Азбука жизни Глава 1 Часть 92 Сложно молчать нашем

Глава 1.92. Сложно молчать нашему поколению

Я опубликовала текст. «Нет права молчать!» — он назывался. И сразу пошли отклики, будто ждал этого вздоха кто-то такой же.

Первым пришло: «ВАМ НЕ ДАНО ПРАВО МОЛЧАТЬ. СПАСИБО ЗА ТАЛАНТЛИВЫЙ ТЕКСТ». Отозвалось что-то в глубине. Значит, не одна я так чувствую. Потом — «Трудно возразить...» и «Я Вас понимаю...». Коротко, без лишних слов, но именно это и ценно. Как кивок в темноте.

А потом началось. Споры о социализме, о прошлом, которое каждый помнит по-своему. Кто-то написал, что мир перевернет только «мировой СОЦИАЛИЗМ!». А другой парировал: мир поставит на место только разум, а название системы — не главное. Вспомнили про «разумный социализм» умных людей времен СССР. И вот эта фраза, которая меня зацепила: «А кто-то жил тогда и при коммунизме, если был защищён в трудовой или научной семье». Да, наверное, так оно и было. У кого-то — светлые лаборатории и защищённость, у кого-то — совсем другая реальность за тем же фасадом.

И дальше — про сегодня. Про эту «торжествующую грязь», что тридцать лет плавает на поверхности мутной водички рыночной экономики. Точнее не скажешь. Она действительно мешает тем, кто пытается жить по законам Красоты и Доброты, а не Наживы. Эти денежные мешки, награбившие много. Но я верю, что новые технологии — они как сачок. Рано или поздно очистят эту поверхность.

Но нашлись и те, кто всё свёл к простому. Мол, только та фраза про коммунизм и верна, а остальное — «затушенный разговор». Что о прошлом может судить лишь тот, кто в нём прожил. И упрек: а ведь все эти «бездари», о которых я пишу, когда-то были пионерами, комсомольцами, делали карьеру, опираясь на партию. Сложно с этим спорить. Тема и правда болезненная, как незаживающая рана.

— Дядя Андрей, а почему не удалил? — спрашиваю я с улыбкой.
— Пока не могу! — отвечает он, и я представляю его озабоченное лицо.
— Андрей, у неё ещё одна есть миниатюра, — настаивает Вересов.
— Какая, Николенька?
— Сейчас!

Я будто вижу, как Вересов, уже без улыбки, читает мои слова о том, что человечество делится на разумных, для которых ценность — жизнь, и на «шизиков», для которых единственный удел — выживать. И вот эти последние изощряются через смену власти, грабёж, а теперь — через новые технологии и нарушение самой человеческой природы, создавая хаос. Для них не осталось ничего, кроме как убивать и уничтожать. Они ничего не признают, и жизнь для них пуста.
— А где рецензия на мой текст, Николенька? — переспрашиваю я.
А в ответ лишь тяжёлое: «Так трудно это всё осознавать. И спорить тоже трудно. Благополучия желаю, ВАМ!!!»

Они волнуются за меня, мои дорогие. Дядюшка и Николенька. Чувствую их тревогу сквозь экран. Но им, как и некоторым другим, уже нечего мне возразить. Не потому, что я всесильна в споре, а потому, что говорю о том, что наболело. У них есть сомнения насчёт моих текстов, насчёт «интересных рецензий» читателей? Что ж.

Но нашему поколению уже действительно сложно молчать. Мы всё помним. Мы видели слом. И мы не можем притворяться, что не замечаем той «мутной водички», в которой плавает награбленное. Молчание — это тоже выбор. А у меня, как выяснилось, нет на него права.