Гейне из Тамбова

В 1856 году начинающий автор Петр Вейнберг послал из Тамбова в журнал «Русский вестник» четыре своих стихотворения. Они были написаны под влиянием известного немецкого поэта Генриха Гейне и в его духе, поэтому в редакции их приняли за переводные и напечатали в журнале под общим заглавием «Из Гейне». Это позволило молодому поэту взять себе псевдоним «Гейне из Тамбова», которым он подписывал сатирические и юмористические стихи и который принес ему большую известность.             

Родился Петр Исаевич Вейнберг в 1831 году в Николаеве, где его отец служил нотариусом. Вскоре семья переехала в Одессу, где будущий поэт учился в гимназии при Ришельевском лицее, затем на юридическом факультете лицея. Ему было девятнадцать, когда он перешел на историко-филологический факультет Харьковского университета, который окончил в 1854 году.

Литературная деятельность Вейнберга началась переводами драмы Жорж Санд «Клоди» и стихотворения Виктора Гюго «Молитва за всех». В конце 1854 года в Одессе вышел небольшой сборник «Стихотворения Петра Вейнберга», включавший его оригинальные стихи и переводы из Горация, Андре Шенье, Виктора Гюго и Дж. Г. Байрона.

Три года Вейнберг прослужил в Тамбове чиновником особых поручений при губернаторе и редактировал неофициальную часть «Тамбовских губернских ведомостей». Молодой человек был безнадежно влюблен в дочь губернатора. В стихотворении «Он был титулярный советник…», положенном на музыку А.С. Даргомыжским и ставшем популярным романсом, видимо, отразился этот факт биографии молодого поэта.

                Выхожу один я в коридоры.

                Подо мной паркетный пол блестит.

                Сторож спит, потупив в землю взоры,

                И курьер в просонках говорит.

                Вкруг меня все прибрано примерно,

                Чисто все, спокойно все кругом.

                Что же мне так скучно и так скверно,               

                Будто в грязь вступил я сапогом?

                Я не жду от жизни ни полушки

                И не жаль мне прожитых ничуть.

                Я ищу дивана и подушки,

                Я б хотел раздеться и заснуть.

                Но не так, как глупо спят в могиле,

                Я б хотел заснуть, чтоб видеть сон,         

                Будто я уже чиновник в силе,

                Будто я начальством награжден….          

 - так шутливо описал Вейнберг ночное бдение дежурного чиновника в канцелярии губернатора, использовав форму известного лермонтовского стихотворения

В 1858 году Вейнберг переехал в Петербург и сделался профессиональным литератором. Он познакомился с А.В. Дружининым, который был в то время редактором журнала «Библиотека для чтения». «Сперва я помещал там стихотворения оригинальные и переводные, а скоро был уже помощником редактора и самым деятельным сотрудником. Количество исполнявшейся мною работы было поистине изумительное - я один писал очень значительную часть журнала: почти всю «литературную летопись», современное обозрение, переводил целые романы, просматривал и исправлял чужие переводы и т.п.». Помимо этого, его оригинальные и переводные стихи  печатались в различных журналах и газетах.   

«Мелодии серого цвета» - так назывался цикл юмористических стихотворений Вейнберга, появившийся в 1858 году в журнале «Весельчак». Там же регулярно печатались написанные им  фельетоны «Жизнь и ее странности».

Когда в 1859 году возникает сатирический журнал «Искра», Вейнберг становится одним из ближайших его сотрудников. Он ведет цикл обличительных фельетонов  «Выдержки из памятной книжки старшего чиновника особых поручений «Искры», переводы и, конечно же, оригинальные стихи - юмористические и сатирические, составившие сборник, вышедший под псевдонимом «Гейне из Тамбова».

Целую бурю в цензурном ведомстве вызвало стихотворение Вейнберга «На Невском проспекте»:

              Прочь! Пади с дороги! Мчатся словно черти

              В щегольских колясках чудо-рысаки…

              Эй, посторонитесь - зашибут до смерти,

              Прочь вы, пешеходы, горе-бедняки.

 

              Вот хватили дышлом в шею старушонку,

              Вот мальчишку сшибли быстрым колесом,

              Вот перевернули тощую клячонку

              С ванькой-горемыкой, с бедным седоком.

 

              Ну, куда сеетесь?.. что вам за охота

              Между экипажей проходить спеша?

              «Да нужда припала, выгнала забота,

              Дети просят хлеба, денег ни гроша…»

 

              Полно! - это горе, эти все заботы

              Деньги, хлеб насущный - это пустяки!

              Место, горемыки, место!.. Прочь с дороги,

              А не то раздавят разом рысаки.

 

 Более оно не перепечатывалось.               

                ***               

 Много лет спустя, уже на закате жизни, Вейнберг в своих воспоминаниях упомянул, что его стихотворение, направленное против видного сановника того времени, было напечатано в «Колоколе» Герцена. Поскольку ни названия стихотворения, ни имени его «героя» указаны не были, то считалось, что таковым является один из наиболее приближенных к Александру II генерал-адъютант И.А. Ростовцев, а стихотворение - гневная  сатира «Иакову Ростовцову в день его юбилея».

12 декабря 1825 года подпоручик Ростовцев, принимавший участие в политических спорах на квартире Рылеева и незадолго до этого принятый в тайное общество, встретился с будущим императором Николаем I  и известил его о готовящемся восстании. Так началась головокружительная карьера Ростовцева. Осыпанный многими наградами, он возглавил военные учебные заведения Российской империи.

    В сатире, приуроченный к юбилею Ростовцева, говорилось о его предательстве:

                С Иудой не сравню

                Я душу черствую твою!

                В раскаяньи Иуда удавился,

                А ты всегда своим предательством гордился,

                И возвышал тебя деспот

                Как самовластия и полости оплот.

                ……………………………………..

                Но ты забыл: дела и помыслы твои

                Рассудит Бог, узрит потомства верный взор.

                Твой юбилей есть стыд России

                И человечеству позор.

                Придет пора - и летопись науки

                Предаст тебя проклятью, Герострат,

                И от тебя твои родные внуки 

                Откажутся не трижды, но стократ!

 
Однако высокая сатира, в жанре которой было написано стихотворение «Иакову Ростовцеву в день его юбилея», была вовсе не характерна для творчества Вейнберга.  Учитывая это, литературовед Е.Г. Бушканец в 1959 году, столетие спустя после публикации в «Колоколе» обратил внимание на другое стихотворение, также напечатанное в газете Герцена, - «Гибкий   человек», выдержанное в духе типичной для Вейнберга бытовой сатиры. Оно высмеивало тайного советника М.И. Топильского - директора департамента министерства юстиции, называемого в «Колоколе» «услужливым, удобоуправляемым», «верным оруженосцем» «великого сановника николаевских времен» министра графа Панина.               

*Автором стихотворение «Иакову Ростовцеву в день юбилея» Е.Г. Бушканец предположительно считал Н.А. Добролюбова. Действительно, за три года до этого  Добролюбов прислал подобное послание на юбилей консервативного журналиста и писателя Н.И. Греча. Казалось, история повторилась. Однако автор этих строк склонен считать автором посланной Ростовцевым сатиры П.Л. Лаврова. Прежде всего, он сотрудничал в изданиях Герцена, где опубликованы его стихотворения «Пророчество» и «Русскому народу». Кроме того, Лавров с 1858 года служил профессором в Артиллерийской академии и был осведомлен о подготовке юбилея Ростовцева - о подробностях которого говорится в примечании к стихотворению в «Колоколе». 

                Я составил себе положение -

                Без связей, без протекций, один.

                У меня славный дом и имение,

                Ордена и почтеннейший чин.

                Оттого, что сгибаться почтительно

                Было делом святым для меня -

                Говорят: шею гнуть унизительно!

                Это все пустяки, болтовня -

                Это мелют философы новые,

                (Упаси и избави нас Бог!)

                Это все либералы суровые,

                Без чинов, кошелька и сапог.

                Я таким убежденьям не следую,

                Не такая натура моя.

                Сыновьям я своим проповедую:

                Дети, гнитесь, как гнулся и я.

                У меня был заступник сиятельный,

                Оттого он и силу мне дал,

                Что чиновник я смирный, искательный,

                И ему как никто угождал.

                ……………………………..

                Оттого я вознесся значительно,

                Оттого сила есть у меня.

                Говорят, шею гнуть унизительно!            

                Это все пустяки, болтовня!

 
        Продолжая сотрудничать в «Искре» и других изданиях, Вейнберг решает создать собственный журнал. «Цели мои были чисто литературные, - вспоминал он, - изящная словесность и критика - вот что ставил я на первом плане в своем проекте, тем более что только эти две области были мне по сердцу, только в них я чувствовал себя как дома».

    Однако чисто литературный журнал не мог рассчитывать на успех, и Вейнберг задумал серию фельетонов «Русские диковинки», в которых решил в юмористической форме сообщать читателям обо всем, что происходило «диковинного» в русской действительности, подписывая фельетоны прозрачным псевдонимом «Камень Виногоров», который легко расшифровывался (Камень - Петр, Вино - Wein, гора - berg). Однако первый же фельетон в задуманной серии оказался неудачным - он был посвящен некоей даме, которая будто бы нарушила правила нравственности, прочитав на литературном вечере в Перми «Египетские ночи» Пушкина с монологом Клеопатры, предлагавшей купить ночь ее любви ценою жизни. Бестактный фельетон о даме, «явившейся перед публикой в образе Клеопатры», вызвал бурную полемику в прессе, получившую в истории русской журналистики название «Безобразный поступок «Века». В результате журнал был скомпрометирован, авторитет его утрачен, и обремененный долгами Вейнберг был вынужден передать его другим издателям. Чтобы избежать долговой тюрьмы, он вынужден был поступить на службу - в Главное интендантское управление. «Здесь тяжелый литературный труд, - писал он, - который я должен был нести и для существования и для уплаты долгов, чередовался у меня с докладами о заготовлении фуража для разных пехотных и кавалерийских полков».

         В течение многих лет Вейнберг занимался педагогической и научной деятельностью. В 1868 - 1874 годах он возглавлял кафедру русской литературы Варшавской главной школы, позднее преобразованной в университет, и написал исследование «Русские народные песни об Иване Васильевиче Грозном». По возвращении в Петербург читал курсы западной и русской литературы в Петербургском университете, где был приват-доцентом по кафедре всеобщей литературы, на женских педагогических курсах и драматических курсах театрального училища.

        Большим успехом пользовались публичные лекции, которые читал Петр Исаевич в Петербурге и провинции. Так, о его лекции, посвященной Байрону, прочитанной в феврале 1897 года в Пскове, газета «Новости» писала: «Выбор темы был как нельзя более удачен, и заключительные слова симпатичного лектора, обращенные к подрастающему поколению, на долю которого выпадет служение великим идеалам свободы и правды, произвели глубокое впечатление на отзывчивых слушателей и, конечно, более всего на учащуюся молодежь, толпившуюся в зале и проводившую лектора дружными и сердечными аплодисментами».    

        Немалый научный интерес представляет книга Вейнберга «Страницы из истории западных литератур». Им было составлено большое число сборников, хрестоматий и антологий. Так, учебная книга «Русские писатели в классе» выдержала десять изданий.

Как мы помним, Вейнберг начал творческий путь как переводчик. Когда в 1854 году вышел его первый поэтический сборник, в котором наряду с оригинальными произведениями были напечатаны и переводные, рецензент журнала «Библиотека для чтения» отметил: «При малейшем старании г. Вейнбергу легко сделаться очень хорошим переводчиком…»

Рецензент оказался прав - с годами Вейнберг заслужил славу лучшего переводчика того времени, много сделавшего для знакомства русских читателей с зарубежной литературой. Диапазон его переводческой деятельности необычайно широк: более 60 писателей Европы и Америки, от Данте до современных ему поэтов, прозаиков, драматургов. Так, с немецкого языка Вейнберг переводил Гете, Шиллера, Гейне, с французского - Гюго и Барбье, с английского - Шекспира (девять пьес), Шеридана, Шелли, Байрона и др. Переводы Вейнберга отличает выразительность языка, точность и верность оригиналу. Сделанный им перевод «Отелло» долгие годы считался непревзойденным - фразы из него стали крылатыми:

                Она меня за муки полюбила,

                А я ее - за состраданье к ним.

     Вспомним также выражение «чудовище с зелеными глазами» - так в «Отелло» Яго называет ревность.

    Рецензируя «Песни Гейне» в переводе М. Л. Михайлова, Вейнберг справедливо заметил, что в переводе стихотворения о любви лотоса к луне переводчик не учел, что лотос в немецком языке женского рода, а лилия мужского, и оставив эти понятия неизмененными, совершенно исказил смысл стихотворения. «…Так как слово лотос по-русски мужеского рода, то можно бы заменить его, например, словом лилия, а луну - словом месяц, и тогда вы увидите тоскующую женскую душу, плачущую и трепещущую под обаянием своего властелина, высоко стоящего над нею».

    В 1873 году Н.В. Гербель, определяя значение Вейнберга в русской литературе, писал: «Переводы его, независимо от звучного и всегда правильного стиха, отличаются замечательною верностью духа и букве подлинника». Десять лет спустя В.В. Чуйко назвал Вейнберга «лучшим и талантливейшим переводчиком Шекспира». Еще через десять лет критик А.В. Введенский писал: «Литературное значение Вейнберга основывается главным образом на его переводах европейских писателей, особенно Шекспира»

         Вейнберг переводил произведения разных жанров - художественные и научные, классические и современные, стихотворные и прозаические. И все же из огромного числа переведенных им следует отметить произведения драматические - Петр Исаевич по праву считался знатоком и ценителем театра. Еще в молодые годы, в скором времени после переезда в Петербург, он принял деятельное участие в постановке «Ревизора» литературным фондом в пользу нуждающихся писателей как режиссер и исполнитель одной из главных ролей - Хлестакова. Спектакль состоялся 14 апреля 1860 года и имел большой успех. Любовь к театру сказалась и в деятельности Вейнберга как переводчика - им были переведены девять пьес Шекспира, две трагедии Шиллера, драма «Натан Мудрый» Лессинга, трагедии П.Б. Шелли «Ченчи», К. Гуцкова «Уриэль Акоста», Мицкевича «Сардалион».               

      Уже заслужив славу маститого писателя, Вейнберг не забыл псевдоним своей молодости «Гейне из Тамбова». Этот псевдоним отразился в названии его итогового поэтического сборника, вышедшего к семидесятилетию - «Петр Вейнберг. Стихотворения. С добавлением юмористических стихотворений Гейне из Тамбова»

Оригинальных стихотворений Петр Исаевич создал значительно меньше, чем переводных. Остроумные стихи «Гейне из Тамбова» порой поднимаются до сатиры (вспомним стихотворение «На Невском проспекте», вызвавшее негодование цензуры), но нередко остаются безобидными шутками. Однако поэту свойственна и гражданская лирика, отражавшая настроения передовой интеллигенции второй половины ХIХ века. Эти его стихи сильны, выразительны и гармоничны. Сам автор нередко с большим успехом читал их на литературных вечерах.

Много лет принимал Вейнберг деятельное участие в работе Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым, иначе называемое Литературным фондом.

Используя свое общественное влияние, Петр Исаевич не раз защищал литераторов, подвергавшихся репрессиям. Так, в феврале 1905 года он хлопотал об освобождении Максима Горького, арестованного после событий «кровавого воскресенья» 9 января - в 1907 году - о возвращении в Петербург высланного из столицы Германа Лопатина - первого переводчика «Капитала» Карла Маркса.

          Обращаясь к Вейнбергу от имени тех, чья молодость пришлась на 1870-1880 годы, В.М. Дорошевич писал: «Я обязан вам многими часами восторга, как обязано все поколение, к которому я принадлежу. Вы осветили нашу молодость - и каким светом! Вы были пророком, который принес нам откровение литературных богов»


Рецензии