На верхней Масловке

    Сегодня в Сети наткнулся на повесть Дины Рубинной с таким названием. Вспомнил, что читал ёё несколько лет назад, но забыл. Остались в памяти какие-то смутные тени из богемной московской жизни то ли 60-х, то ли восьмидесятых годов, но ни сюжета, ни имён ; всё чисто. Начал читать и вновь захватило волной мощной языковой стихии. Так изобразительно, ярко в деталях, так изобильно, свободно в целом. Изумительный повествователь. А ведь без повествовательности, что ни говори, нет литературы. И необычный взгляд, и своеобразные герои. Спросил себя: а как бы отнеслись к роману Лев Толстой и Достоевский? Первый, как «рентген», прожёг бы насквозь взглядом из-под кустистых бровей и изрёк бы что-нибудь строгое, как судебный приговор. Зато второй, скорее всего, пришёл бы в восхищение. Это его психологическая линия необычных, ненормальных людей. Анна Борисовна из сумасшедшего дома эксцентричных старух, а Петя, которого некоторые критики уничтожают как никчемную личность, современный князь Мышкин. Старуха чувствует и говорит, как личность из «Серебряного века», оказавшаяся в веке заржавленном и железном.