Букеты из чужих садов. Кто мы?

Из Борхеса
Кто мы?

     Уверен, подобные замечания уже были высказаны, и даже не раз; но их оригинальность меня интересует меньше, чем истинность.
*
     Реально существует только Бог, и слово "Я" может быть произнесено только Богом. Эту же самую идею, как раз и утверждает Спиноза, полагавший, что
Сознание, - это атрибут Бога.
    «Бог-то существует, а вот кто мы, - вот это вопрос»
*
     Бог не открывает, человеку, кто он, потому что ответ недоступен человеческому пониманию
*
     Леон Блуа сказал: "Нет на земле ни одного человеческого существа, способного сказать, кто он. Никто не знает, зачем он явился на этот свет, чему соответствуют его поступки, его чувства, его мысли и каково его истинное имя, его непреходящее Имя в списке Света... 
   
*
     Если порой в своей жизни я уверялся в том, что я несчастен, или, наоборот, счастлив, это было недоразумением и заблуждением. Я принимал себя не за того, кем был; например за того, кто исполняет обязанности врача, за сына или отца семейства; за счастливого влюбленного, которому взаимностью ответила любимая девушка, или за туриста, путешествующего по миру, или за других людей со сходными обстоятельствами.
     Но я не был этими людьми.  Это, в конечном счете были одеяния, в которые я облачался и которые скинул. 
     Но кто же я в действительности?
*
     Ни один из нас не ведает, во что его преобразит будущее.
*
    Царь в одном из индуистских сказаний -  перед трупом врага постигает, что убийство и рождение -  деяния божественной природы. Он понимает, что покойник так же призрачен, как оттягивающий его собственную руку окровавленный меч, как он сам, и его прошлая жизнь.
*
    «Уже начиная холодеть, умирая, он вдруг понял:
 В непроглядной для его смертных глаз ночи, куда он сейчас сходил, его тоже ждали любовь и опасность, Марс и Афродита: он уже угадывал гул славы и гул схватки; радость и страдания будущей любви, творческие озарения и муки, страх, боль, предательство, сострадание и вновь будущую тьму…»
*
     В раю, праведник с сожалением узнал, что Бог так мало интересуется религиозными спорами, что для Него и святой и еретик, обвинитель и жертва были примерно одной и той же личностью.