Короткие рассказы В ночи!

                Есть всего одна ночь в 1001-ой,
                Где я рассказываю вам сказки по одной.
                И новый "Ночничок" ложится сверху.
                ***
     Лето. Жара. Много отдыхающих летит на юг. Аэропорт похож на муравейник. Задержка рейсов. Юлия летела в свой первый отпуск одна. Дом, работа, так и не подружилась ни с кем. Юля в ожидании своего отодвинутого вылета вынуждена купить книгу, печенье и упасть в пустое кресло в углу огромного зала ожидания. Через пустое место сидел молодой мужчина и тоже читал книгу, их взгляды встретились, на секунду замерли. Она сделала безразличный вид, он якобы не в её вкусе. На свободном месте лежала её пачка печенья. Юля открыла книгу и взяла печенье. Мужчина тоже взял и продолжал читать.
     Она внутренне вспылила, негодовала: нашёл способ заигрывать. Какой невежа, нахал, медведь. Но среди множества людей она не решилась на скандал. Ну, какой нахал. И молча взяла второе печенье. Он следом отправил в свой рот очередную печенюшку. Нахал. Так по очереди они прикончили пачку. При этом мужчина читал, перелистывая страницы, а Юля так на первой и осталась. Наконец-то на дне пачки осталась всего одна плитка. Интересно, подумала она, заберет или оставит ей? А он, не отрываясь от книги, разломил пополам и протянул ей. Она аж подпрыгнула от негодования. Схватила вещи и убежала на посадку к трапу на самолет, рейс которого, извиняясь, только что объявили по громкой связи.

      Уже в самолёте, доставая книгу, Юля вдруг обнаружила злосчастную пачку печенья, бросившую в вокзальной суете в свою безразмерную сумочку. А это значит, что она ела чужое печенье. Ей стало неловко. Вдвойне, когда увидела знакомого уже мужчину, присаживающегося опять в соседнее кресло. На миг подумала, а ведь он добрее и лучше её, раз уж позволил ей, нисколько не возмущаясь, кушать его печенье. Краска залила её лицо. Юля представила, что о ней подумал этот человек. И она робко вымолвила: «Простите, пожалуйста, я..!» Но он быстро успокоил её, сказав: «Ничего страшного не случилось. Я все равно все не съел бы. Я даже вам благодарен». Они познакомились.
     Чай пили вместе уже с Юлиным печеньем и весело шутили над случившемся. Потом он достал ту же книгу, что читала и она. В разговоре выяснилось, что у них много общих интересов. И вообще, они летят отдыхать в один отель… А продолжение, дорогой мой читатель, попробуйте придумать сами. Но так, чтобы все хорошие пазлы сошлись, а плохие сломали зубы о гранит приморских скал.


                ***
В ожидании автобуса я неспешно рассматривал церковь с куполами как кокошниками, величаво стоящую рядом с автовокзалом Феодосии. Вдруг внутри меня память отчетливо воскресила картину - крестины мальчика: блестящая чаша, родниковая вода, поп в рясе с золотым крестом…  И вот моя бабушка в тайне от родителей коммунистов крестила меня в православной церкви святой Екатерины. А я всю жизнь не знал, что был крещён!? Крещён в самой Феодосии!

   ФЕОДОСИЯ - с греческого (Тео - "Бог, божество», Дос – «дар») «Богом данная» или «Дар Богов».  Город был основан греческими колонистами из Милета 25 веков назад, как место прекрасной географической лоции. Древнейший в Европе. Греки и армяне знали, где ставить град!
     Здесь итальянские архитекторы и художники эпохи Возрождения оставили свой необычный след в виде религиозных и светских построек. На территории города было более ста церквей, храмов, монастырей и мечетей. Самое Намоленное место, Богом данное  на Руси. Введенская церковь, Церковь Сурб Саркис, Мечеть Муфти-Джами, Храм Иверской иконы Божией Матери. Десятки веков миллионы людей разных конфессий молились в здешних святых местах одному Богу.

      Здесь жили и побывали много известных знаменитостей – Пушкин А.С., Чехов А.П., Айвазовский И.К., Екатерина II, Котляревский П.Н., Лев Голицын, Марина Цветаева, Вера Мухина, Александр Грин, Афанасий Никитин, Иван Поддубный…
      Старинные дома и улочки, не закрытые «небоскребами», кажутся по домашнему уютными. Можно легко пройти пешком по всей Богом данной, все в шаговой доступности и в тени вековых деревьев.
     С такой позитивной энергетикой это исцеляющий край и берег морского здоровья. Просто солнечный, райский уголок, где ласковое Светило греет круглый год.

     Однако, туризм, здравоохранение и экскурсии находятся ещё не на том уровне, который подобает самому древнему городу с богатейшей историей и прекрасными людьми. В городе - аксакале на каждом доме видны зарубки и раны всех этапов истории Руси. Феодосия старше своего государства почти в два раза.
    С бригантины «Алые паруса» Грина, скользящей по волнам нашей памяти, как мираж из чаек, в Феодосийском заливе, ярко видны красоты открытого всем ветрам мирно лежащего на горе Митридат старого града с некогда защищавшей его остатками Генуэзской крепости.
 
   Сегодня Феодосия - историко-архитектурный заповедник, святая энергетика намоленного места, однако старые памятные места практически не охраняются.
    Плавучий бакен-ревун кричит за фортом, подымается иногда над волной, мокрый и усталый, он постоянно видит тонущие в неспокойной воде огни города. Он знает много тайн этого приморского города. Но тайны умирают, как ночные мотыльки, обожженные огнем дуговых фонарей. Спешите узнать их и восстановить для потомков…

                ***
   «В школьное окно смотрят облака,
Бесконечным кажется урок…»

    Самым сложным уроком оказался урок жизни: все в нём делают ошибки, кто-то больше, кто-то меньше. Но, ещё никто не вышел из этой учебной судьбы отличником и без двоек.
  Выпускники Кировской школы №1 Крыма через 50 лет встретились за новыми партами старого класса, где полвека назад на уроках пылали страсти мозгового штурма со шпаргалками и подсказками, а боевые перемены были похожи на пчелиный улей в самый жаркий день. Помню, как мальчишками лазали на старую акацию, и набивали рот сухими сладкими цветами.  Мы созревали, как виноградные гроздья, впитывая со знаниями солнце юга. Наполнялись энергией и выпархивали из школьного кокона на белый свет, всё начиная с чистого листа: творить и будоражить действительность.
    И пусть давно прозвенел последний звонок, но мы и сегодня в душе молодёжь, правда, уже «серебряная». А потому весело и задорно поём нашу любимую песню:

«Стареем  мы  с  годами  очевидно.
И  мудрость, словно осень,  настаёт.
Друг  к  другу  мы  становимся  нежнее,
Когда  нас  память  детства  позовёт.
   Тебе судьбу  мою  вершить,
          Тебе  одной  меня  судить
                Команда  молодости  нашей,
                И школа, без которой нам не жить».

     10 лет, около 30 тысяч дней, грызли мы школьный гранит науки. Нас принимали в «Октябрята» значком вождя, нам повязывали «Красный галстук» как кусочек пламенного знамени, мы с волнением вступали в «Комсомол» и добровольно шли в любой прорыв бреши нашей державы. Комсомольцы – добровольцы.  Мы сильны нашей верною дружбой.

     И 26-го июня кто смог приехали из разных уголков России ментально близкие по духу одноклассники к Альма – матер, чтобы поклониться и сказать спасибо учителям, за синергию слияния уроков, многому научившие нас и давшие направление каждому в свою профессию.
Нас приветливо встретили директор школы Кузнецова О. В. и экс – директор Белая Е.Н. и провели экскурс по школе, ставшей для нас музеем Знаний. Мы вручили своим любимым учителям цветы в лице новых покровителей. Возложили цветы к мемориальной доске погибшего в Афганистане нашего одноклассника Хлебникова С.Н.,  и оставили наказ для потомков… Надо жизнь проживать так, чтобы не было мучительно больно за отношения с окружающими нас людьми; чтобы не стыдно было встретиться с одноклассниками и смело заглянуть им в глаза; чтобы можно было рассказать много чего интересного из своей биографии.

   Наши ребята, в основном из военного городка, поступили в ВВУЗы и посвятили себя защите Родины: Андреев С., Ерахтин В., Юденков В., Сухинин С.  Девушки стали врачами, педагогами. Татьяна Писанко (Шумайлова) была директором Кировской школы, а Светлана Акименко (Козлова) стала министром культуры Крыма. Выпуск, пронёсший дружбу через полвека. Дружных людей на свете было, есть и, надеюсь, будет всегда больше, чем равнодушных, иначе наступила бы дисгармония, и мир перекосился бы, опрокинулся и затонул. Один в поле не воин, а путник.

    Бережно разворачиваем и читаем список из 25-ти учеников 10-го «А» класса 1971 года выпуска. Классный руководитель – Левина Д.А. Я помню, как мы в школе все дружили. Поддерживали слабых, ну и вот. Осталась нас сегодня половина. И завтра снова в путь, - труба зовёт!..

 «Слышно, как скрепит, пёрышко в руках,
И ложатся строчки на листок»…
                ***

   Лето – это маленькая жаркая жизнь. Ранний рассвет. Его сложно поймать. Спим. Ночь в июне только пять часов. И только фанаты рыбаки сонные бредут к речке с удочкой пыльными дорожками. Луг, словно розовый ковер из клевера, серебрит жемчугами росы. Воздух напоен свежей горечью трав. И ароматный запах скошенной кем-то травы. Кругом порхают бабочки, как летающие цветки.

  Вдали тёмной стеной стоит, как в строю, смешанный лес. Срезаю путь через опушку к речке, приминая влажную траву. Если замереть, то выскочит мышь, обманутая тишиной, покорчит мордочку и пробежит рядом по своим делам. 
На речке главное выбрать рыбацкое место. А клюёт там, где коряжисто и поглубже. Какой нибудь голодный окунь или плотвичка, обязательно, да клюнет. А вообще-то, Июнь – на рыбу плюнь. С первым ветерком задрожит вода, заструится беглым блеском, как серебряной чешуёй. Набежит зыбь на гладкую стеклянную лазурь водоёма. На уху рыбы хватит. Пора сматывать удочки.
 Обратный путь всегда легче. Приятное занятие – лежать в игольчатой траве, глядя в небо, любуясь неспешной игрой облаков.

   Этот год урожайный. На спас будет много яблок. Кусты смородины и крыжовника обвисают от плодов. Гроздья ягод пока наливаются солнечной энергией. Ядрёная зелень прёт отовсюду.  Цветы на даче, сменяя друг друга, как цвета радуги, радуют глаз хозяйки, приложившей ручку к их роду. Нарциссы, розы, пионы, ирисы, астры, бархатцы, петунии, калужница, сцилла…
  Вечерело. Подведем итоги дня в зелёной беседке за чашечкой мятного чая.

                ***
     Внутри Садового кольца у каменистой набережной реки под цветущими каштанами выстроились в ряд павильоны художников, зазывая гуляющих в парке Музеона зевак полюбоваться искусством кисти и вылетающих из под неё радугой пестрых красок. В одном из художников, рисующих полотна истории Руси, я узнал одноклассника. Сейчас он явно отличался от того Гоши – неудачника, неспокойного и вечно несобранного. Разговорились. Георгий не спеша поведал о своей судьбе:
- Я сначала полжизни искал человека, который придет и вытянет меня «наверх» из нищеты. Находил, терял, меня не раз кидали. Падал, поднимался «с нуля». Связи не работали.  А потом понял, важнее всего найти себя и уже постараться не терять, - как-то легко сказал он и засмеялся. Передо мной стоял уверенный в своих силах человек, спокойный, с ощущением внутреннего счастья в синих, как небо, глазах.
      Его картины, изображающие исторические моменты русского бытия, оценивались на разных выставках в несколько десятков тысяч евро.  Масло и акрил прекрасно легли на холст изо льна, придавая Гошиной живописи более объемный и яркий вид. Здесь  и «Вещий Олег с сыном Рюрика у врат Киева» и «Новгородское вече на земле ильменских словен»… Я взором пытался измерить глубину таланта русского человека, нашедшего силы подняться с мозолистых колен. Не - объ - ят - на! Бездонна! От "Грозного" до "нежности" один мазок.
- Почему ты здесь, как можно с таким богатством? - не понимал его замысла.
- Хочется просто поделиться тем, чего у тебя сполна. Пусть за бесценок. Но вижу пока люди ещё не готовы купить.
     Тёплый бархат дня сменил дождливый вечер. Луну, как обгрызенный сыр, проглотила одним глотком надвигавшаяся бродячая туча. И майский гром,  выбеленный золотистой акварелью сиреневого дождя, быстро разогнал всех зевак по домам. Я уходил под зонтом, возбужденный случайной встречей, и думал, что пожалуй, главная картина его восходящей жизни это - «Найти себя!», написанная маслом бытия, потом и кровью.


                ***

     Майский вечер от цветения черемухи, сирени и  каштанов благоухал ароматом невидимой пыльцы. А пожилая женщина все крутилась вокруг мусорных баков и рыдала, не смотря на густой зловонный запах отбросов. За ней наблюдал какое-то время бомж, а как наступили сумерки, так он не выдержал и подошел к ней сзади.
- Мадам, позвольте узнать причину вашего недомогания?

      Она от испуга отпрыгнула. Внешность закутанного в длинный шарф поверх потрёпанного пиджака мужчины с бородой сильно напугала её. Женщина зарыдала пуще прежнего. Однако после короткого общения, несоответствие страшной наружности и весьма интеллигентной сущности человека в старом, но аккуратном одеянии, успокоили её, и она открылась ему, как впрочем, и он ей. Излили переполненную душу. Он в прошлом профессор, но его «кинули на большие бабки» молодая жена со своими дружками, и теперь он бомж. А она, убирая в доме дочери, вместе с мусором выбросила пакет с большой суммой денег, и не помнит в какой бак. И теперь понимает, что дети её по головке не погладят. Зять «силовик» и он убьет её, бедная женщина опять заплакала.

- Я помогу вам найти пакет, тем более я в «рабочей форме»! – он облазил все баки и, наконец, увидел «золотой» важный пакет заполненный пачками красных купюр. «Здесь и на квартиру хватило бы» - промелькнуло в голове. Можно сказать ей, что не нашёл, а потом все себе присвоить. Пусть знают эти «дерьмократы», разорившие меня и страну… но в чём виновата эта милая женщина. И внутренний монолог души неиспорченного трущобой интеллигента (не пропьёшь, и не прокуришь) не позволил совершить «аферу века». Эх, пропадай крыша над головой, и он со счастливым видом рыцаря победителя в перьях и в разном прилипшем к нему дерьме, без гроша в кармане, но с пакетом полностью набитым деньгами, показался из мусорного бака.

- Силь ву пле, мадам! – радости у обоих не было предела. Она прыгала от счастья, целовала его не очень бритые, перепачканные щеки. А он виновато мялся, перебирая ноги к дереву где висела канистра с водой – «рукомойник». Это была его территория. Денег, что ли попросить у неё, рублей двести. Выпить за её здоровье. Скользкий обмылок, выскальзывал из его грязных рук.

  Но счастливая женщина не отставала от него. Как только угомонила свои страсти, так сразу и предложила ему жить у неё. У неё отдельно от детей есть «двушка», правда, "хрущёвка", начала она оправдываться, но все же крыша над головою…
- Милая моя, хорошая дамочка, да как я смею ступить на вашу недвижимость такого привалившего счастья, Мне и в кошмарном сне, в междверном пространстве у выхода из метро, где я ночевал в последнее время, не могло такое присниться.
- Так вы со мной?
-  Да, да, да… - И пошли они вдвоём: бомж - с полным пакетом денег и довольная дама, нашедшая возле мусорного бака своё счастье.

Вот уж, по истине: истинная красота коренится внутри человека, а ложная — вовне.

                ***

   В двери кабинета с табличкой «Психолог Михей…» постучали и сразу с порога  крупная рыженькая женщина начала издалека рассказ о своих брачных проблемах. Однако опытный врач всё сразу поставил на место, хлопнув в ладоши:
- Суть вопроса, пожалуйста?
 - Суть, суть. Ах, да. Ой, уважаемый доктор, я была замужем шесть раз. Шесть! Суть моего вопроса в том, что у меня каждый нечётный муж умирал. А я снова влюбилась. Сильно. И он тоже меня так любит. Страстно. Но, к сожалению, он по счету седьмой, то есть - нечётный!? Что мне делать, ума не приложу?
Врач, как рентген, внимательно заглянул внутрь её сложнейшего биопсихического лабиринта из множества томов околоженской логики. Даже в индивидуальном гороскопе смерть в восьмом Доме натальной карты этой кармической дамы может нагрянуть в бессчетном количестве обличий. На столе пред Михеем лежала вся её судьба. Ответ лежал просто на поверхности стола:
- Вам не надо выходить замуж, - сказал, как отрезал, психолог Михей. – Живите в гостевом, или как говорят в гражданском браке с седьмым. Или…
- Или он умрёт? Но я не могу жить одна. Одиночество меня убивает. – В сердцах выпалила полная противоположность «синему чулку», полувдова в чёрных очках. Она ушла, держась обеими руками за рыжую голову.
   «Странно, - вдруг замкнуло у психолога внутри. – Я женат в пятый раз, и не задумывался, что мои жены умирали тоже, и именно нечётные – 1-я, 3-я и..? О, господи! Что же мне делать? Разводиться?!» - схватился теперь он за голову, на которой уже не осталось волос. Сапожник без сапог. На себя то, он не «бросил карты» в своё время. Ответа не было ни на одном столе.
    И ничто так и не смогло успокоить и подготовить психолога Михея к той чудовищно жестокой участи, что вот-вот должна была на него обрушиться.
    На следующий день и после никто не умер.


                ***
 
  Студеным рождественским утром в Московском метро в часы пик играл скрипач. Пронзительные звуки скрипки трогательно обволакивали весь мраморный зал и эхом отзывались в душе спешащих на работу миллионов прохожих. Мужчина сыграл 5 красивых сложных произведений за 35 минут, ему бросили несколько монет, и приостановилось ненадолго 6 человек. Заработок составил 215 рублей.
    Никто из хмурых прохожих, облачённых, как близнецы, в тёмно - серую одежду, не узнал в скрипаче великого музыканта с мировым именем, один билет на концерт которого из этих же произведений стоит несколько тысяч рублей. Инструментом в его руках служила скрипка Страдивари стоимостью около 3-х миллионов долларов…
 
                ***
               
        Мой молчаливый попутчик в жарком купе производил впечатление забитого деревенского парня, сутулого и хмурого. В окне мчавшегося поезда среди сплошной стены смешанного летнего леса на мгновение показалось солнечное поле, усыпанное полевыми цветами. Я сменил тему, бросил реплику о цветах: мне показалось, что преобладают в поле васильки. Как вдруг, мой визави вмиг преобразился, он выпрямился, как танцор, и стал, жестикулируя, живо рассказывать про все цветы этого мимолётного поля. А самое главное, - глаза его горели огнём, а голос зазвучал, как ручеёк. Это был уже совсем другой человек – красивый, интересный, весёлый. Оказалось – он флорист. И сел на своего конька. А я случайно нащупал и включил у него его любимую кнопку. Я не помню о ЧЁМ он говорил, но КАК говорил, я запомнил на всю жизнь! Другой пройдет рядом, но не останется в тебе.
      Вытащить из человека наружу его сокровенную мечту и любимое дело трудно. Ничто человек так глубоко не прячет. Может быть, потому, что она не выносит самого малого осмеяния или шутки.
      Вот, что такое любимое дело! Это ваша лучшая часть жизни, зажигающая вас и других, кто на одной волне. Делай то, что ты действительно хочешь делать, и тогда все невнятные пазлы этой сложной игры в жизнь обязательно сложатся.   

                ***
     Удивительна наша Земля. Мы узнали от Гагарина взгляд из космоса. Каким замечательным он парнем был, тот, кто первым тропку звёздную открыл: крепкого здоровья, с пытливым умом, страстным желанием и лучезарной улыбкой. Мы – пацаны, в детстве все хотели быть похожими на него. Эх, было время…
     А сейчас среди нас другие герои… но наши ценности с нами.
            "Соль жизни в том – она не сахар.
             Она твой хлеб, а ты в ней пахарь"

                ***
                Баня… с волшебным пармейстером.
    Как только мы начинаем чесаться, так сразу идём в баню. В Ржевских, что в Банном проезде, выходящем на улицу Гиляровского, бойкие москвичи организовали целую Академию Пара со своим Президентом, и даже Гимном:
                «Лучше нету на Руси Ржевских Бань.
                Душу грешную пропарь и устакань.
                Не ищи в себе подвох, веник скачет «Ох-Ох-Ох».
                С лёгким паром! Дай Вам Бог!»
   Каждый пармейстер делает исключительно свой пар со своими секретами, травками, настоями. Затем Мастер - погоняльщик пара, приглашает всех в парную. Будет сейчас пар с мясом и эвкалиптом, а перед этим был пар с полынью, а еще – с мелисой, мятой, пивом… В моечном стоял запах берёзовых веников, эфирных масел, травяных сборов. Все академики в пропаренной парилке ложатся на полкИ «ромашкой», и дружно хором встречают Мастера:
- «Сегодня праздник у ребят, ликует академия,
Сегодня в гости к нам пришёл сам Пал Лаврентич Берия!»

   Пармейстер под хлопки водружает своё тело в центре круга с березовым или дубовым опахалом, около метра в диаметре, заготовленным ещё в июле или августе, и начинает обряд пропаривания и очищения бренных тел, приговаривая:
 
- "С лёгким паром, ангелы мои! Сейчас я плавно пройдусь веничком по вашим полуочищенным душам. Избавлю вас от порчи, сглаза, дурных намерений, от гаишников на дорогах, от налоговой инспекции, от налоговой полиции я вас уже очистил; от камней в почках, желчном пузыре, от камня за пазухой. А также, от маленькой зарплаты и пенсии, а еще от импотенции, пенсионеров это не касается.
Кому стало жарко – в бассейн, кому холодно – в печь, кому мало – в буфет, кому скучно – в женское отделение.
  Пар оздоровительный лечит коронарное изменение сосудов, стригущий лишай, переломы конечностей и выпотный плеврит вместе с коронавирусом. Пар рекомендован ассоциацией Эрисмана. Ну, очень лечебный…"

      Затем он открывает на улицу дверь, и струя холодного воздуха в 20-ти градусный мороз мгновенно и неожиданно охлаждает нас, заставая врасплох. Но половинка шайки горячей воды, заброшенная в топку жаропылающего котла, спасительно захлопывает дверь, под давлением разряженного воздуха струёй вылетевшего из горнила пара. Некоторые кожей не выдерживают обжигающего жара, вскакивают и убегают. Другие стонут, но терпят. А душегрев ещё пуще задевает мужскую гордость:
- Хватит охать, академики. Здесь не родильное отделение. А парное, академическое! 
И процесс обряда снова продолжается, уже с самыми стойкими.
- Попарьте народного артиста, веничком его отхлестать, чтобы ближе к народу был, - в конце начались шутки – прибаутки и жареные анекдоты посыпались направо и налево. Вот уж, поистине: "Свободу, равенство и братство я только в бане ощущал!"

    А через 3-4 часа нахождения в бане, чай, крепкий. И ты, набравшись здоровья, позитива с прилипшим банным листком к невидимому тебе месту, идёшь уставший, но весёлый, домой. Крепкий сон обеспечен, ну и другие прибавки, о которых так пылко говорил в парилке, вспотевший от работы больше, чем лежавшие голыши, пармейстер. Мы верим в тепло наших братских отношений. В бане все равны, лампасов не видно. Здоровья вам, академики!  Который день паришься, тот день не старишься! И вперед в новый день, свистя "Калинку". И, также с эмоциями напевал рванным голосом всеми любимый нами актер и певец:
    "Протопи ты мне баньку, хозяюшка,
    Раскалю я себя, распалю,
    На полоке, у самого краюшка,
Я сомненья в себе истреблю.
Разомлею я до неприличности,
Ковш холодный - и все позади... (Владимир Высоцкий)


                ***

 Город. Вечерело. Встреча. Ночь. Девушка. Фонарь. Аптека. Мужчина. Розы. Машина. Дача. Стихи. Вино. Женщина. Светало. Дом. Ключи. Не подошли. Роддом. Ботиночки. Неношеные. Голос. Кто отец? Тишина. Столик. На одного. Малыш. Школа. ВУЗ. Бизнес. Олигарх. Коттедж. Телефон. Звонок. Отец. Голос. Знакомый. Мать. Шипы. Вы ошиблись. Номером. Гудки. Шок. Аптека. Улица. Инфаркт. Фонарь. Больница. Старик…
                ***
                Странный Сон

   Под утро приснился мне сон. Иду я в каком-то городе по широкой улице и вижу такую картину:  По одной стороне улицы ходят бедные люди. Их очень много. Толпа, не протолкнуться. Броуновское движение. И на этой же стороне сплошь очень богатые магазины и бутики.
   А по другой стороне - несколько богатых людей, судя по дорогой на них одежде и манере важно держаться. Идут они неспешно и чего-то соображают, высчитывают, поглядывая на дешевые магазинчики и лавки, расположенные на этой стороне.

    Ни одни, ни другие никак не могут купить продукты в своих магазинах. У бедных один кекс или профитроли стоят по 3-4 тысячи рублей. Прилавки ломятся от еды, но купить её эти люди не могут. Все кто заходил в бутик, все были голодны. Из ртов голодных здесь текла слюна на мраморный пол с составным орнаментом. Никто не мог чего-то съесть или попить.
      А у богатых обратная картина: купить они могут все. Но ассортимент этих забегаловок их пугает и не устраивает. К тому же, платёжные карты здесь к оплате не принимают, а с крупных купюр у продавцов нет даже сдачи.

    Так и ходят обе стороны голодные. Да, ещё в середине между двумя этими сторонами и сословиями бегают и катаются на самокатах их дети. И тоже просят у обеих сторон чего-нибудь поесть. Но никто не мог пересекать две параллельные черты, где заканчивается сторона. Запрещалось переходить с одной на другую сторону. Полиция стояла в два ряда, смотрела за порядком.

   Здесь я увидел, как сын у одного из богатых с огромной пачкой денег спросил: «Зачем вам столько денег, отец, коли ничего не можете купить. Давайте я вам принесу с той стороны еды. Еще здесь хватит накормить полдюжины страны. Вы ближнему отдайте часть, вернется вам сполна».
   В ответ из под бровей метнув безумный дикий взгляд: «Ты что пацан, меня учить, - оскалился «красный пиджак». – «Пускай я буду голодать, останусь без вина, но не получит здесь никто ни крошки от меня». Уже через неделю все падали без сил.
    Тем городом руководил самый богатый Мэр. И он решил на улице одной поставить свой эксперимент.

    Спросил тут Мэра я: «Здесь видит выход даже сын, ребёнок, ангелок. Что надо просто поделиться, друг другу лишь помочь…»
    А Мэр изрёк: «Что мне до бедных, они живучи или нет, ещё посмотрим в этот раз. Объединиться им не даст мой лучший спецотряд. Меня богатые смешат. И если выход не найдут, то деньги их ко мне придут».  И я отпрянул на версту, от того, что вижу и слышу тут…

МОРАЛЬ! Она стара как мир: человек приходит в жизнь нагим с пустыми руками, и уходит нагим, только прикрытый саваном. Он не может забрать ничего. Наши таланты и способности – тоже наше богатство, во благо других, как и богатые должны умножать свои финансы на благо ближних людей. Мы все разные, и Каждый реализуется в своем направлении: одни управляют, другие производят, а третьи – сеют, продают, лечат, обучают… но все прилично получают и весело с достоинством живут. Это нормально.

    Ps.  Проснулся я потный от того, что видел в этом кошмарном сне. Нет, пусть мне лучше приснится город, где все будут счастливы. И жители этого города делали бы всё, что доставляло им удовольствие, и хорошо друг с другом уживались. Все, за исключением мэра, который был бы в печали, потому что ему нечем было управлять.


Рецензии