Профессия, единственная в мире

Я Семичев Евгений Васильевич, полковник МЧС, начальник 7-ого особого отдела МЧС по Московской области. Так написано в моем служебном удостоверении. Особым мой отдел называется, наверное, потому что в нём нет ни вертолётов, ни вездеходов, не даже обычных спасательных машин МЧС. Из всей техники в нашем отделе есть лишь одна легковая машина и парочка компьютеров. Да и сотрудников у меня только двое: шофер Серёжа, мой заместитель и он же мой родной сын Николай.
Взял я его к себе не совсем по блату – мне нужен был человек, который “на ты” с компьютером (сам то я с ними не очень дружу) и к тому же он с детства интересуется всякой статистикой, а это как раз очень важно для моей работы.
Что у меня за работа? Я специалист по предотвращению катастроф и аварийных ситуаций. В мире я наверно единственный человек с подобной профессией. Нет, есть конечно всякие ясновидцы, экстрасенсы и прочие колдуны, но я, в отличие от их, весьма расплывчатых предсказаний знаю точное место возможной катастрофы и всеми способами стараюсь её предотвратить.
В таких случаях мне подчиняются все службы на территории России, по остальному миру я даю только рекомендации, но в большинстве стран на сегодняшний день их воспринимают как приказ. В России я могу: отменить вылет самолёта, движение поезда, работу любого предприятия и даже отменить военные учения. Последнее, правда, было всего лишь один раз. Не буду говорить почему я его отменил, потому что это является государственной тайной.
Один раз по моей рекомендации отменили учения НАТО. На трех атомных субмаринах, я обнаружил неисправность в реакторах. Но это было при старом президенте США, новый упрямый, как осел, и я с ним перестал иметь дело.
К признанию своего таланта я шёл довольно долго. Началось это во время моей службы в армии. Однажды я словно увидел, что потолок в казарме обрушиться завтра, в половине первого ночи. Что было делать? Доложить командиру и настаивать на своем? – подумает что хочу “откосить” от армии через дурку. Подумав, решил просто ждать. Время тянулось ужасно медленно. И хотя в казарме было довольно прохладно, я весь взмок, словно таскал мешки с мукой. Объявить тревогу надо было не раньше 12-20 иначе всех бы заставили снова лечь спать в казарме, а меня отправили бы спать на гауптвахту. В 12-21 я вскочил и громко крикнул:
-Рота подъем! Тревога! Быстро все на выход! Потолок рушиться.
Со сна, не разобравшись все почему-то меня послушались и выбежали на улицу. Видно, было что-то убедительное в моем отчаянном крике. Рота едва успела построиться, как за нашими спинами раздался страшный треск ломающихся балок и досок перекрытия. За этот поступок я был награжден званием младшего сержанта и медалью: “За отвагу на пожаре”. Потом было предотвращение короткого замыкания на складе ГСМ, обнаружение дефекта тяги у машины командира полка и многое другое…
В результате всего этого в полку меня все стали бояться, даже полковой командир. Будь его воля он бы, наверное, отправил меня домой. Но не имея, к сожалению, таких широких полномочий, полковник просто дал мне звание старшины и поставил заведовать полковой библиотекой. Там я и тянул тяжёлую лямку всеобщий воинской обязанности. Выйдя на гражданку, я задумался – у меня есть уникальный талант, но как его использовать?
Разве может мне кто-то поверить? Любой разумный человек скажет, что это полная ерунда. И тут мне в голову пришла хорошая идея. Я пошёл служить в пожарную охрану. Адреса и время пожаров я предсказывал со стопроцентной вероятностью. Обо мне пошла слава. Сначала недобрая. Милиция проверяла не я ли устраиваю эти пожары. Потом всё же решили, что все произошедшие пожары мне было устроить не под силу. Разве что к двум или трем из них я мог иметь отношение, но это было недоказуемо. Словом милиция оставила меня в покое.
Однако начальник пожарной части рассказал обо мне наверху. Там сочли это интересным. И скоро я уже работал в областной пожарной охране. Оттуда меня перевели в Москву и через какое-то время, убедившись, что я умею предсказывать не только пожары, но и авиакатастрофы, крушения поездов, аварии на трубопроводах и т.д. Тогда для меня и сделали эту особую должность – консультант по предотвращению катастроф.
Все катастрофы я предотвратить не могу, потому что толком неясно как это происходит. Просто, сначала у меня в голове появляется картина, якобы уже свершившийся катастрофы, а затем появляется время происходящего. Обычно я вижу катастрофу за два три дня до её возможного происшествия. Так же я узнаю причину, по которой она может произойти. Иногда в своей голове я словно вижу новости, но не сегодняшние, а те, которые можно будет увидеть по телевизору дня через четыре.
Первые ростки моего таланта обнаружились еще в школе, когда я учился в пятом классе. Жил я в то время у бабушки. Дело в том, что недавно родился мой брат, который орал, как мне тогда казалось, почти не замолкая, несмотря на все старания родителей и врачей. Потому меня взяла к себе бабушка Варя, которую я очень любил. К тому же ходить в школу от бабушки мне было гораздо удобнее и ближе.
Бабушка жила в своем доме, в котором было печное отопление. Она обычно топила только дровами, но разбираясь во дворе, нашла в старом мешке немного торфяных брикетов и решила топить печку этими брикетами. Протопив печку и увидев, что огоньков в топке нет, бабушка закрыла заслонку трубы. Но торф не дрова – он продолжает тлеть и без видимого огня, выделяя при этом угарный газ.
Короче говоря, мы с бабушкой сильно угорели. По утру головы у нас сильно трещали. Но хоть хорошо, что обошлось без смертельного исхода. Оставшийся торф бабушка со злостью выкинула. А зря.
Примерно через месяц я заметил, что у меня невероятно улучшилась память. Стихи, которые нам задавали учить я стал запоминать наизусть с первого раза. Еще через месяц обнаружилось более странное явление, не имея часов, я мог назвать точное время с точностью до секунд. Это по желание само возникало у меня в голове. Никаких катастроф, правда в то время я еще не видел. Это произошло позже – в 6 классе.
Географию у нас в то время вела молодая учительница Кира Петровна, только что закончившая институт. И я в неё влюбился – мне нравилось в ней всё: как она выглядит, как она ходит, как говорит, как поправляет волосы. Я постоянно думал о ней и однажды в моем влюбленном мозгу возникла такая картина.
Кира Петровна переходит улицу, машин нет и вдруг из переулка на бешеной скорости появляется грузовик и сшибает её. Картина появлялась несколько раз, но даты происходящего я не видел и никак не связывал это видение с тем, что реально может произойти. Но однажды я увидел дату происходящего.
Это должно было случиться на следующий день. В тот день я пошел после уроков за любимой учительницей. Она подошла к краю тротуара и, оглянувшись по сторонам, уже собиралась переходить дорогу, как я крикнул с силой уличного громкоговорителя, буквально разрывая свои голосовые связки: “Кира Петровна, стойте”. Мой дикий крик словно взрывная волна отбросил учительницу от края тротуара метра на полтора. Она испуганно оглянулась и в этот момент по дороге, на красный свет, промчался бешенный грузовик. Кира Петровна стояла белее школьного мела.
-Кира Петровна, хорошая моя, что с вами?! - воскликнул я, подбежав к учительнице.
-Женя, Женечка, ты мне кажется сейчас жизнь спас – растроганно промолвила она.
Кира Петровна, обняла меня и прижала к себе. Я был наверху от блаженства. С тех пор мы с Кирой Петровной очень подружились, хотя конечно никакого романа, между нами, не было. Для меня так и осталось неизвестно, услышала ли она тогда это обращение к ней: “хорошая моя” или нет. Через два года Кира (так она разрешила себя называть, когда были одни) уехала. У ней тяжело заболела мать.
Окончив школу, я по примеру Киры тоже решил стать географом, поступив в один из известных Московских вузов. Учился я отлично и не ожидал никаких проблем с поступлением в вуз. Меня, правда, ждал, кроме основных экзаменов – экзамен по географии. Но за этот экзамен я совсем не переживал, а как в последствии оказалось, зря.
Я его не сдал. Мало того – поругался с преподавателем, назвав его кретином. Не то чтоб один из нас сказал, что Земля плоская и лежит на трех китах, а другой с этим категорически не согласился. В какой-то мере виноват был я сам – слишком подробно изложив ответы на вопросы экзаменационного билета и хуже того, благодаря моей памяти текст моих ответов слово в слово повторял текст учебника по географии.
Старый козел, принимавший у меня экзамен, тоже был, как говорят, ещё при памяти и начав читать мои ответы, заподозрил неладное. Он достал учебник по географии, открыл в нужных местах и по его мерзкой роже утренней зарей прошла гнусная улыбка.
-Молодой человек, не знаю, как вы это сделали, но вы всё же списали. А по сему вон с моего экзамена!
Мои просьбы задать мне сколько угодно дополнительных вопросов ни к чему не привели и назвав старого козла своим настоящим именем, я вышел в коридор. А из коридора в армию.
Но это всё в прошлом. Сейчас я уже не о чём не жалею. Меня вполне устраивает то, чем я занимаюсь. Правда в последнее время меня начало сильно беспокоить одно обстоятельство. Катастроф в мире стало происходить значительно больше. И это не потому, что я стал хуже работать, нет. Я стал предотвращать намного больше всевозможных несчастий, чем раньше. Мой показатель в этом смысле растет.
Сначала я думал, что увеличения числа катастроф связано с увеличением количества транспортных средств и количества передвижений на них, но мой сын Николай, как я говорил, почти гений по части статистики, сказал, что по его расчетам, такой рост числа катастроф нельзя объяснить только этими факторами, существует что-то ещё. Думали мы над этим долго. Но ни к чему не пришли. А потом я вспомнил Киру Петровну, неудачный экзамен и велел сыну сделать определенную статистику по различным странам. Он добросовестно сделал все расчеты, и моя теория подтвердилась. 
На количество катастроф в данном регионе влияет моральное состояние большинства жителей этого региона. Чем спокойней жизнь в данном регионе, тем меньше катастроф. Причем это касается не только катастроф связанных с так называемым человеческим фактором - к примеру шофер-дальнобойщик, сутками не вылезающий из кабины, или авиадиспетчер, работающий сверхурочно, чтобы оплатить кредит. В регионах с большой социальной напряжённостью населения чаще происходят аномальные изменения погоды и неожиданные обрушения зданий. Но как помочь в этом случае, я не знаю.
Поэтому наш 7-ой особый отдел МЧС по Московской области, и я его начальник, Семичев Евгений Васильевич, полковник МЧС, просто продолжаем спасать жизни других людей.


Рецензии
Мне понравилось. Необычно. И выводы вы сделали правильные: чем хуже моральное состояние нашего народа, тем хуже мы живет. И тем больше происходит катастроф как частных так и общественных. Всего хорошего! Татьяна

Георгиевна   24.04.2021 00:00     Заявить о нарушении