Экзамены и учеба в Финляндии

Экзамены  и  учеба  в  Финляндии
 

Для  подтверждения  Советского  врачебно - стоматологического  диплома  в  конце  девяностых   необходимо  было  сдавать  двухнедельные   экзамены  в  университете города Турку.
Отправив  все  необходимые   документы,  получаю  приглашение  на  экзамены  по  стоматологии.  Первая  неделя  письменные,  вторая  в  клинике  с  пациентами.
Университет  предоставляет  бесплатное  общежитие  иногородним.

Экзамен по  пародонтологии.
Уже  не  молодая  преподаватель  сжимает  в  своем  кулачке  разноцветные  инструменты,  крючковатые  сверху. 
- Что  это  за  инструменты?  И  для  чего? 
Мы  беспомощно  переглядываемся,  в  надежде,  что  хоть  кто - то  из  нас  однажды  их  видел.  Но  у  всех  круглые  от  испуга  глаза  и  совершенно  глупый  вид.  Наша  советская  стоматология,  как  я  здесь  поняла,  отставала  тогда  лет  на  шестьдесят.
- Это  пародонтологические  инструменты.
Говорит  кто - то  тихим  голосом.  Все  взгляды  устремляются  на  него. 
-Боже.  Какой  умница! 
Мы  не  сводим  с  него  восхищенных  глаз!
- Талант! 
Внутри  же  всех  раздирает  чувство  зависти. 
Ведь  я  тоже  это  знал!  Экзамены  то  ведь  по  пародонтологии!  Это  мог  бы  сказать  я!   
- Уже  хорошо.  А  что  ими  делают?  Кроме  как  в  зубах  ковыряют?   
С  иронией  спрашивает  экзаменатор. 
Опять  тишина. 
Мы  видели  такие  инструменты  впервые. 
- Всем  два!
 
Экзамен  по  протезированию. 
Ужасный  скрежет  и  запах  паленой  пластмассы  разносятся  на  пол  университета.  В  фантомный  зал  каждые  десять  минут  влетают  сотрудники  университета  с  перепуганными  лицами.
- Что  происходит?  Пожар?  Землетрясение?   
- Да  нет  же!  Успокойтесь!  Это  восточный  блок  сдает  экзамены! 
Смеется  финская  аспирантка.
Одна  из  наших  эстонских  коллег,  пожимает  плечами.
- Что  тут  такого?  Я  всю  жизнь  вела  врачебный  прием  в  Таллине  и  никогда  не  работала  стоматологом!  Дипломом  эстонского  университета  города  Тарту  позволяет  работать  мне  стоматологом.
Она  еще  яростнее  нажимает  на  педаль  бормашины,  выжимая  из  нее  еще  более  ужасающие  звуки  и  запахи.  Пилила  она  фантомные  зубы  не  врачебными  борами,  а  жесткими  техническими.  Отсюда  мерзкий  скрежет  и  запах  паленой  пластмассы.
Веселились  не  только  финны. 
Ее  решительность  и  невозмутимость  забавляла  всех. 
Результаты  экзаменов  показали,  что  восточному  блоку  надо  доучиваться.   
Всем  сделали  одинаковую  программу  на  полтора  года. 
Было  еще  два  стоматолога  с  укороченной  программой  обучения,  рижанка  и  иранец.  Им  надо  было  показать  свои  навыки  на  пациентах,  без  теории.

Учеба в финском университете

Осенью  1993  года  началась  учеба  в  Турку  и  бесконечные  поездки  домой  в  Ваасу.  Я  получила  студенческое  общежитие  недалеко  от  реки  Ауры.  В  квартире  три  маленькие  отдельные  комнатки,  запирающиеся  на  свой  ключ.  Общая  кухня  и  туалет.  Одна  из  комнат  пустовала.  Студентку  второй  комнаты  я  видела  только  раз,  после  того,  как  уехав  на  выходные  в  Ваасу,  я
 забыла  выключить  будильник. 
Что  за  будильник  был  у  меня?
Эта  зараза  звенела  три  дня  подряд,  пока  я,  приехав  обратно,  его  не  выключила.  Получив  упрек  от  моей  соседки,  я  больше  ее  не  видела.
К  слову  сказать,  нам  платили  еще  и  стипендию,  в  размере  аренды  общежития.  Оставалось  немного  на  автобус  домой, в  Ваасу.   
Материально  мне  помогал  муж  и  его  родители. 
Коллега  из  Эстонии  приторговывала  водкой  и  сигаретами,  таким  образом  одинокая  женщина  выживала.   

В  Финляндии,  как  и  в  Советском  Союзе,  работы  студентов  очень  дешёвые.  Пациенты  сознательно  идут  на  риск.  Как  будет  работать  студент,  никто  не  может  предсказать.
К  студентке  из  Риги  с  укороченной  программой  на  протезирование  попал
 немолодой,  спокойный  и  очень  тактичный  местный  священник. 
Он  приходил  в  назначенный  час,  садился  в  кресло.  И  страдал.
Студентка  никогда  раньше  не  делала  ни  коронок,  ни  мостов. 
Она  боялась  всего.  Преподавателей,  священника,  анестезии,  бора  и  его  скорости.  А  еще  больше  она  боялась  прикасаться  к  зубам!
Прикоснувшись  бором  к  зубу,  она  одергивала  руку,  словно  ее  било  током.  И  в  ужасе  бежала  искать  аспирантку.
Священник  сначала  часами  смиренно  лежал  в  кресле,  понимающе  улыбался.  Через  пару  недель  он  стал  нервно  и  беспокойно  крутить  головой  в  поисках  помощи.  Помощь  не  приходила. 
Отчаявшись,  он  стал  вылавливать  студентов  в  коридоре.
Столкнувшись  в  закутке  университета  с  нашей  эстонской  коллегой  и  вручив  ей  букет  роз,  он  стал  умолять  помочь  ему. 
- Я  два  месяца  ежедневно  прихожу  сюда.  Лежу  целый  день  на  этом  кресле.  А  мой  врач,  как  черт  ладана,  боится  всего!  Помогите  мне!  Пожалуйста!  И  ей  тоже.
Влезать  в  чужую  работу  мы  не  имели  права,  но  священника  было  жалко. 
Втихаря,  пока  аспирантки  не  было,  эстонская  коллега  пилила  ему  зубы,  я  стояла  на  стрёме.  А  рижанка  с  укороченной  программой  скакала  с  выпученными  глазами  за  креслом  и  охала.
Не  знаю,  что  там  за  грехи  были  у  этого  священника  и  за  что  Бог  его  так  наказывал.  Но  в  конце  концов,  он  получил  свой  мост.  Кто  его  ставил,  не  знаю,  я  была  уже  на  другой  кафедре. 
Ортопедию  я  сдала  на  отлично.  Ах,  как  же  долго  я  бередила  себя  надеждой,  встретить  моего  питерского  преподавателя  по  протезированию,  который  единственной  мне,  на  госэкзамене,  поставил  тройку. 

А  трусливая  студентка,  возвращаясь  после  тяжелого  трудового  дня  домой, увидела  в  придорожной  канаве  спящего,  хорошо  одетого  мужчину.  Склонившись  над  ним,  поняла,  что  тот  пьян  в  усмерть.  Клятва  Гиппократа  не  позволила  ей  оставить  мужчину  в  канаве  на  целую  ночь.  Она  уволокла  его  домой.
Утром,  очухавшись,  он  поведал  ей  душераздирающую  историю. 
Жена  ушла  от  него  к  другому.  Он  с  горя,  первый  раз  в  жизни  напился.  Дальше  не  помнит.
Мужчина  был  шведом,  с  хорошим  образованием  и  местом  работы.  В  какой  бы  час  дня  или  ночи  мы  не  заходили  к  ним,  они  всегда  были  в  кровати,  делали  детей.  Мы  их  прозвали  кроликами. 
Я  уже  работала  несколько  лет,  когда  мне  позвонила  эстонская  коллега  по  университету.  Слово  за  слово,  вспомнили  и  о  наших  кроликах. 
- Она  до  сих  пор  не  сдала  экзамены.
Сказала  подруга. 
- Надеюсь,  у  них  получились  дети.
Ответила  я.

Я  зубрила  все  лекции  наизусть.  Моя  соседка,  сорока  пятилетняя  Лиля,  требовала  от  меня  полного  запоминания.  С  ней  мы  умудрялась  быть  в  авангарде,  сдавали  все  экзамены  на  неделю,  другую  раньше  остальных.  Она  торопилась.  У  нее  было  свое  объяснение  этой  сумасшедшей  скорости. 
Я  безумно  уставала  и  от  нее  и  от  учебы. 
Моя  зубрежка  однажды  меня  подвела. 
Наша  отечественная  стоматология  безнадежно  отставала.
В  Финляндии  было  много  нового  и  совсем  не  понятного  для  свежей  выпускницы  советского  института  без  опыта  работы.  И  без  знания  финского  языка.
Физиология  прикуса. 
Я  вызубрила  лекции,  не  совсем  понимая  их  смысла.  Профессор  оказался  на  редкость  проницательным.  Он  стал  спрашивать  нюансы.  Я  сидела  красная,  как  рак,  не  понимая  его  вопросов. 
- Иди  еще  почитай.  Ты  совсем  ничего  не  понимаешь. 
Эстонская  коллега  сдала  зачет.  У  нее  был  хороший  финский.
Я  еще  неделю  пыталась  разобраться.  Все  впустую.
Пошла  наобум  к  профессору,  благо,  он  вне  занятий  сидел  у  себя  в  кабинете. 
- Садись.  Рассказывай. 
Пересказываю  лекцию. 
- Да.  Ты  все  вызубрила.  Но  я  же  вижу,  что  ты  многого  не  понимаешь. 
Молчание.  Долгое. 
- Давай  зачетку.  Понимание  придет  с  практикой.  С  таким  напором,  как  у  тебя,  позже  во  всем  разберешься.
Это  был  предпоследний  предмет.
Затем  полгода  мы  ждали  последнюю  лекцию  по  ортодонтии,  исправлению  прикуса.   

Училась  я  в  университете  Турку  полтора   года.
Финские  студенты  серьезно  относились  к  учебе.
Атмосфера  в  университете  была  основана  на  взаимоуважении  студентов  и  преподавателей.  Каждый  профессор  требовал,  чтобы  на  его  лекциях  присутствовали  все  студенты,  и  на  экзаменах  задавал  вопросы  по  своим  лекциям.  Это  значительно  облегчало  мою  учебу.  Прочитывать  огромные  тома  на  английском  было  почти  невозможно  из - за  скорости  обучения. 
В  течении  первого  года  мы  сдавали  зачеты  или  экзамены  почти  каждую  неделю.  Учиться  было  бы  трудно,  если  бы  не  финские  студенты.  У  них  была  отлаженная  система  копирования  лекций,  которыми  они  делились.  Один  записывал  лекцию,  остальные  слушали.  А  потом  они  вместе  корректировали  недочеты  и  делали  копии  для  каждого.
Я  была  в  восторге  от  четкости  и  практичности   финского  преподавания.  От  полного  отсутствия  всякой  шелухи,  не  относящейся  к  стоматологии.   
Да  капустников  тут  нет.  А  еще  нет  научного  коммунизма,  политэкономии,  философии  и  всякой  другой  политической  дребедени.  Здесь  студентам  не  надо  писать  рефераты  по  истории  КПСС,  чтоб  поднять  оценку  за  полугодие  и  получить  стипендию.
 
Летом  1993  года  у  меня  трагически  погибла  мама.  Это  выбило  меня  из  колеи  на  много  лет.  Нагрузка  в  университете  была  колоссальной,  не  помню,  как  заставляла  себя  учиться.  По  окончании  его  я  года  два  не  могла  видеть  финские  книги,  журналы  и  прочие  печатные  издания. 

Тем  не  менее  учеба  в  Турку  дала  мне  понимание  всей  медицинской  системы  в  стране,  и  понимание  того,  что  я  готова  начать  самостоятельную  трудовую  деятельность.

В  начале  осени  1995  года  в  городе  Тампере  были  последние  трехнедельные  курсы  для  всех  иностранных  медиков.
Нас  знакомили  с  социальной  системой  Финляндии.  На  лекциях  фармакологии  учили  пользоваться  фармакологическим  справочником.  Названия  лекарств  запоминать  не  требовали.  Достаточно  понимать,  к  какой  группе  относиться  препарат  и  где  его  искать.
Перезнакомившись  на  лекциях  с  коллегами - врачами,  мы  быстро  сдружились.   
Кроме  кабаков  и  признаний  в  любви,  я  почти  ничего  не  помню.
Экзаменов  для  стоматологов  в  Тампере  не  было. 
По  окончании  этих  курсов  я  получила  официальное  разрешение  на  работу  стоматологом  в  Финляндии.

Апрель 2020
Хельсинки



---------------------


Рецензии