Аксинья...

Аксинья жила в небольшом домике почти на самой окраине села. Она была давно одинока, нет не по тому, что у неё не было детей, нет. А наверно потому, что так распорядилась Судьба...Дети давно выросли и уехали в город, и очень редко навещали мать. С мужем  Аксинья давно в разводе, ещё с молодых лет... Но вот вторую половинку так и не нашла. Высокая, крепкого телосложения, она обладала гордым нравом и достаточно крепким здоровьем. Мужчины её сторонились, опасаясь нечаянно попасть под «горячую руку», а Аксинью это нисколько не огорчало, а скорее тешило её самолюбие, потому что чувствовала и без их твёрдого плеча себя вполне защищённой. Да и на любовь у неё никогда не было времени, и даже смолоду: нужно было поднимать ребят. Поэтому бралась за любую дополнительную работу, чтобы заработать лишнюю копейку. Богатой не была, но и не бедствовала. В долг не занимала. Обрабатывала небольшой огородик, вела не большое хозяйство, всё это давало для детей сытый стол. Так и загружала себя по полной и не заметила, как выросли дети, разлетелись, кто куда и пролетели годы... "Уже 50!" - думала Аксинья, собирая наскоро скошенную ею траву, для её кормилице, любимой козы Милки. Надо было поторопиться, успеть собрать в небольшие копна  до вечерней росы.
Вдруг сделалось  темно, будто поздним вечером. Иссиня-черная туча приползла с севера, гоня перед собой ветер с пыльными бурунами, издалека возвещая о своем приближении густым рокотом. Она торопливыми движениями собирала последнее сено, но как не старалась, ещё оставалось целый три прокоса. Вдруг она услышала за спиной шаги.  Это Борис наверно подумала Аксинья, зная, что он всегда прогуливается этой округой поздними вечерами. Да знала не только она, знали все, поэтому её не чего не насторожило. - "Бог в  помощь!" - сказал Борис здороваясь с Аксиньей.- "Давай подмогу, а то до грозы не поспеешь!"- быстро отчеканил он. -  " Спасибо! Не откажусь" - почему - то первый раз смущённо ответила Ксеня!  Принялись за работу - она быстро собирала граблями сено с валков в кучи, а он переносил их в копна. Работали они красиво и слажено, так и плясали у них в руках грабли, да вилы! Когда убрали последнее сено, пошёл дождь. Первые капли упали тяжело, словно желуди, прибили на траве  пыль, испятнали копна, как бы проверяя их на прочность... Блеснула молния, ушла в землю где-то у старого брода, гром гремел так, что земля гудела, что Аксинья, испугавшись, прислонилась спиной к копне. И наконец дождь ливанул стеной, что  им пришлось прятаться в большом стоге сена, где Аксинья сделала шалаш, отдыхая в нём от полуденной жары.
Они лежали так близко, вслушиваясь в грозу, которая бесновалась, бросая молнии, гремя уже раскатистым громом и изливаясь проливным дождём. А тут было тихо и сухо. Она вдруг ощутила, как долго не была любима мужчиной, ей наконец захотелось быть слабой, в первый раз за всю одинокую жизнь...               
 А Борис впервые за всю свою семейную жизнь был наедине с чужой женщиной, он крепко обнял Ксению и стал жадно целовать. Дождь закончился и наступила такая тишина, что слышно было их дыхание. На глаза Аксиньи навернулись слезы, мерцая в темноте различными бликами синеватого цвета от луны, которая освещала всё вокруг, заглянув и к ним в шалаш, и была свидетельницей такой быстрой и бурной сцены любви. Первой заговорила она, что у неё нет претензий к нему, что никто никогда об этом не узнает и что эта встреча была подарком за всю её одинокую жизнь.