Про Кусаплюя

Жил да был Кусаплюй. В дупле под старой Елью. Никто не знает, откуда он тут взялся.

Больше всего на свете он любил нюхать. Ему бы собакой родиться, а он родился Кусаплюем. То есть сперва-то в нём ничего такого от Кусаплюя не наблюдалось. Выглядел он самым обыкновенным лесным человечком. Лешим, значит, а Кусаплюем он потом стал. В лесу ведь как? Какое прозвище незнакомцу маленькие лешачата  дадут, такое к нему и прилепится.

А вот как дело-то было.

Выходил этот леший из своего дупла по утрам взъерошенный, чумазый и лохматый такой спросонья. И всегда без шляпы из гриба, а ведь шляпа всем нормальным лешим полагается. В лесу жить – да без шляпы?! Разве не удивительно? Вон хоть мухоморову шляпу надень, самую красивую – кто против будет?

И подсмотрели детишки, как этот новый леший носом во все стороны водит, и хотели было назвать его Водоносом, да передумали. Потому что непонятно: то ли он действительно носом водит, то ли воду носит. А никакой воды он вообще не носил. Он ведь, наоборот, смешно носом вертел, причём тут вода?

Тогда лешачата решили, что ему подойдёт прозвище Вертонос. Но опять передумали.  Потому что стали путаться и переспрашивать друг дружку, как его зовут:

– Ветронос?

– Конвертонос?

Но ни ветер, ни конверты он не носил. К тому же леший этот не просто носом крутил-вертел – он всегда выискивал поблизости что-нибудь съедобное. Принюхается, найдёт по запаху какую-нибудь колбасу, откусит кусочек – и почему-то выплюнет. Какой же он Вертонос? Кусаплюй, конечно.

Так он стал Кусаплюем. Прилипло прозвище, не оторвать.

В дупле под старой елью, у самой земли, устроил он своё жилище. Или лучше сказать – гнездо свил. Потому что каждый день, с утра до ночи, траву туда таскал. Видно, чтобы спать помягче, думали одни. Другие лешие удивлялись: чего это он не как все? Почему ни в один трухлявый пень не поселился, там же удобнее. Да потом махнули на него рукой. Со странностями человек, с кем не бывает.

А лешачата его дразнили, конечно:

– Кусаплюй, Кусаплюй! Только ты меня не клюй!

И даже обидное:

– Кусаплюя не люблю я!

Но он не обижался, только посмеивался в бороду и приговаривал:

– Погодите, чертенята… Я вам ещё пригожусь…

Добрый был до невозможности.

И вот. Пришли в лес злые люди. Трактора пригнали, тросы железные размотали – и давай старые пни корчевать. Для чего – неведомо. Но без всякой жалости к лешим, которые там жили.

Побежало кто куда лешачиное племя, а Кусаплюй выскочил, лохматый такой, весь в траве и в земле, руками машет, кричит:
 
– Сюда! Ко мне! В дупло!

И ведь все там разместились! И всем лешачатам места хватило. Дупло-то у самой земли было, и Кусаплюй сразу, как там поселился, стал рыть подземные ходы между корней Ели. И ещё с Кротом подружился крепко. А тот даже не спрашивал, зачем ему эти ходы нужны. Сказал: надо так надо – и давай рыть. Друг!

Словом, спас он всех. Всех леших и лешачат несмышлёных.

Вот тебе и Кусаплюй! А почему он колбасу там всякую надкусывал да выплёвывал – до сих пор никто объяснить не может. Да иногда и объяснений не надо. Лишние они.