Любовь для пятого поколения...

            

                Вставал я рано и быстро выскальзывал из нашей спальной комнаты. Здесь, находилась моя деревянная кроватка и высокое родительское ложе, обладавшее шикарной панцирной сеткой и огромной периной. На них можно было скакать до одурения.

                Пулей, я проскакивал в нашу большую залу или столовую, тихонько раскрывал окно и оказывался на высоком крыльце, увитом диким виноградом, в окружении утреннего гомона птиц и ароматов цветов из нашего роскошного палисадника

                Из соседней залы, располагавшейся с другой стороны: между нами и кухней, когда я вылазил из кроватки , раздавался богатырский храп бабушки Ривы. Она приходила домой поздно. Ведь, в перечень ее  обязанностей входило не только отрывание билетиков при входе в кинотеатр.

                Последний сеанс завершался чуть раньше полуночи. Надо было ещё успеть проследить за тем, как уборщица подметет огромный зал, проветрить его и закрыть на засовы множество дверей.

                Да. Бабушка возвращалась домой очень  поздно. Часто, уже тогда, когда в Сокирянах , в двенадцать ночи, отключали свет не только на улицах, но и во всех жилищах. После возвращения, бабушка долго закусывала при свете керосиновой лампы. Ведь часов с четырёх вечера,  у неё во рту  не было даже маковой росинки.

                Для ужина, Рива, как правило, использовала пару заготовок, которые сменялись почти каждый день. Первая , из них, представляла собою литровую стеклянную банку, наполненную несколькими мелкими картофелинами, несколькими кусочками сельди, да луком , порезанным кольцами и политым  смесью белого уксуса с небольшим количеством ароматного подсолнечного масла

                Вторая заготовка, для ночного перекусона, была более диетической. Представляла собою   полулитровую банку « завдавынки» - молока, закисшего, прямо на нашем подоконнике или у печки. Плюсом к этому, был чёрный хлеб, начинённый известным количеством гороховой муки, и небольшая цыбуля.  Честно говоря, русское слово «лук» мы, тогда, не использовали, и я слышал его только в кинофильмах и радиопередачах

                Рива с аппетитом проглатывала свой нехитрый ужин и немедленно бухалась в кровать. Иногда, когда было холодно и она начинала кашлять, бабушка парила ноги в небольшом тазу или ведре. В комнате, у неё, из экономии, печка не топилась. В зимнее время, я всегда старался проскочить  это пространство, как можно быстрее, чтобы не переохладиться.

                Раз в пару недель, когда бабушка разводила огонь в большой кухонной печи и выпекала хлеб нашего собственного производства, мы отъедались. А Рива, еще и отогревалась - почти целые сутки, она находилась в тепле. Ведь задняя часть большой кухонной печи выходила в ее спальную комнату.

                Бабушка любила меня самозабвенно и всячески баловала. Родителей это , зачастую, выводило из себя. Рива , по их мнению, портила ребёнка  тем, что заговаривая зубы историями о своей «бобыци» - бабушке, кормила меня с руки, потакала моим хотелкам и всяческим капризам.

                - Швак штыл ( затихни, идиш),- обрывала она все мамины попытки поругать или сделать замечания ее любимому внуку

                Если Рива замечала, что мама собирается меня шлепнуть, или сам внучок жаловался на такие поползновения, то мама имела все шансы получить от бабушки « на орехи» -  пару хлестких ударов полотенцем и рыдать от обиды, уткнувшись в мокрую от слез подушку.

                - Зачем ты даёшь Милику пирожное в кинотеатре? Он же тебя совершенно не слушается,- возмущалась мама

                - А я не ему даю ,- парировала бабушка

                - Так кому же?,- Мама краснела от возмущения

                - Это все я дарю его внукам,- улыбалась Рива,- Когда станет дедушкой, кто ещё, как не он, вспомнит обо мне и побалует малыша от моего имени? Так и передаётся настоящая Любовь. Передаётся она, как видите, даже не третьему поколению, а , сразу-сразу, пятому

                Сегодня , бывает, я излишне потакаю собственным внукам. Даже довольно часто. Кое-как , отбиваясь от обвиняющих нареканий детей, заявляю ,

                - Это балую не своих внуков. Я дарю приятное не только им, но их будущим внукам . Когда сами они станут дедушками и бабушками, они все прекрасно вспомнят. Да! И чтобы не забыть. Этим, я передаю им ещё добрый-предобрый привет от своей любимой Ривы - моей дорогой бабушки, которую мои внуки никогда не видели. Но совершенно очевидно, что, хотя бы немного, но великую ее Любовь, они почувствовали...


Рецензии