8 апр. Воск. Продолжение 18

Печальные вести летят со всех концов. В Кабуле на взлёте взорвался вертолет с 15-ю бойцами спецназа. Предполагают, что подложили мину. Там же сейчас готовят госпиталь: больных или эвакуируют или выписывают, как нашего майора Федорова, готовят под Панджшерскую операцию, т.е. под её результаты. Только что приехал из города Джелалабада. И там всё уже надоело. Ходим по городу вооруженные (я беру с собой пистолет), по одной единственной улице, по одной её стороне. Товары все одинаковые, приелись. Раньше глаза разбегались от пестроты и разнообразия, а сейчас такое чувство, что и смотреть не на что. Или закупились уже что ли. Не знаю.

11 апр. Ср.

И такое бывает. Наши восьмёрки высадили десант спецназа, а когда прилетели забирать, шестерых бойцов не досчитались, и никто не знает где они. Темнело. Пришлось забрать тех, кто вышел к заданной точке и улететь. На следующий день высадили в этот район 300 человек на поиски теперь уже этих шестерых. Бойцов не нашли, а наткнулись на планшет и рядом с ним следы крови и в дувале, близ лежащего кишлака, нашли окровавленную тельняшку. Следы крови свежие. Поймали в плен одного духа, но он молчит.
Ребята из спецназа не слабые, особенно офицеры. Сам видел, как бойцов инструктировал их командир перед посадкой в вертолет спецназ в специальной форме со множеством карманов, в которых лежат боеприпасы и другие необходимые вещи. Стоят в строю бойцы по-особому. Нет той вычурной вышколенности, показухи. Стоят – рабочие войны, прекрасно зная, и может только, не думая, что кто-то из них не вернётся. Наш же Бурбон – солдафон всё делает по Уставу.
Как было организовано дежурство по полку? Двое дежурных: офицер и прапорщик и четыре дневальных бойца. Дежурные менялись. Дежурные менялись. Один дежурит, другой отдыхает в модуле у себя. Получается по 12 часов на брата. Теперь Бурбон решил прекратить это «безобразие»: приказал сколотить топчан и поставить его в каморку дежурного, чтобы теперь дежурные отдыхали не больше 4-х часов в сутки, как по Уставу. Ишь избаловались! Никто из командования о людях не думает совершенно, поэтому люди не хотят служить и работать, а работают исключительно от скуки, другим занять себя нечем.

13 апр. Пят.

Закончилась эта микрооперация под Суруби, о которой я писал выше. Выяснились подробности. Оказывается, засекли в этом районе караван, и группа спецназа полетела его досматривать на предмет провоза оружия. Караван успел войти в кишлак и разъехаться по дувалам. При прохождении по кишлаку наши ребята встретили сопротивление и потеряли в этот момент 5 человек. На следующий день в это место высадили 300 человек искать этих пятерых. Попали в перестрелку и потеряли ещё 10 человек убитыми и 5 человек ранеными, но всё же нашли этих пятерых, за которыми прилетели. Одного в горах как убили, так он и остался лежать на месте гибели. Остальных четверых нашли в дувале уже раздетыми со зверскими следами глумления. Лица бойцов узнать практически невозможно – избиты камнями. Все четверо естественно мертвые.
Выполнив задачу, батальон спецназа отошел к посадочным площадкам вертолетов, обозначая себя дымовыми шашками. Вокруг них вертолетная и истребительная авиация обрабатывала всё подряд.
Вот такие потери мы несём. Афганская армия настолько слаба, что можно сказать, что её практически нет. Наших сил не хватает, чтобы удержать и контролировать длительное время обширные районы с минимальными потерями.
Вчера вечером был свидетелем срабатывания сигнальной мины на внешнем периметре нашего аэродрома. Действие её следующее. Если кто-то задевает натянутый по поверхности земли тросик, мина срабатывает, и из неё начинают под пронзительный свист вылетать вверх сигнальные ракеты целым пучком.
Так вот вчера вылетел из земли пучок сигнальных ракет. Свиста не было слышно, т.к. мина была далеко, и сразу же в это место пошла трасса пуль и снарядов с поста батальона охраны.
Таким образом, несколько раз были остановлены и отогнаны от аэродрома банды душманов, имевшие своей целью обстрелять аэродром.

23 апр. Пон.

16 – го опять обстреляли противоположный конец аэродрома. Досталось периметру. Духи работали из гранатометов, пулеметов и автоматов. Обстрел начался в 1.30 и продолжался до утра. Утром зажали духов в развалинах дувала. Со стороны аэродрома – наша пехота, а со стороны города – царандой (афганская милиция). Зажали крепко, а афганцы, которые служат на аэродроме, попытались спасти духов, подняв панику, распространяя слухи, будто наши стреляют по царандой. Ребята с периметра хорошо видели, где кто и не оплошали.
Ждем нападения. Приходят секретные телеграммы, содержание которых гласит, что планируется на конец апреля нападение на наш аэродром. Всем раздали автоматы и противогазы. Теперь засыпаю ночью с мыслью, что утром могут меня найти, кто останется живой, с перерезанным горлом или в неестественной позе, пораженным нервно-паралитическим газом. Довольно не приятно, но что поделаешь: война.
В Панджшере пока основные события не разворачивались, только блокировали духов со всех сторон. Ведут переговоры о капитуляции духов. Иначе их закидаем бомбами с применением дальней авиации. В Кабул завезли пропасть боеприпасов.
Обстановка нервозная. Все начеку. Недавно БТР с поста, что находится в километре от аэродрома, выпустил НУРС. Наши шилочники подумали, что летит мина (характерное его шуршание напоминает полет мины) и обстреляли этот БТР. Хорошо, что промахнулись! А те ребята, что были на БТРе, за считанные минуты вкопались в землю. Жить-то хочется!
Снова недавно потрясло землетрясение. Я был на улице и ничего не почувствовал.
Вылезают из нор разные гады. Перекапывая грядку, случайно перерезал лопатой змеёныша, не заметив его. А боец с нашей позиции недавно пристрелил кобру.
Огород мой хоть куда. Недавно прошел ливень, первый полуторочасовой ливень, и после него всё стало расти.

29 апр. Воск.

Панджшерскую долину взяли. Ахмад Шах Масуд вывел оттуда основные свои силы на Митерлам и Суруби, где наша авиация громила их дня четыре без перерыва. Много караванов уничтожили. Сейчас чистят боковые ущелья. После полного разгрома духов там будет размещена наша бригада.
Прошлую операцию завершили оставлением там афганских подразделений, которые ушли оттуда через месяц, оставив всё оружие духам. На этот раз будем там сами. Приезжал Лева и рассказал, что потери бригады на этой операции: 18 убитых и 15 раненных. Это не так уж и много.
Наши вертолеты пока не возвращаются. Праздники проведут там.
Как и планировалось перед операцией, провели БШУ. Работали самолеты Ту-22 и Су-24 из Союза. Море огня. Всё горело, что горит и не горит. Духи, видимо, не ожидали такого.
А у нас проводятся меры по защите аэродрома. Начали минировать полосу между двумя рядами колючей проволоки вокруг аэродрома по всему периметру. Может и поможет отразить планируемое нападение.
У нас в домике продолжаются оргии. Я тешу себя надеждой, что немного осталось терпеть это быдло.