Сказка о непростом карандаше

Жил-был простой карандаш. Его купили в магазине и подарили мальчику. Мальчик водил карандашом по бумаге и ему очень нравилось, что карандаш оставляет на ней след.

Потом папа научил мальчика рисовать. Это было здорово, когда рисунок получался похожим. Мальчику очень хотелось нарисовать что-то особенное, что-то очень красивое, а карандаш охотно ему помогал. Он знал, чего хочет мальчик, ведь все карандаши умеют читать мысли, только не умеют говорить. Карандаш тоже старался нарисовать что-то очень красивое, но совсем красивое почему-то не получалось.

Потом мальчик пошёл в школу. Там он выучил буквы и стал писать ручкой в тетради, а карандаш берёг для своих рисунков. Но рисунки получались плохо, никто его не хвалил, он подрос и забросил рисование.

Мальчик стал юношей и всё время хотел сделать что-то выдающееся. И карандаш тоже мечтал о славе, он даже возмущался в душе, почему его называют простым карандашом. Это просто унизительно быть простым.

Юноша закончил институт и стал работать репортёром в газете и повсюду носил с собой свой простой карандаш. Он его любил и писал им только очень важные заметки в своём блокноте. Карандаш гордился этим, но всё ещё чувствовал себя простым.

Однажды редактор послал репортёра сделать репортаж о смерти одного выдающегося человека. Это ему не понравилось. Банальная новость. Что такого интересного можно написать о смерти. Только напомнить, кем был этот человек, а это все и так уже знают. Карандаш тоже был недоволен. Разве тут можно сделать что-то особенное?

Репортёр приехал к месту событий и увидел тело дряхлого старика, в руке которого была зажата записка. Он вынул записку и прочитал три слова: «Истина, Доброта, Терпение».

– Совсем старик выжил из ума, лучше написал бы, где спрятал сокровища – пошутил про себя репортёр. Карандаш был с ним согласен. Он начиркал несколько строк в блокноте, и репортёр недовольный уехал.

Шли годы. Репортёр стал неплохим писателем. Его книги издавались даже за рубежом. Но известность не давала ему ожидаемого удовлетворения. Он чувствовал, что делает что-то не то, делает не до конца, делает не самое главное. А что это – самое главное, он так и не знал. Карандаш это тоже чувствовал. Несмотря на то что именно он, карандаш, записывал в блокноте ключевые фразы гениальных произведений, он всё же понимал, что всё ещё оставался простым карандашом. А что надо написать, чтобы стать непростым, он не знал.

Писатель много ездил по миру, искал правду жизни. Общался с психологами на Западе и с духовными учителями на Востоке, но не мог найти ответа на вопрос, что же в жизни самое главное. Все учителя запутывали его в словах, никто не мог сказать коротко и ясно, из чего он сделал вывод, что они и сами-то толком не знают. Все заработанные деньги он потратил на свои поиски, но результата так и не достиг. Карандаш даже заскучал, потому что давно уже не записывал в блокнот ценных мыслей.

Пришла старость. Денег не осталось, сыновья о нём забыли. Старик жил один в маленькой квартирке на третьем этаже и решил, что уже никогда не найдёт того, что искал, никогда не поймёт смысла жизни. Да и есть ли он этот смысл? Да и нужен ли он? Да и зачем она нужна такая жизнь, когда даже родные сыновья о тебе забыли, что уж говорить о посторонних людях. Нет ни дружбы, ни преданности, ни настоящей бескорыстной любви. Карандаш стал совсем маленьким, и надежды стать непростым у него почти не осталось.

Однажды старик возвращался из магазина с бутылкой молока и буханкой хлеба. Тяжёлыми шаркающими шагами он поднимался по ступенькам к двери, но вдруг споткнулся и упал, больно ударившись коленкой о ступеньку. Бутылка с молоком выскользнула, пробка отлетела, и молоко стало выливаться на ступеньки.

Схватившись за ушибленную коленку, старик смотрел на выливающееся молоко и думал, что вся его жизнь, как это молоко выливается напрасно. Он родился, жил, страдал, но никому не принёс пользы, просто вылился в песок. И когда он уйдёт из жизни, никто о нём не вспомнит, как будто его никогда и не было. Он ничего не оставил людям. Всё, что он написал, хоть и имело успех, но по правде было совершенно бесполезным. Он не смог ничего сказать людям.

Карандаш выглядывал из кармана рубашки и тоже грустил.

Горстка мальчишек неподалёку, увидев упавшего старика, откровенно хихикала над ним. Но один паренёк лет двенадцати отделился от них, подошёл и спросил:

– Дедушка, Вам помочь?

Не дожидаясь ответа, он взял старика за локоть, помог ему подняться и сесть на скамеечку у подъезда. Старик, сел и схватился рукой за больную коленку.

– Дедушка, у Вас молоко пролилось! Подождите я куплю Вам другую бутылку.

Мальчишка исчез, но через несколько минут появился с новой бутылкой молока. Старик смотрел на обычную бутылку молока как на чудо. Как будто его понапрасну пролитая жизнь снова к нему вернулась. А карандаш от удивления чуть не выпал из кармана.

– У Вас болит нога? – спросил мальчишка – Давайте я Вас провожу до квартиры.

Опираясь на хрупкое плечо и превозмогая боль в коленке старик тяжело поднимался по ступенькам и думал, наверное, ему тяжело меня тащить, но он не жалуется, терпит. И вдруг он заметил, что в его сердце зарождается какое-то сомнение. Есть всё-таки на Земле хорошие люди, значит ещё не всё потеряно. И с каждой новой ступенькой это сомнение крепло и расцветало словно большой красивый цветок. Даже боль стала постепенно стихать.

Поблагодарив мальчишку, старик сел за стол, налил себе молока, отломил краюху хлеба и подумал:

– А ведь это оно и есть, то что я искал всю жизнь, за чем ездил в заморские страны, чего не мог нигде найти, а оно тут, рядом. Вот она – жизнь. Как это я не понял?

Лицо его просветлело. Он надел чистую рубаху, по привычке положил карандаш в её карман и лёг на свою кровать. Но потом, будто спохватившись, вытащил карандаш и прямо на обоях возле кровати написал слова: “Истина, Доброта, Терпение”.

– Они поймут – подумал старик, улыбнулся и закрыл глаза.

– Они обязательно поймут – подумал карандаш и сломал свой грифель, чтобы больше ничего не написать, потому что самое главное он уже написал.