Завтра ровно в пять 8

ЗАВТРА  РОВНО  В  ПЯТЬ 8



Маня прибыла в Крепость, в президентскую обитель к пяти часам, как ей было назначено.

Секретарь Президента в приемной, улыбнувшись само элитной  гончей крысой в этих краях сквозь редкие усы сказал, что сейчас без пяти пять, а Президент будет готов ее принять ровно в пять. Поэтому придется подождать немного, а ровно в пять свободно входить в кабинет без всяких предварительных согласований.

Маня присела на край стула, вспомнив сразу, что именно на этом месте она ждала встречи с Президентом месяц назад и... Теперь у нее была другая папка, тоже не без электронных примочек, но совершенно безопасная и без емкости со спиртным. Маня вспомнила, как она попалась на «чертовой папке», но не по слабости, а из-за любопытства, и воспользовалась этой роскошной опцией - почти незаметно выпить спиртного грамм тридцать раз, другой и закусить благоухающей таблеткой, например  «жареные семечки».  На запах которых тогда же премьер министр так повелся, что чуть было не попросил у нее горсть семечек. Но Президент пригласил ее в кабинет, а премьер министр остался   с носом, стоять тут.


Откуда-то мелькнула зеленая подсветка и сиплый голос секретаря ниоткуда напомнил ей, что Президент  готов ее принять, как было условлено ровно...

В кабинете Президента  произошли  изменения. Вся мебель оказалась другой, более светлых тонов, отсутствовал тот диванчик, на котором Президент тогда , можно было подумать, лежал при смерти, и телевизионных экранов на стене висело всего... не так много как тогда.


Президент, сидевший  за столом был погружен в бумаги, что-то быстро прочитывал и перелистывал страницы в папке. Затем, ответив вошедшей: «здравствуйте МариИвановна», закрыл папку и стал смотреть на Маню  впавшими как от должной  и несомненной  усталости глазами,  но не без прежнего интереса к этой удивительно правильной, исполнительной и приятной во всех смыслах женщине.


Сенат под ее началом слыл своей лояльностью   к президентской власти и  подразумевался  в лучшем смысле   как оплот  тишины и спокойствия. Никакая пресса из свободных СМИ ни разу не посмела сказать что-то  скабрезное  о сенаторах и спикере женщине,  как будто они были другого, не земного свойства, а все возможные грехи и слабости у них  нивелировались как  бы   под прикрытием  этой женщины.  И как женщине, ей многое было простительно под общую картину сильного мужского состава Сената.  Говорить же о каких-то  огрехах, как слабостях,  бросая тем самым   тень на  спикера женщину, и   весь состав Сената, способен  мог бы быть только  слишком разболтанный    репортеришко, которому вряд удастся сюда проникнуть.

Президент  закрыл одну папку и взял справа  другую, вероятно, самую важную  на этот момент. Открыв ее  и  просмотрев, видно,  уже  в который раз содержимое документа,   он  уставился  на Маню в развод момента слегка  насмешливо, но спрашивая серьезно:


- Вот документ  о согласии Сената на ввод наших войск в какую-то страну... При одном воздержавшемся и одном «против». Страна «х», это что, как это понимать? Уж сколько я думаю и гадаю, а ответ мне никто не может дать. Министр обороны ничего не знает,  премьер министр впал в депрессию, будто он в чем-то здесь виноват... Надеюсь,   вы-то  можете внести ясность, как главный участник,   что это и как это понимать?..


- Это документ о вводе войск в страну, которую вы сами назвали «пусть это будет пока страна «х», и дали время на одобрение сенатом голосованием всего с пол дня. Мы провели заседание в экстренном порядке  и  ровно в пять, как вы сказали, я доставила вам этот документ, но... Но тогда же на приеме с вами произошел несчастный случай здесь... из-за «чертовой папки», или как вы ее назвали тогда «это гордость нашего ВПК»...


- Кстати, как ваша рука, вы ведь тоже сильно тогда рисковали потерей ее?.. - вдруг заинтересовался Президент другой стороной «несчастного случая».


Рука моя ничего, работает, а как ваша голова? - должна была бы ответить Маня, но лишь показала руку, энергично сжав и разжав пальцы, что  должно было  свидетельствовать, что рука у нее еще сильная, и для этой ее работы в управлении Сенатом годиться вполне.


- Нет, я об этом все знаю со слов моего секретаря, а он мне врать не будет, - откинувшись на спинку кресла стал говорить Президент неспешно  и с  пониманием всех  нюансов, черт их побери.  - Я  знаю, что сначала пострадали вы, когда    вашу руку  в перчатке заблокировало, что тоже грозило вам потерей руки, пока  ее не освободили. Но это для дипломатов, да и не только для них, важная функция, чтоб папку с секретными документами никто не мог вырвать из руки. А у вас это произошло случайно. Кстати, мне пришлось вмешаться в следствие и я запретил полковнику тревожить вас лишними вопросами...       


Спасибо — смиренно ответила женщина, тронутая таким покровительством от всесильного.


- Понятно, что вы как женщина попались на слишком сложной технике, что могло случиться с каждым, а с нашим премьер министром случай был вообще, когда он тоже эту папку получил... И там было тоже не до смеха.
А вот, почему сработал электрошокер в тот злополучный момент - с этим разбираются наши «компетентные товарищи» и результат вам известен, скоро будет суд над главным виновником. Ну, пусть   суд  решит,  чья  тут вина, умысел или простая халатность. А все эти, правда слишком замудренные  папки, как это ни жалко, пришлось возвращать на завод на доработку.      


Президент снова стал смотреть в  загадочный для него документ. Тут даже     не получалось вывести разговор на  все временную   нужность этого документа при любом  раскладе в международных отношениях.  И вот он под рукой, что еще не нравится владыке? Но он продолжал  настаивать, как будто проснулся в стадии обновления чего-то там, в его мозгах.


- И поэтому  мне непонятно главное. Как Сенат единодушно проголосовал за ввод войск в страну, которая нигде не указана. Что это? Уж не шутка ли... я даже так подумал.


- Так и проголосовали все спокойно, хотя, были разные выступления сенаторов за и против, но времени на раздумья у нас тогда не было. Ваше задание было исполнено во время и я сделала все, что смогла, но вот... этот несчастный случай.


- Про несчастный случай мне не напоминайте больше, а то  вы скажете еще, что мне мозги тогда вышибло, хотя я в полном своем рассудке и помню все... но загадка остается загадкой.

Как Сенат мог так спокойно проголосовать за ввод войск, не зная, куда?


- Вот так и смог, вы же знаете, как вам все доверяют  и поддержка вам всегда будет обеспечена при одном только вашем слове, как просьбе сделать что-то... или проголосовать за  мнение, как решение....   И я тоже всегда стремлюсь к тому, чтобы не создавать лишних трений по любому вашему вопросу... А этот    вопрос очень серьезный, и  у вас тогда был какой-то план,  вы сказали, что скоро всем все станет ясно, что к чему...


Маня в ходе разговора смотрела   на массивный край столешницы нового стола.   У того стола  был прямой   угол, а у этого   закругленный.      Но рассказывать, как президент откинувшись от удара разряда... в падении ударился головой о край стола она не решилась,   хотя это было важно и наверняка   поэтому  у него  плохо стало с памятью.


Президент глубоко вздохнул, проследив за взглядом Мани. Конечно, продолжать разговор  на эту тему было ни к чему ввиду многих неприятных деталей,  которые унижают...   и он   спросил:


- А кто этот, который единственный «против» оказался, как будто знал, куда  мы, допустим, должны были ввести войска  и поэтому был против. А если бы он не знал этой страны, то зачем же ему быть   против?


- Этот сенатор  у нас   держится на контроле и на особом положении,   как  настроенный всегда против, или представитель оппозиции, хотя это громко сказано, никакую оппозицию мы в наших рядах  не создаем    и не терпим, но... Он часто выступает против...     как   демагог, у него плохо с репутацией, он нарушитель спокойствия,  чтоб  только обращали больше на него внимание, и по месту проживания на него поступают заявления от участкового и жалобы, но...


- Так вам надо избавиться от него, зачем нам вам такой сенатор, который как та корова весь вид племенного стада портит?


-  Хорошо бы так... Но не примите это за странность, именно он  нужен Сенату, нужен, как... нарушитель  спокойствия, что бывает очень кстати, а то ведь нас журналисты иногда посещают, а они, знаете,  как   любят  все такое.  Из-за него иногда и  споры возникают и мне приходится даже осаживать кое-кого из слишком преданных... Я даже хотела бы доплачивать ему по сетке наиболее заслуженных, чтоб он так и держал себя, а то знаете, как скучно бывает вести заседание, когда    такие видные все мужчины бояться выступить, чтоб мужественность не потерять на  пустомельстве, что иногда у нас тоже бывает, что тут греха таить. А он смелый, но глупый и с ним не соскучишься.


Президент слушал речь спикера внимательно и лишь в конце прищурился так, как будто его ужалило  со стороны ударенной головы еще раз невидимой иголкой  от той молнии от электрошокера.


- Мари Ивановна, я нисколько не сомневаюсь в вашей, извините, прозжености, что опытом и ушлостью у нас   называется, но тут вы перестарались. Спору нет, нам везде такие нужны, как бы даже оппозиционеры и даже яростные... чтоб и посмеяться можно было, но все должно быть пределах разумного. Вы знаете, чем может обернуться для вас, скажем этот... который против? То есть, обыкновенная просьба президента для подстраховки нашего    положения  в этом напряженном мире  ему никак не идет в понятие,  и это сегодня, а завтра может так все повернется, что он на вашем месте будет делами заправлять, с чем черт не шутит.
Я тоже всегда смотрел на таких оппонентов  снисходительно,   пока не почувствовал явную угрозу для нашей великой  Ассеи от таких же...  Которые   стали плевать на наши  скрепы, на народ, на государственность с независимостью. Если действующий избранный народом президент для таких, каких я на своем веку уж повидал достаточно, и им такой президент  не авторитет, и его можно оскорблять и унижать перед этим  же народом, то они пойдут дальше и станут вообще    против народа и государственности с независимостью, а это значит только одно, они завербованы спецслужбами наших врагов и с ними надо разбираться очень конкретно сразу же, как только они переступают черту.   


Мой вам сейчас же своевременный совет, избавьтесь от этого... который голос против просьбы президента к Сенату подает, и,  чего бы она ни касалась эта просьба, ввода войск в какую-то страну, или вывода войск... Президент   знает, как   вести  линию к  расширению пределов  нашей великой Ассеи, а если ему так мешать, то могут сомнения всякие возникнуть. А у нас нет времени на выбор между и между, мы должны неуклонно идти курсом, который...
Президент постучал пальцами руки себе по виску:
- Который вот здесь  весь просчитан и давно назрел...  -   и еще добавил: 
- И тут указан еще этот какой-то, который воздержался, тоже странно... будьте с ним внимательны, а то и тоже, гоните его из Сената.


Затем Президент  взял еще одну папку и, открыв ее прояснился в лице, бывают же хорошие моменты, греющие душу и сердце хорошей новостью как будто:      


- И вот, кстати, у меня к вам    опять будет серьезная  просьба.  Нужно     освободить два места в Сенате, чтобы устроить двух наших товарищей, очень заслуженных и без преувеличения, ценных и весьма компетентных. Оба генералы, только что... и из БА (Безопасновть Ассеи). Один хорошо поработал в области сельского хозяйства, аграрий, значит, но во вражеской стране. И там одно время сельское хозяйство сильно захромало, и это его заслуга. Впредь так его и называйте Аграрий, и он  в этом деле профессионал, утрет нос там любому нашему хорошо битому колхознику.  А все эти детали, как и где он  таким  БАашным доблестным  трудом дослужился до генерала  пусть останутся между нами.
Второй... Ну, тут я не буду вам ничего пояснять, вы сами все узнаете, но только в общем, чего достаточно будет, чтобы восхититься им. А так, скажу я вам, это гордость наших спецслужб. И им обоим я хочу преподнести такой подарок по завершению  их внедренной  туда, и очень опасной и нужной   нашей Родине  деятельности.


Сейчас они выходят на заслуженную пенсию, но они еще совсем молоды и полны сил, чтобы еще послужить со славой  в деле создания и укрепления законности, и во благо с неослабевающим величием нашей Ассее.


Как вы смотрите на  такую возможность по  некоторой  пертурбации...  чтобы освободить два места в Сенате?


- Ну, я пока не вникла, не знаю... Хотя ваша просьба для меня всегда  закон.


- Вот возьмите с собой эту папку ознакомьтесь с  кандидатурами, и я вас уверяю, вы влюбитесь в этих генералов, иначе и быть не может.


- Хорошо, я подумаю, как …  за счет кого можно освободить два места.


- И чем скорее, тем лучше. Вы подумайте... А я тоже   подумаю   - загадочно прищурился в   улыбке, уж куда как более битого  разведчика Президент,  беря слева еще одну  черную увесистую папку для осмотра документов в ней.

У Мани даже сердце ёкнуло при виде этой  зловещей  папки, но так ли уж это касалось ее проблем с новым заданием Президента, уже было не важно.


Рецензии
Здравствуйте.
Что порекомендуете почитать у вас литературного?

Павел Техдир Антипов   26.03.2021 08:13     Заявить о нарушении
И вам здравствовать!..

Вопрос «Что порекомендуете почитать у вас литературного?» очень непонятный.

Сразу возникает подозрение, что все мое творчество — это совсем не литература, а черти что... Потому что, известно, как знатоки литературы умеют отделять, что литературно, а что не литературно? А вдруг, думаю, вы из этих достопочтенных знатоков, тогда порекомендовать мне вам нечего, правда...

Неагент09   26.03.2021 19:25   Заявить о нарушении