Честь четвертая. Последний круг. 2

     У Стаса появился новый друг.
     Событие знаковое. Друг этот был человеком особым – мальчуган возраста шести лет.
     Вот как всё развивалось.
     В середине марта в их подъезд приехали новые жильцы. Поселились на первом этаже в однокомнатную квартиру. Семья из трёх человек: он, она и мальчонка.
     Соседка этажом выше рассказала Светлане историю переселенцев, дескать, глава алкаш, всё пропил, заставил жену продать двухкомнатную квартиру и они переехали в их район. А до переезда семья жила где-то на Шаболовке. История так себе, не очень и вниманию достойна, мало ли таких семей, а тем более такого рода переездов в столице, уж кому-кому, а Стасу это хорошо известно, к тому же правда рассказ этот, или нет, кто его знает. Неделю старших членов этой семьи Шамины не видели, а вот паренька приметили. Он как старушки у подъездов, целыми днями высиживал на ободранной скамейке у дома. Скамейка больно уж страшная, а потому никто здесь из старшего поколения не сидел. Может в старые времена и сиживал кто, но сейчас нет.
Стас на работу, парень уже на посту: сидит ножками болтает и по сторонам посматривает. Стас с работы, и опять видит паренька: здесь малец, сидит и опять по сторонам смотрит. И так каждый день.
     Удивительно.
     И вот ночью Стас тихонько, боясь разбудить Свету, встал, подошёл к окну, глянул, может парень на улице. Но нет, никого не было. А когда осторожно юркнул под одеяло, жена спрашивает.
     – Что, нет его?
     Тут уж не до сна. Стас сел в кровати, повернулся к Светлане.
     – И ты приметила?  Бдительный человек – вся в мужа. Нет, сейчас, не видно паренька. Наверно завтра схожу к ним, это же где такое видано: сутками парень торчит на улице.
     Света добавила свои наблюдения.
     – Ты на обувь его посмотри. Летние сандалии размера на три больше его ножки, женские тёплые колготки. И это ребёнок… В шесть лет многие уже понимают что носят, особенно девчонки, а этот в обносках сидит. И я не видела, кстати, что бы он ходил или бегал, всё время сидит. Ты знаешь, а то, что с ровесниками не играет, это всё мамочки. Мамочки  следят за своими чадами и наверняка запрещают с ним играть.
     Стас обнял Светлану.
     – Давай, милая, спи, на работу скоро вставать.
     Утром Стас выехал чуть позднее Светланы. Он умышленно это сделал, хотел пообщаться с мальчишкой. Однако в то утро мальчика на скамейке не было. А вечером Лидия Ивановна, соседка по лестничной клетке, рассказала, у новых соседей днём был скандал, приезжала милиция, забрала хозяина. Как она выразилась:
     – Пьян был, вусмерть.
     Что же, самое время познакомиться с матерью паренька. Стас спустился на первый этаж. Звонок не работал, но на стук в дверь хозяйка среагировала. Дверь приоткрылась.
     – Кто там?
     Стас потянул ручку двери.
     – Здравствуйте, это сосед сверху. Пустите? Познакомиться хотел. Может чем помочь надо?
     Дверь открылась, и он увидел хозяйку. Лицо бледно-жёлтого цвета, левый глаз заплыл, волосы растрепаны, цветной халатик на теле висел, словно древняя занавеска на окне. Зашёл. В прихожей полумрак. Потоптался в темноте, покрутил головой, хозяйка молчит. Выручил парнишка. Вынырнул из-под руки матери, протянул руку Стасу.
     – Здравствуйте, а я вас знаю. Вы над нами живёте в двухкомнатной квартире.
     Стас пожал протянутую руку, присел на корточки.
     – Ишь, какой ты смелый, а на улице как мышка сидел, нет, чтобы поздороваться. Может мы с тобой давно подружились бы.
     Паренек опустил глаза. Его мать посмотрела на Стаса, рукой попыталась прикрыть опухший глаз.
     – Да вы проходите. Обувь не снимайте, здесь с ночи натоптано.
     Да уж, натоптано, так натоптано, и видимо не только с ночи. Стас осторожно переступил разбросанную  в коридоре обувь, вошёл в комнату. Обстановка небогата: кровать, стол, два табурета, огромная коробка от телевизора. Коробка видимо служила в этом доме шкафом. И всё.
     И всё? А где же малец спит?
     Женщина пододвинула табуретку.
     – Вы садитесь.
Стас махнул по табурету рукой, присел. Шёл сюда, многое хотел спросить, а вот сел и не знал о чём разговаривать с этим тощим, забитым существом.
     И опять парень помог.
     – Меня Вовкой звать. А вас?
     Стас вновь протянул руку.
     – Станислав Николаевич. Можно просто Стас. Тебе сколько лет, Вовка?
     Паренёк по-прежнему тёрся рядом с матерью.
     – Уже шесть. Скоро в школу пойду.
     И вновь пауза. Хозяйка молча смотрела на гостя. Глаза ничего не выражали.
Стас понял, это молчание может быть бесконечным, но говорить что-то надо.
     – И на сколько суток забрали?
     Те же пустые глаза.
     – На пятнадцать.
     Он кивнул в сторону мальчика.
     – Одежда у него и обувь есть?
     Женщина кивнула, а в глазах вновь только безразличие и усталость. Шамин поднялся, протянул руку мальчику.
     –  Пойдём Вовка, проводишь.
     Вышли в подъезд, мальчик подёргал Стаса за руку.
     – Дядя Стас посиди со мной, а?
     А глазёнки у паренька живые, Шамин и улыбку рассмотрел на его лице.
     – А знаешь что, Вовка, пошли ко мне, чай попьём, у меня пирожное есть. Пошли?
     В тот день он так на работу и не пошел. Позвонил шефу, отделался какой-то отговоркой, и со Светланой  поговорил, рассказал о госте.
     – Может, ты пораньше придёшь, а мы с Вовкой стол накроем.
     Света рассмеялась.
     – Ладно, на обед заскочу, познакомишь.
     Стас положил трубку, посмотрел на паренька.
     – Володя, скоро моя жена придёт, познакомлю. А к приходу её надо что сделать? Правильно. Приготовиться. Так что будем мы с тобой сейчас трудиться – обед готовить. А пока пошли мыть руки, мой новый друг…
     Так началась эта дружба. Дружба взрослого человека и мальчугана, лишённого семейной заботы и доброты человеческой. С этого дня Вовка жил ожиданием. Утром выходил проводить Стаса, а если рядом была Светлана, то и её, на работу. Вечером их дожидался. Затем вместе ужинали, Стас читал мальчугану книги, рассказывал разные истории, мультики вместе смотрели. И уже к десяти вечера Володя уходил домой. С его матерью Шамины не общались, да той такое общение и не нужно было, захотела, пришла бы.
     И вот в один из дней Володя в гости не пришёл, и утром следующего дня его не было. А вечером к Шаминым зашёл его отец.
     Понятно – своё мужик отсидел.
     Обличьем этот человек был копия жены. В голове Стаса завертелось: «Гусь да гагара – два сапога, пара». Похожи эти люди были чрезвычайно: росточком невелики, оба худы, лица измождены и в одежде не ухожены. Но мужик сегодня был трезв.
     – Вы, сосед, вот что. Смотрели парня?  Спасибо. Баловали? Не возражаю. И за одёжку спасибо. Но больше к себе не зовите. Сам воспитаю. До свидания.
     Стас и ответить не успел, дверь за гостем закрылась.
     Он посмотрел на Свету, та тоже вышла на звонок. Пожал плечами.
     – Что же, их право. Пусть  воспитывают, лишь бы не уродовали парня. Но другом моим  Вовка уже стал.
     Светлана его последние слова не слышала. Кто-то звонил, и она побежала к телефону.
     Стас вздохнул, обижено покачал головой и пошёл к телевизору.

     Продолжение следует.


Рецензии