Не спускаясь с небес Часть1Наследница империй г. 2

Уважаемые читатели! Роман в процессе написания. Все может меняться, изменяться, добавляться, а иногда, и исчезать. Приношу свои извинения.

II
Еще стоило бы кое о чем рассказать, но вы уже, верно, догадались. Главы планет – цеситы. Как же главам планет без регалий. Или цессы, но очень редко. Цессы быстро меняют свое семейное положение и вот у планеты опять цесит. Объяснимая закономерность. Цесит должен всю свою жизнь находиться на планете; ни тебе межгалактических полетов, ни экскурсий к квазарам и черным дырам, ни развлечений на орбитальных станциях. Скука беспросветная. И, конечно, возраст. Планетарные годы не в какой расчет не идут с межгалактическими. Жизнь в планетарных циклах в разы меньше.

Эхнатон. Цесса Азалия. Трой не знал, чего ждать от нее. Может статься, что и Азалия в активном поиске. Что сулит теперь эта встреча? Небольшой зал, скромный ужин. Скупая обстановка орбитальной станции. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы все выглядело, как свидание, но также остроты и натянутости быть не должно. Разговор предстоит серьезный, очень основательный, а обсуждать необходимо с женщиной, даже с девушкой. Он порою резок, груб, он привык отдавать приказы, но как в этой ситуации приказать, чтобы приказ выглядел, как просьба? Надо. Нет, просто необходимо обосновать важность требования. Трой со смешанными чувствами наблюдал, как солнечный ветер раздувал электрические паруса на противометеоритных мачтах приближающегося вакмота.

Размышляя сколько сил и средств потребуется, если она ответит отказом, он даже не заметил, как она тихо вошла в зал. Только писк заработавшего автомата холодных напитков на столе напомнил ему, что пора бы уже и позаботиться о гостье. Пока она растерянно искала его глазами в небольшом помещении, Трой без суеты устремился к ней навстречу.

Как-то уже привыкнув к мысли, что эхнатонцы образоподобные, Трой на секунду застыл, растерявшись. Она издевается над ним, или испытывает? Он выразительным взглядом осмотрел ее, начиная от несуразных туфель с загнутыми носами, объемного, шарообразного платья до пола и заканчивая выбеленным мелом лица, синих губ, зеленых бровей и огромной прически из рыжих волос. Едва удержавшись от усмешки, он взглянул в ее глаза. Но глаза. Что это были за глаза. Бирюзовые небеса холодного Тикса никогда не отражали такой безупречной синевы. Редки монохромные глаза у эхнатэпцев, но эти глаза были безупречны. Безупречны и холодны. Холодные глаза не оставляли сомнений, что решительности ей не занимать.

- Джакос Трой, - склонила она голову в должном поклоне, и ее громоздкая высокая прическа почти уперлась ему в грудь.

- Цесса Азария, - вежливо ответил Трой, стараясь сдержать чих от посыпавшейся пудры.

- Что за насыщенный запах?  - добавил он, - Это по случаю нашей встречи?

Шлейф тонкого аромата был почти неуловим, но в нем что-то было. Нежное, свежее, давно забытое. Запахи. Они порой сильней, чем воспоминания.  Как секунды счастья. Только уловил и сразу потерял. Невозможно за те короткие секунды понять, что это было. Необъяснимое, мимолетное, а осталось в душе теплым, приятным и щекочущим.

- Нет, нет. Не думайте, - слабо улыбнулась она, но улыбка вышла совершенно смехотворной под толстым слоем грима, - извините, это кармелия. Дикие рики это бич Эхнатепа. Только запах кармелии их отпугивает, но он долго сохраняется на коже.

- Ах да! Рики. Они и моей крови попили с избытком, - припомнил Трой этих назойливых насекомых, помогая ей усесться за стол.

- Это было так неожиданно. Великая честь для любой цессы  получить вап от….

- Оставим условности, - скупо кивнул головой Трой.

Ее рука неуклюже соскользнула со столового прибора, пальцы дрогнули. Нервничает. Надо было что-то говорить, с чего-то начать. Что-то ненавязчивое, успокаивающее.
- Какие мечты, цесса? Какие планы?

Глаза ее вдруг радостно вспыхнули, она чему-то счастливо улыбнулась и с чрезмерно напудренного носа посыпался белый порошок:
- Я хочу поступить в Юсорий.

- Стать анхом или может даже архом?
Трой внимательно следил за каждым ее жестом, а она старательно делала вид, что не замечает этого.

- Я так иррационально не привыкла предполагать, - покачала головой она счастливо и доброжелательно, -  встреча с анхом для меня всегда большое событие.

Не похоже, что она с ним заигрывает. Тогда зачем надо было так наряжаться? Он осторожно положил пальцы на ее ладонь. Совершенное теплая, чуть вздрогнувшая рука. Дусис - системный двойник, был бы холодным, ледяным. Она пришла лично. И смело, и разумно.

- Тогда мне будет приятно вас порадовать.
 
Вначале она онемела от такого вопиющего бесстыдства, но быстро пришла в себя, когда услышала рядом узнаваемый всеми шорох крыльев.

- Архан Платон. Мой советник, - представил его Трой.

Она тут же резко вскочила со стула, глубоко поклонилась.

- Рад знакомству, светлая, - положил ей две ладони на волосы Платон, но даже их не хватило, чтобы объять столь громоздкое сооружение.

- Я только на пути, великий архан, - не поднимая ни глаз, ни головы, произнесла она и даже голос, казалось, неузнаваемо изменился, -  благословите на Юсорий.

- Благой выбор, светлая, но принадлежит ли он тебе? – приподнял ее за локти Платон, пытливо заглядывая в глаза.

- Он одобрен отцом. От вапов неи я отреклась, - она с надеждой следила, как лучезарные глаза Платона медленно меняют яркость, ведь он не мог не почувствовать упорный взгляд Троя, прожигающий ему крылья и затылок.

- Вап миссии знакомства джакоса не позволяет мне использовать эту ситуацию в собственных интересах, -  догадливо врастив в спину свои мощные крылья, ответил Платон, - я постараюсь сегодня же выдать вам свой консультативный вап и мы поговорим о вашей духовной миссии.

Трой с удивлением отметил про себя что, несмотря на уморительный вид, Азалия совершенно искренна в своих убеждениях, но произнес он совершенно иное.

- Не утруждайтесь, архан. Ее решение скоро изменится.

Она в ответ ничего не сказала, но как посмотрела. Опять эти бирюзовые небеса Тикса. Сам же Платон негодования, конечно, никак не показал, но свет его, так заметно померкнувший, выдал.

- Должен уйти. Спешу вас оставить, благородные, - деликатно удалился он. Азалия так и стояла, провожая его взглядом, в полной отрешенности от всего вокруг и благоговейном трансе.

- Никогда не видели ангеловидных? – вывел ее из оцепенения вопрос Троя.

- Он не похож на других, - задумчиво произнесла она, торопливо усаживаясь на свое место.

- Угадали. Он последний из своего рода, - возможно, он показал бы себя приятным собеседником и интересным кавалером, если бы любезно рассказал, что Платон провел свое детство в общении с Юсами, но как раз-таки ее чрезмерно религиозное поведение и не позволило ему этого сделать. Без сомнения, она утвердится в своем решении еще больше. За внешней комичностью заметно скрывался серьезный образ жизни. В какой-то степени ее положение не соответствует убеждениям. Этот эпизод отразился на его планах и поведении, Трой погрузился в размышления и замолчал. Азалия, почувствовав отчуждение, неторопливо отпила нектар маленькими глоточками, успев неуклюже окунуть свой чрезмерно напудренный нос в бокал.

- Излишнее любопытство, но меня просто распирает, - после молчания не смог сдержаться Трой, -  отчего вы отреклись от вапов неи? Не сочтите за комплимент, но от гимов не было бы отбоя. Цессе так сложно найти достойного?

- Ничего удивительного для цессы, - вполне дружелюбно объяснила она, даже нисколько не смутившись ни личного вопроса, ни явной усмешки, -  Эхнатеп достоин лучшего цессита, но лучшего, чем мой отец, я не встречала.

Похоже, ответ был не просто заранее подготовлен, а уже не один раз употреблен. В этом Трой не сомневался.
- Я знаю, в чем ваша ошибка. Вы ищите не гима себе, а цессита Эхнатепу. А ведь это не одно и то же.

Такого вразумительного рассуждения она не ожидала и растерянно застыла не зная, что ответить, но быстро взяла себя в руки:
- Слухи о вашей мудрости предвосхищают ожидания.

От этих слов Трой даже немного повеселел. Уровень его интеллекта – константа при запуске ваксара, но кое у кого мудрости тоже немерено.
- Похвала граничит с иронией. Или мне не показалось?

Осознав свою оплошность, она потупила глаза и вздохнув, принялась за еду. Какое-то время опять прошло в гнетущем молчании.
- Как вам на вкус шницель? Не суховат? Извините за скромный ужин. Орбитальная пища не отличается разнообразием, - попробовал разрядить обстановку Трой.

- Надеюсь, меня пригласили не обсуждать скупой вкус орбитальной пищи?  - напряженно произнесла она и вскинула голову, только вот покачивание громоздкой прически не придало ее словам солидности, а наоборот, добавило еще комичности. По крайне мере порадовало, что она хотя бы на такое высказывание решилась, в целом Трой понял, что неопределенность все это время угнетала ее, но только она ее благовоспитанно спрятала и старалась не показывать.

- Как вы догадались, у меня деловое предложение, - решительно начал он, раз уж представилась такая уникальная возможность, -  я хочу получить от вас разрешение на высадку моего рекрутского гарнизона на Эхнатепе.

От него не ускользнуло внезапное оцепенение, тут же приключившиеся с гостьей.
- К чему отрывать гарнизоны от модуляций? – нарочито беспечно засмеялась она.

- Мои ваксары кое-что поищут в окрестностях Эхнатепа, - довольно поспешно и скупо объяснил он.

Азалия сразу сникла. Чего-чего, а такого прямого предложения она никак не ожидала и отчаянно не знала, чем аргументировать так явно обозначившийся на ее лице  отказ.
- Мятежников среди эхнатепцев нет, мы единогласно поддержали вашу кандидатуру. В окрестностях Эхнатепа немного ресурсов. Может, не нужно ничего искать и я просто подскажу вам.

- Подскажите, я не возражаю. Где находится ключ? – без всякого внешнего эпатажа он положил на стол диаграмму перемещений Рамака, где последним его пристанищем был Эхнатеп.

На несколько секунд показалось, что она потеряла самообладание. Но постепенно взгляд ее стал вдумчивым и осмысленным.
- Ключ? От чего?

- К Партемлибре.
 Много средств и времени он потратил, чтобы отыскать эту диаграмму, которая сама по себе уже была редким артефактом, и у него не осталось ни сил, ни желания добавлять что-то к сказанному.

- Какие глупости!  -демонстративно и цинично отвернулась она от материального доказательства, противоречащего ее словам, -  это же какая-то древняя легенда. Не больше, чем предание.

Это равнодушие, изображённое так притворно, его добило, даже почти взбесило.
 - Тогда и услуга пустячная! Даже спрашивать у вас не надо было. Завтра высажу ваксаров, всего и делов то, - произнес он с донельзя натянутой улыбкой.

- И джакосу иногда надо спускаться с небес на землю, - определенно, ее глаза, единственное правдивое имущество, находящееся при ней, испуганно блеснули.

Она потянулась за своей полетной диаграммой, решив закончить разговор, но он опередил ее.
- Более половины моей жизни - межгалактические. Я воевал за эти планеты, пока кое-кто мирно рос и мечтал поступить в Юсорий. Никто не смеет диктовать джакосу, где ему находиться, если и небеса и земля принадлежат ему!

Приступ его ярости немного напугал ее, но не придал смелой несдержанности.
- Я выразилась в переносном смысле, - произнесла она слабым голосом, полным извинений.

-А я в прямом. Итак, ваш ответ? – рявкнул он не то, чтобы зло, скорее нервно.

Она резко встала и поспешно направилась к выходу со словами:
- Эхнатеп готов к войне!

- Даже самая глупая цесса не затевала бы войну с ваксарами из-за какой-то там древней легенды! – заметил Трой, рассматривая все то же дурацкое надутое платье со спины.

Азалия так резко обернулась, что прическа накренилась при повороте, как вакмот при стремительном облете черной дыры.
- Джакосу не хватает космоса и он решил стать богом!? Не следовало мудрому джакосу обнародовать свои планы перед глупой цессой.

- А из ваших действий следует только одно, - раздраженно выкрикнул он, -  ключ к Партемлибре на Эхнатепе и я оказался прав.

У Азалии в этот момент так вытянулась физиономия, что ни у кого бы не закралось сомнения, что ее или ошеломили, или проникли в самую суть ее мыслей.

- Если вы откажете мне, произойдут события, которые не приснятся в самом кошмарном сне, - поторопился объяснить он всю серьезность его просьбы, но в ответ она только беспечно фыркнула, резко повернулась на каблуках своих остроносых туфель и пошла к клинкету, беспорядочно жестикулируя и выкрикивая:
- Мы знаем все из возможных миров! Самые страшные чудовища покорны воле ваксаров! Все сектора галактик изведаны! Что может такого ужасного случиться!?

- Что может случиться? А вот что может случиться!
И Трой принудительно отключил весь панельный ряд на автоматическом управлении. Мгновенно оторвавшись от пола в воздух полетели все незакрепленные предметы: тарелки, бокалы, стулья, стол и Азалия, невольно размахивая руками и медленно переваливаясь на спину и поднимаясь вверх к потолку. Самым необычным оказалось, что прическа ее медленно двигалась в другую сторону, а под ней скрывалась самая обыкновенная брюнетка с обычной гулькой на голове.

- Так это паричок!?  - в голос засмеялся Трой, - как нелепо я вас разоблачил. А рыжий вам совершенно не идет.

Недовольная, она лишь грозно взглянула на него, откинула край своего громоздкого платья, растянулась, замахала ногами отыскивая ступнями хоть какую-то опору, наконец зацепилась за лампу, изогнувшись и засунув ногу глубоко под потолочную переборку. Вдруг от этого акробатического маневра платье стало так же медленно съезжать с ее, как оказалось, очень тонкого тела.

- А платьишко явно не по размеру. Отчего такой безобразный вид? Прячетесь от пылких чувств настойчивых гемов?  - прокомментировал Трой, внимательно следящий за перемещениями, происходящими у него над головой. Сам же он крепко стоял на ногах лишь слегка поворачивался, стараясь рассмотреть все как можно лучше. Тритон. Все его преимущество над ней.  Именно Тритон давал ему возможность не зависеть от гравитации. Даже в холодном вакууме космоса Трой шел бы по прямой в нужном ему направлении.

Изогнувшись между переборок, как между перекладин на турнике, она карабкалась  по потолку, как будто это помогло бы ей кардинально изменить положение. Она добралась до клинкета, дернула его, но разумеется, так ничего и не изменилось, как и в ее голове, полностью лишенной каких-либо вразумительных идей. Только теперь от энергичного движения платье резко улетело в сторону.

- Юсы великие!  - подпрыгнув, успел подхватить платье Трой, - да у вас под ним ничего нет. Вы на что рассчитывали, собираясь ко мне?

 Она тупо осмотрела себя, забыв даже прикрыть интимные места.
- Это температурное белье, - объяснила она, и настойчиво протянула к нему сверху руку, - отдайте мне платье!

У Троя уже совсем улучшилось настроение, хотя по-прежнему он оставался уязвленным. Он вначале протянул платье, а потом резко одернул.
- А собственно, почему я должен его отдавать? Это цесса пришла ко мне разряженной лицемеркой и бессовестной притворщицей. Я бы вас еще хорошенько умыл, чтоб увидеть настоящее лицо. Но похоже, ваша сущность вся состоит из бутафории.

 - Это национальный костюм. Вне Эхнатепа я должна быть только в нем, чтить национальные традиции, – без жеманства ответила Азалия, с опаской поглядывая на парик, который находился еще в приличном состоянии, не считая слоя серой пыли в переборках, в которую он медленно, но неуклонно погружался.

- Традиции Эхнатепа включают безоговорочное подчинение джакосу. Или я чего-то не знаю в законах тритов? – навязчиво напомнил он ей еще раз прописное правило.

Словно это происходило в полусне, она возвратилась к осветительной лампе, опять закрепилась в переборках ногами, повернулась к Трою лицом, и медленно стала опускаться спиной, осторожно подтягиваясь к парику.
- Вы можете хотя бы не смотреть?

Медленно проплывая рядом в бессовестном созерцании ее обнаженного тела и заставляя с трудом оторваться от столь серьезного мероприятия, Трой вновь опустился на пол.
- Я не смотрю. Я пытаюсь разглядеть на вашем температурном белье швы.

- Оно же температурное, меняет форму и размер, поэтому бесшовное, - охотно объяснила она, не понимая, что он ей попросту не поверил.

Трой медленно поднялся на уровень ее груди, видимой во всех ее прелестях, и с показным наслаждением закрыв от удовольствия глаза, произнес:
- С этого дня я самый ярый поклонник температурного белья.

Через несколько минут, постаравшись найти более удобное положение тела, она уперлась ногами в потолок, слегка подтолкнула парящий стул и он уперся спинкой в  панель управления, но штатный режим не сработал.

- Прекратите надо мной забавляться. Сейчас же включите гравитацию!  - в сердцах выкрикнула Азалия.

- Теперь вы сами хотите спуститься с небес на землю? -  все никак не мог прийти в себя Трой от приступа неукротимого веселья, - я с вами не забавляюсь, просто показываю степень вашего безрассудства.

- Выпустите меня немедленно! – как бы спокойно она себя ни вела, на самом деле она жутко разволновалась и готова была разреветься.

Подойдя к ней ближе, Трой поднял к ней руку, осторожно притянул к себе и включил гравитацию. Несмотря даже на то, что он крепко держал ее за руку, она тяжело осела на пол под внезапно обрушившейся силой тяжести. Грохот рухнувших предметов еще стоял в ушах, а она уже быстро побежала к клинкету.

- Я сейчас-же улетаю на Эхнатеп! – безуспешно она пыталась принудительно его открыть.

Трой спокойно подошел к ней. Уже совершенно серьезный и собранный:
- Подумайте хорошенько. Может, для начала хотя бы оденетесь? Даже я, видавший всякое, немного смущен. Я должен вас предостеречь.

- Я не думаю, что хочу задержаться здесь хоть на секунду, и уж тем более не буду думать над вашими предостережениями, - затыкала она ладонями уши то ли от звона в ушах после нестерпимого грохота, то ли уже от его навязчивого голоса, -  я засну, а наутро навсегда забуду о нашей встрече и разговоре, как о страшном сне.

- Ночь для вас будет бессонная, я даже не сомневаюсь, - Трой уже с трудом подбирал нужные слова, чтобы вразумить ее, но старался убедить хотя бы спокойствием, -  как и не сомневаюсь в том, что на совете тритов вы мне ответите согласием.

- В ответ на ваше предложение совет тритов узнает, что вы милитар и экспроприатор, - нервно напяливала она на голову свой грязный от пыли парик.

- Я пока еще настаиваю обсудить это сегодня. На совете это будет неуместная реакция, - он осторожно попытался струсить с ее плеч осыпавшуюся с парика пыль, но она нервно отпрянула назад. Внезапно клинкет открылся автоматически, уравновешивая давление. Воспользовавшись этим, Азалия выхватила у него из рук платье, и выскочила в коридор.
- Нет! Я сказала нет, и еще раз нет!

- Разве так ведет себя цесса, собравшаяся в Юсорий? Вы должны выслушать меня. Я настаиваю! – громко и убедительно продолжал Трой хотя заметил, что голос выдал его волнение.

Воодушевленная Азалия проворно отбежала от него и бодро встала у стены, с удовольствием и злорадством прижимая к груди отвоеванный трофей. Ей очень хотелось наговорить ему гадостей, но она придумала месть похуже, и открыто поделилась.
- Я обнародую видеофиксацию в одностороннем порядке и все будут знать о нашем разговоре.

- Все будут знать, что я просто обожаю запах кармелий, - ответил Трой с поддельной радостью в голосе.

Она торопливо побежала по оживленному коридору, и абсолютно все оборачивались на нее. Пройдя дальше в поисках выхода, она долго плутала. По ее соображениям, коридор уже должен был закончиться, а она все петляла и петляла по транспортерным лестницам. Азалия остановилась, отдышалась, и только тогда догадалась одеться. Свернула в транспортный ангар, но только еще больше заблудилась. В конце концов она оказалась у знакомого стыковочного клинкета. У вакмота как бы из ниоткуда появился Трой. Она даже не поняла, зачем он здесь. Просто не могла поверить, что он настолько глуп и навязчив. Она молча подошла к нему.

- Ваша полетная диаграмма, - протянул он ей золотую, испещренную знаками табличку. Это вывело Азалию из ступора, она буквально вырвала ее из его рук, но он лишь примиряюще улыбнувшись, поинтересовался:
- Успокоились?

- Я вам все сказала, мне добавить нечего! – недружелюбно воскликнула она и нервно зашагала по телескопическому трапу.

- Я понимаю, - кивнул Трой.

Он еще произнес какие-то стандартные вежливые фразы на прощание, но она тупо сделала вид, что не услышала.

Когда ваксар удалился за стартовую платформу, легкий ветер над головой Троя усилился, и рядом почти бесшумно опустился Платон.

- Неужели каждому джакосу необходимо затевать межгалактическую бойню?
Трой лишь развел руками.

- Видят Юсы, я этого не хотел.