутствие до-состояния. Такое свойство может быть не только у первобытия (допустим), но первобытие - первое, у чего нет до-состояния.

Откуда мы знаем, что у первобытия нет до-состояния?

Из структуры вопрос: "Почему что-то а не ничто", если у первобытия есть до-состояние, то первобытием стоит считать это до-состояние.

Первобытие - это не онтологический статус, а операциональное, несамостоятельное определение, маркер, тег, ярлык. Оно может так же быть онтологическим статусом, но это вторично.

Бог и не-Бог (сингулярность) пока что - равноправные кандидаты в первобытие, посмотрим что будет дальше?

7: Фиксируем неразличимость:

Чтобы первобытие (чем бы оно не было по существу) было таковым, до него не должно быть ничего, включая (но не ограничиваясь)

- Ничто

- Небытие

- Пустота

- Хаос

- Логика

- Физика

- Пространство

- Причинность

- Время

- Потенциал

- Я, Камень, Подсолнух, В, А.

По крайней мере, автономных от первобытия.

а: То есть оно либо вечное, либо появляется не из чего.

б: Вечное и "не из чего" в данном случае - формулировки одного и того же экстремального состояния.

Вечное можно представить, как шкалу Т, у которой нет левого педела, и её всегда можно продолжить влево.

Но, неинтуитивно то, что "не из чего" обладает тем же свойством: хотя оно "появляется" в какой-то момент, в силу того, что до этого момента ничего не было, левой границы шкалы так же не существует, потому что ей некуда обрываться, нечего отделять: слева от шкалы никогда не появляется пустота,  или иной континиум. Так что шкалу Т в этом случае точно так же можно продолжать влево бесконечно: До "не из чего" не было времени, или безвремения. Замети, что это именно топологический феномен: как бы далеко мы не ушли влево по шкале Т, нам всегда есть куда двигаться, потому что левый край требует, чтобы за ним что-то да было: обрыв, пустота, стол. Но там ничего нет, не было, и быть не могло - аналогия с шкалой в этом месте существенно ломается, так что наши попытки найти эту точку лучше представить через  изолированный математический оператор "стремится к..."  - например, к нулю или минус-бесконечности: такой оператор не имеет свойства завершать операцию. Вы не поняли: несмотря на то, что в этой версии начало - есть, нет способа добраться до него, и заключить "вот точка, после которой" - что?  Путаница возникает из-за инерционной нагрузки отсутствия до-состояния (ничего не было) неким статусом, онтологией - которых, по понятным причинам - не было.

И было бы это досужим софизмом, кабы не одна деталь: У понятия "вечное" вообще нет других обязательных свойств, кроме "отсутствия до", или "левой границы Т-шкалы". Мы подчеркнём, "вечное" определяется одним, и только одним свойством (занимать весь объём времени, существовать в любой точке времени), а его-то мы только что нашли у, казалось бы, явного антагониста "вечности": "появившееся из ниоткуда" так же занимает весь континуум времени, потому что нет никакого периода "снаружи". Так что черепу неплохо бы закипать: да, различия между "вечным" и "взявшимся не из чего" грамматические, интуитивные, но не логические и онтологические: обе формулировки означают лишь то, что описанное существует во всех точках времени. Вечное это что? Это f(t) определена для всех t, и для любого t существует t' < t. . А ниоткудашное - ровно то же самое.
Я не уймусь, пока мы не поймём: у "вечное" лишь один, всего один критерий - он же определяющий. И мы нашли полное в том самом смысле, который только и имеет значение, так что это вам не просто так.
 Да-да, вот-вот, никаких отличий (Хотя у ниоткудашного и есть некая Т0), и я о том же.

 Значит, в рамках любого релевантного суждения мы вправе преобразовывать одно в другое, так как это меняет лишь формулировку.

Интуитивно может показаться, что формулировка "вечное" экономнее и лучше, но мы не согласны, так как в этом случае появляется возможность спросить "а откуда же взялась вечность, или сама возможность вечности?",  каковая возможность становится обязанностью в рамках обсуждения..

Наш выбор - "не из чего" - не путать с "из нечего": позитивные утверждения нерелевантны, только апофатические. Собственно, потому наш выбор и таков: это экономичнее, опрятнее и лучше годится на роль отправной точки.

в: Первобытие просто-напросто обязано быть беспричинным, иначе наш вопрос переадресуется к его причине. Не существенно, чем является первобытие - Богом, или чем-то физическим\протофизическим\околофизическм. Если у первобытия есть протопервобытие, то протовпервобытие - это первобытие: определение носит эстафетный характер "наибрлее\наименее" - этого, опять-таки, требует структура вопроса.

г: Вообще, любые фундаментальные вещи обязаны быть беспричинными.

8: Если нам возразят, что "не из чего не появляется что-то", мы (помимо сказанного) добавим, что - конечно, не появляется - теперь, когда никакого "ничего" - и, тем более апофатического не-состояния нигде нет: Всюду как минимум, пространство и время, а нередко ещё и излучения, воздух, свет, а то и вовсе - камень, подсолнух, я, А, В.

Однако по структуре вопроса понятно, что мы искали экстремум, где всего это ещё не было, и мы показали почему необходимо чтобы не было именно всего названного.

а: Первобытие появляется потому, что ничто не мешает.  (Тезис слабый: не "должно возникать", а "Ну, может и возникнуть, чё бы и нет?". Могло ли не возникнуть? Конечно! Почему же возникло? Нипочему! Иначе? Мы бы спрашивали про обоснование.)

Любые законы логики и физики можно без потери смысла преобразовать в запреты: Не "Скорость света в вакууме равна Х", а "Скорость света  в вакууме не равна 0,1,2,3,4...... (Х), Х+1, Х+2,Х+3....".

Причины по которым не происходит не происходящее можно так же описать системой запретов: можно формализовать, почему возле вас не появляется груда бутербродов - формализовать разными путями: Физически, логически.

Но до первобытия не было физики и логики: Они\одно из них либо являются первобытием (тогда их не было до себя), либо дочерни к первобытию, и определены первобытием. Не было запрета на появление первобытия, потребности в причине, свойства "быть следствием чего-то".

б: Мы даже можем допустить, что первобытие Например, если мы на стороне В) создало себя: Бог создаёт себя, прежде чем создать мир, создаёт не из чего (не путать с "из ничего"), потому что ему - Богу, ничего не мешает создать себя даже в ситуации, когда его - Бога - ещё не существует.

Несмотря на некоторую громоздкость, это более удачный вариант, чем "Бог существует, потому что он - необходимая первопричина\предпосылка": Наша версия содержит парадокс, но этот парадокс существует в экстремуме. В то же время "Бог существует, потому что он - необходимая первопричина" - либо (в слабой форме_ - версия слабого антропного "потому что, если бы Бога не было, то не было бы и нас и этой беседы" (экстраполяция Бог из настоящего), либо (в сильной форме) и вовсе временной парадокс: наше существование сейчас создало Бога в прошлом, во всяком случае такое преобразование напрашивается.

(Этот хронологический аргумент от парадокса - сам по себе не криминален: В экстремальном сценарии, почему бы нам из будущего через необходимость не создавать Бога, чтобы он создал нас - мы же и обсуждаем экстремум, чего ж удивляться парадоксам. Но в таком случае первобытие это или мы, или возможность настоящего влиять на прошлое, или некая наша целокупность - а уже не Бог как таковой).

Если же мы играем за А, то мы можем не строить таких конструкций.

в: В любом случае, КА не создаёт уникальных преимуществ - и не имеет уникальных изъянов. Картина мира с КА и без КА - идентичны.

Подчеркнём: Мы понимаем особый статус Бога, как Абсолюта, однако нам для  обсуждения важно лишь то, уместно ли сказать, что Бога - нет, и если Бога не-нет, мы вынуждены включить его в тотальность - не отнологически, но логически.

Остальные вопросы симметричны: Почему именно такой мир = Почему именно такой Бог, а не какой-то другой, сотворивший какой-то другой мир?

Почему именно мир, а не не-мир = почему именно Бог, а не не-Бог?

Ответы - либо слабый антропный (экстраполяция из настоящего), либо хронологически-парадоксальный (Именно такой Х нужен чтобы появился я = Я в настоящем вызвал Х в прошлом).

9: Вернёмся к ранее заявленной параллели между Богом и Сингулярностью.

Казалось бы, параллель слабая, ведь Бог в каноне обладает личностью и волей.

Однако, по канону же Бог обладает свойствами "Всемогущество", и "Всеведенье": очевидно, что личность обладающая такими свойствами сильно отличается от того, что мы называем "личностью", и понимаем под "личностью".

Аналогично с волей: Воля есть, но она - априори непостижима. Свойство "непостижимость" делает Бога тотально непрозрачным: мы либо выбираем конкретную конфессию (что всегда спорно даже в рамках одной только христианской топики, а ведь не все религии  - христианство, или хотя бы авраамические), и - эффективно, неотличимым от безличного процесса на всех уровнях, без исключений: предположительно, у Бога есть план. Предположительно, Бог берёт кого-то в рай. Предположительно, хотя бы часть писаний, хотя бы отчасти - верны.

В силу принципиальной закрытости воли,  и уникальной сущности личности Бога - мы можем так же описать гипотетические процессы в сингулярности как "волю" и "личность":  В самом деле, и "воля" и "личность" обладают некими внутренними казуальными или мета-казуальными законами, закономерностями, цепочками, процессами - вне зависимости от от носителя таковых: нейроны, психические состояния как таковые, намерения и культурные коды, ожидания и ролевые модели, когнитивные схемы, багажи опыта - в чистом остатке мы называем "волей" или "личностью" некоторые виды чёрных ящиков - который, при ближайшем рассмотрении, не так-то просто определить непроизвольно. Для большинства задач, мы относим к таковым чёрным ящикам только биологические структуры: к примеру, птиц, зверей и людей, для ряда задач - только людей. Однако Бог не является биологической структурой, но заявлен как трансцендентальная величина. Ранее мы увидели, что в строгом смысле, сингулярность так же трансцендентальна (Для различения требуются дополнительные обоснованные критерии, что не входит в КА), и из общих соображений понятно, что и она является для нас чёрным ящиком (Чем бы она, как и Бог не являлись для себя самих), таким образом - на этапе КА-аргументов, мы получили - на удивление -  ничем не отличающиеся картины мира, и различные их интерпретации: будь то математические модели, или откровения.

Само по себе это ни о чём не говорит: но оно и не должно: КА и не-КА идут ноздря в ноздрю.

10 В целом, во всех отношениях - всё, что касается поля интереса КА мы не видим чтобы преимущество было у А или В.  Что нас совершенно устраивает.
 А играет от обороны, его тезис - негативный, "отсутствие" - это проще, но А не может считаться победителем ни в какой момент времени (если только не сумеет перебрать все бытии на 100%, нигде не обнаружив ничего эдакого).
 Но вообще-то, у В могут быть сильные аргументы, просто они лежали бы явно не в плоскости КА. КА - может быть аргументом третьего ряда, в свете уже доказанных или обоснованных штук, тезисов и прочего, но самостоятельной различающей ценности относительно А при достаточной детализации - не показал.

 Велик соблазн рассудить так: Что вероятнее, самозарождение безличной структуры, или сразу целого Бога - осознанного, всемогущего? Ладно, что он всеблаг (это он по определению: Если Бог есть, нам придётся задавать благо через Бога, каким бы он не был, а наша нормальность уже привязана к нему прямо или косвенно, явно или скрыто), но вот с этими двумя свойствами как?
Проницательный читатель, однако, заметит что вероятность:
а: Погано подходит для оценки единичного события, да ещё и состоявшегося (как не считай, что не обсчитывай - Бога, Сингулярность, твоё рождение, твоё чтение этого текста - будет или 1, или около 0, в зав.от метода. Вот перепроверь сам. Прошлое, простите за каламбур - невероятно).
б: Что важнее, мы сами указали на специфику первобытия. Это можно вылечить, отчуждая Бога от статуса первобытия (как во многих религиях), но в нашем КА это не применимо, не будем душнить и мы.

Пожелаем успехов В и А и двинемся дальше.

11: Не стоит понимать это, как возражения против бытия Бога, и вообще суждение о его бытии\не бытии. Для нас важно, что КА не даёт уникальных преимуществ, как и наука в рамках темы не имеет таковых. Если мы играем за В, нам стоит искать аргументы другого рода, а если за А, нам не стоит считать это суждение доказательством своей правоты (тем более, что отсутствие не доказывается).

 Интереснее другое: сама глобальность такого рода вопросов диктует контринтуитивные вопросы, если восстановить симметрию, и неочевидные ответы. Для удобства продолжим обсуждать В и А, но это касается любых суждений с фундаментальными экстремумами .

Новый пример: В спрашивает о смысле жизни, не принимая от А такие ответы как "потомки", "вклад в культуру",  "вклад в науку", "последствия", "гедонизм", предлагая как альтернативу рай (Допустим для нужд текста, что В всё ещё обобщённый околохристианин).

Нарушение то же самое: если В - верит в рай, то его тотальность не может быть описана как земная жизнь, а обязана включать в себя жизнь+посмертие:ад\рай. В нашем случае - для наглядности - жизнь+рай.  Соответственно, в одном случае мы спрашиваем - "в чём смысл всего" - очевидно, что ответа не будет. В другом "В чём смысл не-всего", и лакуну, её наполнение -  используем как ответ.

Это разумно онтологически (ведь рай не является жизнь в обычном смысле), но опять же - грубо логически - ведь сравнивает тотальность и не-тотальность. К тому же, непонятно, на каком основании В выписывает из понятия "жизнь" по-смертный этап, если он дольше, и важнее (Вспомним, что вся аргументация Христа строится на приоритете загробного над мирским, и именно через эту призму он оценивает большинство человеческих переживаний как годные и негодные) - по идее, для В смерть не может иметь такого же статуса как для А, но должна быть чем-то вроде переезда. Именно это соображение вынуждает нас включить рай в понятие "всё-В".

Соответственно, парадоксально, но для сохранения симметрии стартовый вопрос необходимо адаптировать к "всё-В": - мы должны спрашивать либо "В чём смысл рая" - не "Относительно жизни - быть наградой, следствием", а "Дальнейший смысл" - попали мы в рай, и что?

(Ведь В вряд ли устроит система наград А).

Или даже так: Состоялся Страшный Суд, все кто заслужил попали в Рай, и воссоединились с Богом: Апокалипсис в христианстве - имеет позитивный смысл, и мы не против. Однако, раз вопрос задан А, то мы задаём его и В: "Все воссоединились с Богом, и какой в этом теперь смысл?".

Единственный ответ: Никакого. И это не критика религии, это единственный возможный ответ - потому что рай претендует на окончательность.

(Если мы достроим после рая нечто иное, или новую историю, или вечность в сансаре, или нирвану - см.выше. Впрочем нирвана требует отсутствия смысла, так что с нирваной попроще).

Тут заметим, что слово "смысл" требует времени, последствий: если мой смысл - здесь и сейчас, то он существует потому, что я буду воспринимать его в следующий миг. Если мой смысл - глобальнее: культура, искусство, религия - то ещё проще увидеть темпоральный слой слова. Времени или последствий - но последствия требуют времени, так что это не самостоятельно важно.

Времени: даже если мы это так не вербализуем, или мыслим в малых категориях секунд: ведь нет никакого непротяжённого "сейчас" но об этом в других текстах...

Или вот - самое любимое: Если В говорит А, что без души Бога А - просто сумма материи, то симметрично будет сказать, что В - "просто" сумма материи и души. При том В не может быть "душой", так как "душа" не наблюдает мир глазами на белковой основе, и не хранит опыт в мозге на белковой основе . Мы согласны, что душа это как-то делает, но очевидно что столь радикально иным способом, что тождественность В и души-В - номинальна, и сухо-причинна: душа сохраняет личность, но это не личность В какой-то форме, которую осмысленно примерить на себя. В этом же смысле, любой А, прижив даже самую пустую жизнь, создал множество бабочкообразных уникальных причинных цепей, которые будут порождать новые и новые: например, если мы оставили след на песке, песчинки упадут в этот след не в точности так же, как без следа, что неизбежно повлечёт иное рассеивание света (пусть и за пределами наших наблюдений или занчимостей): даже не обязательно, чтобы эти бабочко-следы в итоге обрушили гору: вселенная с ними и вселенная без них - не тождественны при наложении. Это вполне можно считать трансцендентным посмертным бытием, учитывая что личность В в душе В мы не обнаружили: хорошо, у души есть сознание, но ведь оно неизбежно иное, и иное радикально. В - это именно текущая комбинация В+душа, а не душа без В (повторимся, при этом душа может быть, и нести личность или важнейшие её элементы В: В-то это тотально В, а не какие-то части В).

Остаётся ярлык "просто материя", который ничем не обоснован: Почему материя - "просто",  а материя+душа не "просто материя+душа", почему душа - не "просто душа", что так уж сильно наделяет сакральностью душу, что лишает сакральности материю?  Стоит восстановить симметрию (Ведь В включает "душу" в понятие Я, это - его полное множество Я), как вопрос становится - как минимум, более интересным, как максимум - невероятно скучным (В зависимости от риторических и логических навыков В и А).

Опять же дело не в религиях (В просто подвернулся), а в работе с импликациями: статус материи как "просто", а души как "не просто" вброшен в беседу - либо это аксиома (тогда А может просто её не принять, и всё тут, правда и свою навязать он не в силах, но наш текст и напирает на ничью), либо вывод (Но тогда нужно суждение).



12: Забудем про В, А, КА и рай - текст не о них.

Сегодня мы поняли тривиальную (А значит, истинную) вещь: предельное - предельно, и если мы ищем предел, не стоит удивляться, что за пределом нет ничего, а если за пределом что-то есть, значит мы не нашли предела. Мы научились применять это к спорам, а так же поняли что-то про вечное и ниоткудашное. Всё обязано быть абсурдным (в том смысле, что не иметь основания), и бессмысленным (в значении - не иметь обоснования в последствиях), как и любые фундаментальные узлы. Мы выбрали слова "абсурд" и "бессмысленность" - но просим чётко обратить внимание, какими именно значениями мы их наполнили, и не покупаться на не заложенные коннотации.

Это нормально, более того - необходимо, и если нас не устраивают такие ответы, стоит избегать таких вопросов.

Мы не ввели почти ни одной сущности - наши "тотальности" и иже с ними были имплицированы вопросом, мы просто вербализировали то, что уже было в беседе имплицитно, подправили симметрию, и кое-где продолжили логики.

В целом, мы убедились что вопрос "почему именно Х, а не не-Х" неисчерпаем в силу грамматических, нежели сущностных причин: его всегда можно эффективно втиснуть в любое объяснение. На примере Бога это просто удобно иллюстрируется - Бог как гипотеза обладает уникальной объяснительной силой, с этим бессмысленно спорить (Спорить можно о качестве обоснования, но нам не интересны прямые В-А сопли), но даже Бог-как-ответ пасует перед вопросом "ну так и почему Х, а не У?": Хорошо, Бог, но почему именно Бог? Почему именно всемогущий? Что, в точности, делает Бога - всемогущим?

И мы - с неизбежностью констатируем рекурсию в пределе: это так, потому что это - так.

Если мы играем за А, нам не стоит считать это триумфом науки: почему скорость света именно такова? Почему квантовые процессы именно случайны (по меньше мере локально), и почему случайны (локально) именно квантовые процессы, а не какие-то ещё?  Если мы найдём некую теорию всего, у нас останется вопрос: хорошо, всё взаимно согласованно, а почему оно взаимно согласованно-то? И попытка отбросить "почему" как не-валидный имеет мало сущностных отличий от картины мира В.

Не любое "это так - потому что это - так" - предел, но любой предел обязан быть "это так - потому что это - так".

Или не быть вовсе.

Но вопрос "почему" - неисчерпаем, вне зависимости от осмысленности.

Ещё мы поняли, что иногда чтобы сохранить суть вопроса (в случае сравнения) его нужно менять, а не сохранят дослвно.

Нормально посидели, я считаю.



"- Так вот. Сперва не было ничего.

- Стой. А откуда оно взялось?

- Что "оно"?

- Ну. Ничего.

- Я ж говорю: Ничего - не было. Не было его.  А ты спрашиваешь "откуда взялось". А что взялось, если я говорю что "не было"?

- А что было?

- Я же говорю: Ничего не было".

ПС: К разделу о "вечном". Когда я поутих, я понял что опустил неопрятность: вечное обязано быть и в будущем. Ниоткудашное - может, а может и не.
Но для целей текста эта неопрятность не критична: текст в данном месте сфокусирован на первобытии, и тематически ограничен этим моментом.
Однако я должен сделать и эту оговорку, а то как-то коряво. Сделал.
Теперь как-то не коряво.


===============

Шутка:

План сочинения по МуМу.



Тезис: "Мне нравится Му-му, так как я одобряю основную идею рассказа: нужно топить собак, если они лают на людей".

Жанр: Оперативный минимализм: извлечение импликаций, проработка. Свои аксиомы: не предлагаются.





1: Авторский вопрос.

а: Тургенев, очевидно, закладывал в текст нечто иное.

Я не сторонник "смерти автора", однако в данном случае имеет смысл сделать исключение, так как Тургенев, безусловно, не является автором-мыслителем (Тостой, Платонов), а скорее - автором-изобразителем.

б: Доказываем:

Обратим внимание на ранние рассказы Тургенева. Как "Хорь И Калиныч", так и "Записки Охотника" были созданы методом журналистики погружения: Тургенев выдавал себя за простого человечка, скрывал свои подлинные происхождение и статус, и записывал, что называется, жизнь-как-она-есть.

(Конечно, и такой подход требует известного ремесла, такта и чутья - возможно, даже больших, чем для мыслителя, и всё же - изображение реальности удачно настолько, насколько автору удаётся молчать)

К тому же Тургенев был тупой (Мы остановимся на таком оперативном термине, чтобы внести в скучный текст некий задор игры регистров великого и могучего языка, некую диссонансную ноту).

в: Доказываем:

Из контекста школьной программы нам известны следующие факты:

- Отмена Крепостного Права в том виде, в каком она была реализована - дно, фарс и плевок в лицо всему доброму.

- Все мало-мальски адекватные люди понимали, что она - дно, фарс и плевок в лицо всему доброму.

Таковая оценка не только чётко формируется уроками Истории, но и уроками Литературы.

г: Тургенев был в восторге от реформы, и искренне считал нормальным, что крестьяне будут платить ему ещё 40 лет. Его неприятно изумило, что крестьяне не увидели благодати в такой реализации.

(Заметим, мы бы не были столь строги к кому-то другому, но чувак буквально сам же привёл голос крестьянина в литературу, и от него мы вправе ожидать больше проницательности).

От горя тургенев уехал за рубеж, и до конца жизни ядовито проклинал простой народ за тупость и не способность думать о высоком, и склонность ценить живот выше идеала.

(Цитаты из писем из-за границы)

д: Налицо парадокс: в школьную программу включён человек, школьной программой многожды порицаемый.

Выход из парадокса так же налицо: Признать автономию художественного дара изобразителя, и не требовать от Тургенева мысли, приняв от него по таланту его.

Более того, минимального усилия ума достаточно, чтобы понять: чем меньше автор относится к "мыслителю",  тем талантливее он отображает, и напротив: мыслитель неизбежно интерпретирует реальность (корректно или не вполне - нам сейчас не важно): построит кубисски-механистически-живой язык Платонова (Известно фаната Фёдорова, сочетающего гуманизм и жестокость, где гуманизм - это путеводная звезда, а жестокость - нужна, потому что естественна а значит пока что неизбежна, и потому, что  по реализации Фёдорова, мёртвые будут воскрешены во плоти), пропитает текст нормативными оценками, идеологемами и пр, что имеет художественную ценность, но априори искажает фиксацию, которая по определению должна тяготеть к общезначимости , и номинальности автора (Сравните пейзаж в жанре реализм, и картину в жанрах сюрреализм или кубизм).   

Не стоит путаться в омонимах: усилия мысли нужны и для корректного отображения, но это усилия мысли иного толка, чем при продуктивном сознании: возможно, более высокие (как минимум, требующие дисциплины и смирения, и исключающие уход в отрыв там, где мыслителю он даже обязателен),  просто в языке для двух ситуаций используется одно слово. Критерий понятен: изображение - претендует на общезначмость, мышление - на оценку, так как изображаемое не зависит от наблюдателя, а вот его интерпретация - зависит. Условно: математик выбирает операции с числами, и знаки чисел, но сам факт того что столько-то ворон да ещё столько-то это такое-то состояние суммы ворон - существует вне зависимости от культуры, знаков и наличия в системе человека: это свойство объективной реальности (А из ШП мы знаем что идеализм не корректен). Мы надеемся, что наша аналогия не запутала читателя, хотя и требует известного уровня абстрактного построения: специфика литературы иная, чем в математике, однако специфика объективного и изображаемого (словом или числом), и операций и интерпретаций - эти специфики на абстрактном уровне аналогичны.

Итак, мы признаём за Тургеневым талант изобразителя (Иначе он бы не оказался в ШП, таланта мыслителя мы не нашли, остаётся талант изобразителя).

Однако такой талант изобразителя ведёт к отсутствию банальной практики для автора, и банальной значимости интенций (которые в пределе неустранимы) автора для читателя.

е: Таким образом, в данном случае авторские интенции нам не важны.

ж: Примечание: В разных фрагментах ШП дихотомия вводится в разных терминах, помимо названных нами, однако мы легко встречаем и атомизированные понимания искусства и таланта, как "отображения реальности" и как "продуктивного мышления" (так же их синтезы, но для нас сейчас важны атомизированные упоминания,) - следовательно, вне зависимости от выбранных обозначений, категории существуют в ШП.



2: Животный вопрос:

а: Школьная программа учит нас тому, что жизнь животного не имеет самостоятельной ценности.

Большинство животных, маркированных как "вызывающие симпатию" в курсе программы - инструмент раскрытия людей.

Исключение: Некоторые вещи Бианки (Но его задавали только на лето, и никто его не читал. И даже у него в Карабаше люди играют большую роль, нежели собаки, хотя Мурзук - вещь именно о животном).

б: Школьная программа содержит не только сцены охоты и рыбалки с явной целью выживания (Или случаи защиты от зверя), но и нередко упоминает охоту и рыбалку как развлечение - впроброс, тем самым чётко обозначая: Даже человеческий комфорт - важнее жизни животного.

Случаи, когда убийство животного можно считать необходимостью - достаточно редки: (Мцыри, Повесть О настоящем Человекек) относительно текстов, где оное показано между делом, как неотъемлемая часть нормальности.

Это разумно: как мы знаем из школьной программы, Именно человек - венец творения, и - школьная программа учит нас Гуманизму, но учить нас кинонизму (любви к собакам), или анимизму (любвь к животным) не обязаны, так как они - ресурс для нашего досуга, а мы  - либо атеисты, либо православные, но явно не язычники-анимисты.

в: Почему анализ от количества.

Потому, что у нас есть массив данных (тексты) без гарантированного (или хорошо обоснованного) веса. В таких условиях, для построения минимально необходимой гипотезы нам ничего не остаётся, кроме статистического анализа: по крайней мере, мы нашли норму (убийство животного когда человеку так надо, чем бы не была продиктована нужда).

Из корпуса ясно: Человек вправе не убивать животное, но не обязан не убивать. Это логично, ведь воля человека - единственная ось принятия решения, и внешней морали относительно неё не выявлено (Источник морали - всегда другие люди).

Важно (!) не путаем нравоучительные сказки и истории, говорящие о морали (!) и о фактических механических последствиях в силу объективной природы мира вне-человека. Помним, что "естественное" - это не "правильное\желанное", и вообще не нечто оцениваемое морально.



3: Человеческий вопрос:

а: Барыня - безусловно плохой человек, но она - человек, следовательно (как мы поняли) её покой выше жизни муму.

б: Герасим, безусловно, больной человек, но школьная программа учит нас, что ни нужда ни болезнь не могут быть оправданием при совершении зла.

в: Герасим, безусловно, совершает преступление заводя собаку:

Собака есть существо, обладающее зубами, а значит - потенцией к покусанию Человека.

Собака в свете такого своего существа, требует активной дрессировки для своего содержания.

Каковую, увы, больной человек обеспечить не мог заведомо.

г:   Аналогия - если слепой от рождения человек хочет водить, дабы избыть своё одиночество - и почти собьёт человека, это всё ещё будет казусом, который потребует разбирательства и мер - даже если водить - главная мечта жизни слепого. Мы, как правило, не выдаём водительских прав слепым, и мало кто считает это угнетением.

При том машина - феномен контролируемый, и не обладающий собственной непредсказуемой волей, так что критерии права на собаку  должны быть строже.

д: Не имеем смысла рассматривать Муму как протест против угнетения крестьян. Во-первых (См1), во-вторых, собака не является агентом марксиской теории, и ничто не указывает на классовую природу её лая.

Аналогия:

Если плохой человек (Барыня) сгорит в пожаре, пожар всё ещё является проблемой, которую надо устранять. Мы не можем позволять пожарам жечь всякое-разное лишь на основании того, что пожар сжёг-де (Барыню). Более того: даже (Барыню) неплохо бы спасти из пожара.

е: Иными словами - не имеет смысла ждать, пока собака покусает кого-то симпатичного нам (ребёнка).

ж: До известной степени жестоко требовать топить муму самого Герасима, однако если бы её утопил не-Герасим это было бы столь же жестоко, но менее поучительно: Если ваше имущество причиняет дискомфорт людям, возможно личный демонтаж поможет вам это уяснить лучше.

Во всяком случае, если вашу собаку демонтируете не-вы, это тоже может вас выбесить.

Возможно, вопрос рассказа стоит ставить именно так: Кто должен утопить Муму, и не следует ли завести нарочного человека на такой случай?

з: Стоит так же понимать, что покус собакой в 19 веке - мероприятие более опасное, чем в 20 или 21 веках: нет доступной медицины, нет противовирусных, антибиотиков, антивосполительных. Люди умирали от меньшего даже в начале 20 века.



Подчеркнём:

Мы осуждаем барыню за неравенство, и сожалеем о состоянии Герасима.

Однако: Герасим всё ещё исходно взялся за задачу, которую не способен выполнять: содержание собаки.

Именно болезнь ставит крест на содержании собаки: хотим ли мы, чтобы рядом с нами обитали не-дрессированные собаки?  Ответ  варьируется только до тех пор, пока рядом с собакой не окажемся мы, или важные для нас личности, следовательно общезначимый ответ: "Нет, мы этого не хотим".

Способен ли глухонемой обеспечить дрессировку собаки в той же мере, что и здоровый человек (учитывая, что и здоровые-то справляются не всегда)? Очевидно, что не способен.

Собака не выступает агентом вины: однако её потенциал к покусанную людей обеспечен наличием у неё пасти, при том пасти многоразовой, и оснащённой зубами, каковое свойство неустранимо (Во всяком случае, отрезать собаке пасть - .метод уязвимый для критики). Из статуса "собака как собака" в статус "собака как потенциал угрозы" му-му переходит, налаяв на человека без команды о таковом: лай это сигнал угрозы, даже если этот лай продиктован страхом (Нам ничего не известно о квалиао собаки, и способности её испытывать, а не имитировать страх, либо испытывать страх, а не проявлять нечто внешне неотличимое от страха).

 Не стоит испытывать к собаке отвращения, как мы не испытываем его к вирусу, или пожару (Как мы уже убедились ранее, одушевлённость собаки - чисто грамматическая: собака - одушевлённый предмет в русском языке, всё что сверх этого - не играет роли, о чём свидетельствует контекст).

Барыня может быть плохим человеком, но даже в этом случае - хотим ли мы, чтобы решения о том, кто будет облаян и потенциально покусан принимала собака? Собака (особенно - наша) не имеет юр.образования хотя бы на уровне кодексов Хамурапи (Не говоря о поздних версиях права), и не в состоянии компетентно оценить кто достоин лая и покусания, а кто - нет. Такие решения мог бы принимать только суд (Даже принимая во внимание, что даже суды часто бывают не вполне корректны, и подвержены взяточниеству, личному фактору, или разгильдяйству, это всё ещё, в среднем, более надёжный инструмент, чем мнение собаки), но так вопрос текст не ставит.

Более того: какой-то нормативный смысл мог бы быть, натрави Герасим муму на барыню нарочно: это был бы произвол, но Герасим хотя бы относится к той же категории, что условный "суд" - он - человек, и его оценки могут быть верны или не верны, но базово - релевантны. Оценки собаки релевантны только в вопросах выслеживания дичи, чего в тексте не заявлено. В любом случае этот абзац - носит сравнительно-гипотетический, факультативный характер, и может быть не учтён при оценке сочинения.

В нашем случае мы не ставим вопрос о Герасме как о "вине-отвественности", но только как о "последствии-отвественности": очевидно, что Герасим не сам сделал себя глухонемым. Однако таковым его не сделала и барыня (среди возможных обвинений, мы не найдём этого).

Вопрос о санаторных условиях для Герасима текстом никак не поднимается, и мы не можем ввести его в оборот не допуская произвола, хотя в факультативной форме советуем этот аспект к рассмотрению.

Таким образом: У нас нет причин рассматривать текст, ущемление Герасима через утопление его имуществу, кроме привычки. В остальном мы имеем вполне нормальную и здоровую ситуацию: элиминация общественной угрозы.



4: Почему мы не можем позволить му-му лаять. Ещё и:

а: Ранее мы упоминали контекст. В контексте - массовые случаи охоты и рыбалки, в т.ч. не для выживания и без угрозы.

Если мы не считаем лай виной, то лай всё ещё ближе к вине, чем простой факт встречи с охотником, бытия на его пути. Лай - по крайней мере, является действием, в то время как безымянные звери, рыбы и птицы не совершали даже такого минимума.

Значит нам надо или осудить все случаи охоты и рыбалки в ШП, либо легитимизировать акт устранения му-му.

Осудить мы не можем, так как известно из ШП, что человек - венец творения.

Подчеркнём, что охоты и рыбалки описаны без моральной оценки - то есть, поданы как неотъемлемый и обязательный фон нормальности, что согласуется с фактом, что человек не способен долгое время корректно жить без мяса, а значит добыча мяса так или иначе будет вплетена в нормальность по мере развития человека как вида. Факт не оценивания охоты - красноречив: ход вещей не может быть оценён иначе, как "естественный".

Осудить нормальность - это крайне странно. Нормальность требует потребления мяса. Потребление мяса диктует иерархию: мы и не-мы. Лай собаки - либо вина, либо лучшее приближение к вине, чем факт того, что нечто не-мы.

б: Если мы рассмотрим му-му вне контекста, то мы потеряем инструменты к рассмотрению: Текст не даёт определений даже для таких слов, как "Герасим", "Собака", Барыня", "Деревня", "Пошёл", "Глаза" , или правил чтения закорючек именуемых буками, из которых он состоиь- каждое слово текста (За возможным исключением Герасима) известно нам именно из контекста (Тот факт, что Герасим это имя - выводится так же из контекста, благодаря которому нам понятны значения "его", "звали", "имя"). следовательно текст уже в контексте, независимо от моей личной воли.

в: Если мы не считаем лай - достаточным индикатором собако-угрозы, то возникает вопрос - что мы считаем? Акт покусания - не индикатор угрозы, а её реализация: ожидание укуса исключает любые превентивные меры, и абсурдно: Человек не ждёт пожара, человек ищет способы снизить огеопасность. Человек не ждёт воров, человек ставит двери с замком (и соседи не обижаются, и не думают что их считают ворами), человек не ждём эпидемии, а проводит вакцинацию.

г: К тому же: Допустим такой вариант: Собака уже покусала десяток человек.

Не мы ли сами, заявим что нужно было принимать меры заранее - и уже будет согласны на утопление собаки (особенно, если покусаны мы или наши близкие).

Но человека характеризует способность прогнозировать будущее, и планировать на шаг-два наперёд.







5: Альтернатива.

а: Предчувствуя некоторое недоумение от нашего сочинения, я предлагаю преподавательском составу боле невинную, хоть и более слабую трактовку. Она имеет ряд недостатков, однако предлагается как бонус.

б: Муму - это имя советника Абзу (Энума Элиш.

Между Муму и Энума Элиш есть ряд зловещих паралелей.

в: Тиамат - праматерь бытия. Тиамат существует среди вод. Её супруг - Абзу, так же существует среди вод. Абзу утомлён шумом своих детей, и решает их убить. Тиамат просит его не убивать их. Абзу не слушается, и - с помощью советов Муму инициирует конфликт, который кончается гибелью его и Тиамат.

г: При таком чтении мы видим воздаяние:

Тиамат стала барыней (Осталась главной).

Абзу стал глухонемым (Получил тишну, и сам излучает тишину).

Муму стал собакой (Слуга Абзу).

Муму снова, как прежде, открывает свой рот - на этот раз прямо на Тиамат-барыню.

Тиамат-барыня требует Абзу (Виновника её нынешнего статуса человека), вернуть Муму (Виновника её нынешнего статуса человека) в воды (Утопить), ибо из-за Муму Тиамат - умерла, и стала Барыней. (Очеивдно, наказать Абзу она не в силах).

д: Слабости:

Как мы узнали из п1, Тургенев - тупой, так что не мог влагать таких смыслов.

К тому же, Энума Элиш была переведена после написания муму (Пр.через 20 оет), но аргумент тупости кажется мне более значимым.



6:

Из самого факта, что автор посещает школу с ШП выводится нормативное право ШП: Без монополии ШП на правоту (В рамках зоны интересов ШП, а сочинение по сути своей существует в этой зоне), ШП не способна была бы оценивать труды учеников. То есть, сам факт создания текста невозможен без признания операциональной монополии ШП на правоту, а так как ШП учит методу, а не повторению, то и на методологическую последовательность (так же необходимую для научения и оценивания).

Текст не вводит своих тезисов: они дешифрованы из контекста ШП: литературы, истории, обществознания, биологии.

Автор не вводит своих смыслов и трактовок: это было бы абсурдно, автор сознательно отказывается от произвола (Кроме бонус-версии), в пользу контекста.

Следовательно, текст либо логичен и хорош. (если есть логически-методолгические ошибки, их надо показать и обосновать через метод, а не произвол).

Либо ШП допускает вариативность трактовок, таким образом теряя право оценить текст как негодный и плохой: в таком случае любая специфика текста - просто частный случай реализации разнообразия трактовок, который придётся принять. Либо корректно обосновать отказ в принятии.

Однако:

Мы показали, что единственный способ исключить нашу трактовку - создать уникальное исключение для Муму (так как наши тезисы взяты из контекста ШП), что не было бы методом.

Либо "привычная" трактовка - не последовательна, и тогда не понятно, за что ШП снизит мне балл, так как "повторение" не входит в круг задач ШП на уровне 7 класса.

Либо не единственная, и тогда успехов ей опровергнуть именно нашу модель.



7: Чтобы сочинение имело смысл, нам надо писать его примерно в начале 00ых, когда в стандартную школьную программу (литература, история, общество)  входили отдельные оценки из советского дискурса. Если мы изучаем му-му по другому курсу, сочинение не срабатывает, но возможно найти какие-то другие курьёзные стыки. Просто именно в этой точке мы смогли - не вводя своих аксиом (все сущности - выведены, кроме факультативных) найти такую смешную, абсурдную трактовку. ИРЛ мы не призываем топить собак, и даже призываем их не топить, а любить и уважать, кормить и ухаживать.

Трактовка иного курса не обязаны быть циничной, но может быть столь же абсурдной, вместе с тем - чётко обоснованной.