Сад-огород

«Сад-огород» - маленький магазинчик в Солняшеве. Находился он в центре города, на самой вершине холма. Магазинчик был круглый и прозрачный. Вместо кирпичных стен – окна-витрины, с затейливыми решётками в виде солнц. Да и сам город был круглый. Дома горожан располагались у подножия, образуя ровный круг. Улочки, ведущие к «Саду-огороду», напоминали солнечные лучи. Особенно заметно это, если смотреть на город с вершины.
Наверное, поэтому город назывался Солняшев. А, может, потому, что там внизу, жители видели, как солнце встаёт и садится не за горизонт, а прямо в магазин. В магазине с утра до вечера было солнечно. Горожане всегда удивлялись, что здесь светло, даже в самый пасмурный день. В такие дни и тёмное время суток включались лампы, но каждому хотелось верить в чудо. Хорошо было всем: цветам - для роста, а продавцам - для роста продаж.

Солняшев был когда-то дачным посёлком. У каждого дома был разбит сад или огород. Солняшевцы любили свой солнечный магазинчик. «Сад-огород» всегда их выручал. Здесь было всё для посадки и уборки урожая: семена, саженцы, удобрения и разный инвентарь, от обычной лопаты до электрического плуга.
Среди прочего, жители могли купить в «Саде-огороде» милые безделушки, что делают каждый двор неповториым. Самым популярным украшением были весёлые гномы в ярких красных колпачках. Красный цвет выгодно выделяется на фоне травы, на серой осенней дорожке и на белом снегу. Поэтому каждая хозяйка спешила купить гипсовую фигурку сказочного человечка. Среди цветочной зелени магазина яркие гномы бросались в глаза и раскупались.

Вот и сегодня к вечеру остался лишь один -  зелёный. Он стоял на полке, даже тянуться не надо, подходи – бери. Но зелёного гнома в зелёных цветах сразу и не заметишь. Только большой оранжевый нос выдавал невидимку.
Припозднившаяся покупательница долго вертела фигурку в руках. Никак не могла решить, брать зелёного сегодня или дождаться цветного позже.  Придирчиво оценивала внешний вид светло-зелёного гнома:  весь зелёный - сольётся с травой, вместо лица - огромный оранжевый нос, ни глаз, ни улыбки, ни малиновых щёчек, да и краска, наверняка, облупится после первого дождя. Даже пыталась длиннющим красным ногтем расковырять слой краски, оставив заметную царапину. И вообще, он не лаковый. Найдя, к чему придраться, вернула гнома на полку. Да так шлёпнула, даже горшки с цветами по соседству подскочили. Уходя, громко хлопнула дверью, что стекла опасно зазвенели.

- Ну что, опять тебя не купили. Ты у меня как выставочный экземпляр: посмотрят, обсудят и «до свидания». А тебя таких, три. Верну-ка я вас обратно. Но милый же! - продавец погладила гнома по голове, сказала с улыбкой «пип» и щёлкнула по носу. Тут обнаружила, что уже давно пора закрывать магазин. Спешно собралась, выключила свет и выскочила на улицу. Через стеклянную витрину помахала гному: «Пока-пока…».

- Ох, приснится же такое, - человечек чихнул и потёр нос.
- Больно вообще-то по носу так щелкать, -  и пригрозил кулачком, вслед ушедшему продавцу. Огляделся:
– Странно, я здесь во сне только что был.
Ещё раз внимательно посмотрел вокруг. Тихо. Темно. Видны лишь чёрные силуэты обстановки в свете луны.
– Может, я ещё сплю? - и ущипнул себя за нос. – Ай, больно! Да нет, не сплю.
Повертел головой, поднял ручки, потопал ножками, с трудом сделал шаг. Дошёл до края прилавка и сел, свесив ноги:
- Это был сон, только сон, хоть и страшный, - успокаивал он себя.
– Но где я? Как сюда попал? Откуда? Сколько я спал? Руки каменные, ноги деревянные, голова чугунная, ничего не помню, – заохал человечек.
- И до чего же некультурные эти великаны. Ручищами хватаются. А когтищи какие? Во! - и развёл руки во всю ширину. В плечах заскрипело.
- Зелёный ей не нравится. И хорошо, что я зелёный, - и человечек, дразнясь, показал язычок в пустоту.
Стал поправлять сбившуюся одежду, заметил дырку:
– Ну вот, костюмчик порвал. Не-е-т, как раз здесь великанша когтем своим ковыряла. Странно всё это, - все время разговаривал сам с собой человечек. - И бумажка какая-то ещё прилипла. Интересненько… - пока пытался её оторвать упал с полки на пол.

Встал, выпрямился и увидел… себя:
- Э… э… А-а-а-а, - тыча друг в друга пальцами, закричали они.
- Сплю… - и потёрли глаза кулачками.
- Ты кто? – одновременно спросили человечки, показывая друг на друга.
- Я? – показывая уже на себя.
- Не знаю… - и стали рассматривать друг друга со всех сторон.
- А мы похожи! Носы, костюмчики, бороды, даже помпончики на колпачках. Пи-и-и-и-м! – весело тараторил наш знакомый человечек, давя на большой оранжевый нос двойника.
Второй недовольно фыркнул и тоже чихнул.
Тут, наш знакомый, заметил такую же бумажку у второго. Оторвал:
- «Гном зелёный». На, держи! – и шлёпнул её в ладошку нового знакомого.
Сам завертелся юлой и дотянулся до свой:
- «Гном светло-зелёный».
- Я же говорил, мы одинаковые: ты – гном, я – гном. Кто такой гном я не знаю, но звучит отлично! – скакал светло-зелёный вокруг зелёного.
Второй только недовольно бурчал в безрезультатных попытках остановить говоруна:
- Ох, и тарахтелка! У меня от тебя голова кругом идёт - выдохнул зелёный.
- Это не твоя голова, а я от радости кружусь. Посмотри, посмотри, у меня ничего не скрипит, - весело отплясывал тарахтелка. -  Но больше я рад тебе. Ты, кстати, настоящий бухтелка: всё «бу-бу» да «бу-бу», - не унимался светло-зелёный.
- Послушай, послушай! Я – тарахтелка, и мне нравится, зови меня так. Ты – бухтелка, и ты мне очень нравишься. Можно я буду тебя так называть? Бухтелка, Тарахтелка, – тараторил человечек.
- Ладно, - будто нехотя согласился зелёный. - Мне тоже нравится. Бухтелка мне подходит. Я сразу таким проснулся. Глаза открыл: и то мне не нравится, и это. Мне вообще здесь не нравится! А ты нравишься, ты весёлый, хоть и шумный,  - улыбнулся Бухтелка.
- Мне тоже здесь не нравится. Как вспомню сон, великанш этих. Так и убежал бы отсюда. Кстати, о снах. Во сне великанша, которая меня по носу щёлкнула, сказала, что таких меня - три. Как ты думаешь, это о тебе? Ещё она назвала меня «выс-та-воч-ный-эк-зем-пляр». За что? Я же ничего не делал. Это они – великаны некультурные. И нос у меня по-настоящему болел. Ругаются. А костюмчик? Во, смотри какая дыра!  - Тарахтелка показал дырку на костюмчике.
- Согласен. Хватаются без разрешения. Вертят ручищами. Правда, меня никто не ругал. Но поставили прямо на грязный пол. Я им что, горшок с цветком? Там я и проснулся от голода. Оторвал листочек. Пожевал. Ох, и горечь. Мне кажется, еда должна быть вкусной и много, а не вот эта гадость – мало чай. Это я услышал во сне название. Разве это чай? Без воды, без варенья? Хорошо, что мало, - возмутился Бухтелка, протирая язычок руками.
- Жадины! – согласился Тарахтелка и продолжил рассуждать. – Если вспомнить сон, то всё, что приснилось, происходит, получается, по-настоящему? Испорченный костюм, несъедобный чай, великанши? Надо идти искать третьего меня! Не меня, конечно, но похожего.
Бухтелка поддакнул, вдвоём не так страшно. Осмелев, отправились искать третьего.
Ничего нового они не увидели. Всё так же как во сне: цветы, полки, окна. Не было только великанов, и было приятно темно.
Куда идти они не знали, двинулись наугад в самую темноту, вдоль цветочных полок. На солнце во сне было очень страшно. Стоишь, как каменный, ни рукой пошевелить, ни ногами потопать и глаза аж, кипят. А сейчас свободно и дышать легко.
На полу другой комнаты стояли огромные коробки. Приглядевшись, гномы увидели, что всё помещение заставлено ящиками, коробками и коробочками. Все к они плотно закрыты. Проходя мимо, Тарахтелка стучался в каждую. Вдруг откроют. Тишина. Одну коробку нашли под столом:
- Смотри, Бухтелка, как раз в наш рост. И открыта, - Тарахтелка встал на носочки и увидел щель.
Бухтелка следовал за товарищем. Нет, он не боялся, он защищал Тарахтелку со спины от разных неожиданностей.
- «Тёмный», - прочитал он из-за спины.
- Зло какое-нибудь? Тёмным доброе не назовут, - предположил Тарахтелка и осторожно постучался в коробку.
- Э-эй! – Тарахтелка осторожно приподнял уголок крышки.
И тут в коробке кто-то чихнул. Бухтелка отшатнулся, потянул за собой Тарахтелку, Тарахтелка повалил на себя коробку. Из коробки вывалился… Тарахтелка. Или Бухтелка?
- Третий! Мы его нашли! – Тарахтелка бросился обнимать третьего гнома. Скакал вокруг него, разглядывая со всех сторон. На самом деле он искал маленькую бумажку, чтобы убедиться, того ли третьего они нашли.
Этикетка нашлась быстро:
- Гном тёмно-зелёный, - прочитал Тарахтелка.
- А он совсем на злого не похож, больше на умного, - сказал Бухтелка.
И правда, на носу третьего висели очки. Такие огромные, что из стекол смотрели щёки, а не глаза.
- Это вы! - третий гном нисколько не удивился и не испугался, увидев перед собой незнакомцев. Он снял очки и бросил в коробку.
- Ты нас знаешь? – удивились гномы.
 - Я вас видел. Когда-то я тоже в том зале на полке стоял. Потом со словами: «Убери его, только место занимает, его всё равно никто не купит», - вернули в коробку - рассказал третий гном.
Друзья не перебивали.
- Стоял я на полке долго. Потом начал замечать: когда светло, вроде сплю, а вроде нет. Всё вижу и слышу, а пошевелиться не могу. Солнце в глаза светит, а закрыть их не получается. Ночью, наоборот, могу ходить, говорить. Утром опять, как каменный. Ещё заметил, чем больше дней на солнце стоял, тем сильнее каменел. И ночью долго ни рукой, ни ногой пошевелить не мог. Хорошо, что они меня в коробку убрали. С тех пор вот, - живой, - темный попрыгал, кулачки сжал-разжал и улыбнулся.
Весь рассказ Тарахтелка с Бухтелкой внимательно смотрели на третьего и о чём-то перешёптывались. Когда тот замолчал, спросили:
- А почему ты тёмный? Вроде, не злой?
- Это цвет одежды. Написали, я думаю, чтобы отличать нас. Если вы заметили, мы очень похожи. Мой цвет похож на зелёный, но очень тёмный. Сейчас в темноте не видно. По вам тоже не сразу зелёный от зелёного отличишь. Я вас видел днём, знаю, - улыбнулся третий.
- Он точно на умнелку похож, всё знает, - шепнул на ухо Тарахтелке Бухтелка.
- Да, да, и очки ему идут, такой важный и смешной, - улыбнулся Тарахтелка.
– Можно мы будем называть тебя Умнелка? Тебе очень подходит, - осторожно спросили гномы.
- Я, думаю, да. Тёмный, мне и самому не нравится.
Бухтелка с Тарахтелкой рассмеялись, вспоминая, что было написано на их этикетках. «Зелёный» - ещё можно принять за имя, но «светло-зелёный» - звучит как имя и отчество, Тарахтелка точно не хотел бы так называться.
 – Это - Тарахтелка, всё время говорит – не остановишь, - представил друга Бухтелка.
- А он - Бухтелка – ворчун потому что. Но сейчас не ворчит от радости, - улыбнулся Тарахтелка.
- Приятно познакомиться! Я – Умнелка! – и все опять рассмеялись.
- А у нас сейчас и имена похожи: Умнелка, Бухтелка, Тарахтелка. Отличить нас можно только по цвету, - сделал открытие Тарахтелка.
- Точно! – согласились друзья.
- Умнелка, а ты давно в этой коробке? Не страшно было одному?  - поинтересовались друзья.
- Страшно, конечно! А когда увидел вас настоящих, очень обрадовался.
- А мы были ненастоящие? – опешили гномы.
- Да, вернее, нет, - ответ прозвучал так неопределённо, что магазин опять наполнился смехом. Что «да», что «нет», - не понятно, то ли настоящие, то ли ненастоящие.
- Сейчас объясню. Когда меня вернули в коробку, я решил узнать, что это за место. Стал выбираться из коробки, когда становилось тихо и темно. Боялся, что усну. Я так и не понял, что происходит с нами от солнечного света. Ходил и вас проверять, но вы неподвижно стояли на своих местах. Вас совсем недавно из коробок достали.
Бухтелка с Тарахтелкой поёрзали, вспомнили великанов.
- Штуковину у меня на носу видели? – продолжал Умнелка. - Это очки. Они для чтения. Они как упали на меня в коробке тогда, я как по волшебству, начал знаки замечать разные. А из них целые слова стали складываться. Так я понял, что мне это очень нравится. Потом услышал, это называется – читать. Тогда я стал читать всё подряд. Тренировался. Однажды днём, когда люди ещё не ушли…
- Тут ещё и какие-то люди водятся? Да, что это за место такое? Солнце, великаны, люди… Нет, надо бежать отсюда! – подтвердили своё решение Бухтелка с Тарахтелкой.

- Великаны… - Умнелка даже пополам согнулся от смеха. - Ваши великаны – это люди, если много, а если один, то человек. Здесь все такие, больше, выше нас. Это мы, наверное, попали в другой, не наш мир. А вот то, что надо отсюда уходить, я согласен. Мне здесь очень не нравится. Жить в коробке очень неудобно. А вдруг люди ещё решат, что им и коробки мешают, что…
- Я совсем забыл! – тарахтелкин шлепок себя по лбу не дал Умнелке озвучить их страшную судьбу. – Нас собираются отправить обратно. Эта великанша, ну, люд этот, сказала мне, что меня – три, и что я, какой-то выс-та-воч-ный-эк-зем-пляр. Вообще-то очень обидное слово. Умнелка, ты об этом что-то знаешь? Вот, трех нас мы нашли. А «обратно» - это где?
-  Точно не знаю, но заметил, что других гномов, которые на нас не похожи, то приносят, то уносят. Сколько я не пытался их растормошить, они не просыпались. Они всегда такие довольные, улыбаются, и глаза нарисованные.
- Это такое нас ожидает обратно, с нарисованными глазами? – ужаснулся Бухтелка.
- И чтобы ты, Умнелка, не говорил, эти люди-человеки, не люди, а настоящие великаны! Ты видел когтищи этой великанши? Она меня так разглядывала, будто съесть потом собиралась и как шлёпнула на полку… А вторая? Прямо по носу – щёлк! Смеётся ещё. И побежала. Боялась окаменеть что ли? Я так думаю, великаны каменеют ночью. Мы – маленькие, каменеем, когда светло, так высыхаем на солнце, что в камень превращаемся. Они - большие – каменеют, получается, в темноте? Ты хоть одного люда-великана-человека видел ночью? - спросил Тарахтелка.
- Все-таки они люди. Между собой так и говорят: «сегодня был хороший день, людей было много», или «день был плохой, хоть бы один человек пришёл», - улыбаясь, пояснил Умнелка.
- Странное это место. Людей много – хорошо, человеков мало – плохо. Вот нас, сколько бы ни было, мы всегда гномы. По мне, если нет людей – ещё лучше! Надо быстрее уходить. Чем больше слушаю, чем страшнее, – проворчал Бухтелка.
- Уходить, точно надо. Я пока изучал и наблюдал, кое-то подобрал, - и Умнелка полез в свою коробку. Начал выкидывать из неё бумагу, карандаши, книжки, картинки. – Ага, нашёл. Вот, что у меня есть: «Инструкция по эксплуатации».
 - Что у него есть? «Инструкция по эксплуатации»? Звучит ещё хуже, чем «выставочный экземпляр»? – ужаснулись Бухтелка с Тарахтелкой.
Умнелка поднял тонюсенькую книжку. На обложке была фотография Умнелки, Бухтелки и Тарахтелки. Это оказалось так неожиданно для последних двух, что кроме, как открыть рот они ничего больше сказать не смогли. На картинке все трое выглядели точно так, как они видят друг друга сейчас.
- Это мы? – Тарахтелка с Бухтелкой посмотрели на Умнелку, тот кивнул и открыл книжку.
- «Инструкция по эксплуатации. Декоративное изделие каменное. Модель «Лапландия». Уважаемый обладатель изделия! Ваш гном, изготовлен из природного камня горных пород, добытых в Русской Лапландии – на Кольском полуострове. Камень создала сама Природа. В нём скрыт дух родины гномов.
Каменное изделие не боится ветра, холода, солнца, дождя и снега. Оно будет долго служить украшением вашего дома или сада, и радовать вас. Спасибо, за проявленный интерес к нашей продукции. Ждём от вас новых покупок!»
- Хороша инструкция: поставить нас под солнце и снег и радоваться камню. Это для людей инструкция, а для нас – эксплуатация, - возмутился Бухтелка.
- Теперь я понял, что значит «выставочный экземпляр»: нас выставят на улицу и будут наблюдать, как мы окаменеем! Вам, друзья, не кажется, что это очень похоже на «обратно», где глаза нарисованные? – ещё громче возмутился Тарахтелка. – Что мне точно не кажется, что надо уходить сегодня!
- Для этого я добыл карту города, - Умнелка развернул огромный лист. Нанесённые на карту улочки, напоминали детский рисунок солнца. Карта была до дыр протёрта на местах сгибов, вся в рыжих пятнах от времени и исчерчена проложенными кем-то маршрутами.
- Даже название пугающее – «Солняшев», бр-р-р, - пробурчал Бухтелка.
- Мы здесь, - Умнелка ткнул пальцем в точку «Сад-огород» в самом центре солнечного круга.
Но знание этого мало, что сказало гномам, когда они, наконец, очутились на улице. Выбраться из магазина им помогла великанша-человек. Она так торопилась, что забыла закрыть окно. Улица встретила беглецов ночной прохладой, легким ветерком и бескрайностью.
Ушли гномы налегке, взяв лишь фотографию из тоненькой книжки и карту города. Со свежим прохладным воздухом гномы будто вдохнули настоящую жизнь. Больше не чувствовалась каменная тяжесть в ногах, хотелось бежать далеко-далеко. Путь им освещали звёзды и луна. Гномы шли вдоль заборов. В каждом дворе стояли садовые гномы в красных заметных колпаках, молчаливые и улыбчивые, смотрели на всё нарисованными глазами…

Утром продавец обнаружила опрокинутую на бок пустую коробку, очки, которые потерялись и «Инструкцию по эксплуатации» без первой страницы. Три гнома, выполненные из специально привезённого природного камня, пропали. Пропала и карта города, единственный экземпляр из первого тиража. И зря, видимо, она вчера договаривалась с представителем галереи о предоставлении им в дар, как выяснилось, редчайших фигурок. Посетители, предстоящей в скором времени выставки «Мифы и легенды», так и не увидят эти выставочные экземпляры.

Прошло много времени, с тех пор как три гнома нашли новый дом в библиотеке, где много укромных мест, чтобы прятаться от солнца и людей, и где много чая с вареньем. Карту они оставили на окраине Солняшева, чтобы никогда не возвращаться обратно. Первая и единственная совместная фотография хранится у Умнелки в колпаке.

Нелёгкий путь привёл их в Случайный город. С каждым днём они всё больше узнают о жизни людей, таких похожих на гномов и совершенно других. Люди оказались самыми разными: мужчины и женщины, молодые и старые, взрослые и дети.
Умнелка, Бухтелка и Тарахтелка появились на свет в мире людей. Они так много знают теперь о людях и так мало о гномах, ведь им пока не встретился ни один настоящий живой гном…

январь 2021 редакция 2025-2026