Часть четвертая. Последний круг 5

     Володька спал почти до десяти утра. Стас сидел с мальчуганом рядом и тоже посапывал. Но вот Вовкино лежбище скрипнуло, мальчик приподнялся, протянул руку к Стасу.
     –  Дядя Стас, вы спите?
     Шамин открыл глаза.
     – Глядя как ты сладко спишь, любой сидящий рядом заснёт. Всё подъём, мыться, бриться, завтракать и в поход.
     Мальчик широко открыл глазёнки.
     –  А что за поход.
     Стас и сам не знал, что это за поход, но уверенно подтвердил.
     – Поход! Вперёд…
     Позавтракав, они оделись и вышли на улицу. Стас подхватил паренька за руку и повёл к пруду, дальше к Чертановской и вдоль трамвайных путей в сторону лесопарковой зоны. Места здесь замечательные, как раз для успокаивающей прогулки, что, по мнению Стаса, и было сейчас нужно парню. Они много разговаривали, словно ровесники бегали по лесу, Стас рассказывал Вовке истории, в основном весёлые, вот только о домашних делах не говорили, лишним это было. Зашли в магазин. Стас все, что было в кармане, потратил на одежду парню. Дальше в кафе, поели мороженое и к трём часам были у дома. Но насладиться отдыхом после длительной прогулки не смогли. У подъезда стоял милицейский «Бобик», и толпились женщины. Увидев Стаса, одна из дам кивнула офицеру, дескать, вон он.
     В их направлении пошёл капитан милиции.
     – Вы Шамин?
     – Да, что случилось?
     Капитан, показав рукой на толпящихся женщин, обратился к стоящему рядом сержанту.
     – Да утихомирь ты их.
     Тот принялся привычно покрикивать на гражданок, дескать, разойдись, нечего тут болтаться. А капитан предложил Стасу.
     – Пройдёмте в подъезд, мальчик побудет с нашим сотрудником, Элеонора, займись ребёнком.
     К Вовке подбежала женщина в форме работника милиции, взяла за руку и повела в сторонку. Вовка заплакал. Стас крикнул.
     – Объясните, в конце концов, что происходит!
     Капитан взял его под руку, потянул в сторону подъезда.
     – Не здесь! Пойдёмте в квартиру, там объясню.
     Зашли в подъезд, капитал открыл дверь квартиры, где жила семья мальчика.
     – Заходите!
     Стас начал понимать, произошло нечто страшное, и неуверенно вошёл в квартиру. Капитан прошёл на кухню.
     – Пройдите сюда.
     То, что увидел Стас, было невыносимым. Вся кухня залита кровью. Кровь везде: на полу, столешнице, стенах, на табуретке. К горлу подкатил тошнотворный комок, голова закружилась, он начал оседать. Капитан подхватил.
     – Только не здесь!
     Ноги ватные, в голове шум. Они вышли на лестничную клетку. Стас понемногу пришёл в себя.
     – Пойдёмте ко мне.
     Капитал кивнул.
     Дома капитан рассказал Стасу, что в Володькиной квартире произошло убийство. Гражданин Строгов, будучи в пьяном состоянии, убил жену. И тут впервые Стас узнал, что женщину звали Мария, её мужа Сергей, фамилия их Строговы. Подробности происшедшего милиционер не рассказывал, ограничился дежурной фразой.
     – Идёт следствие.
     Стаса, словно молнией сразило.
     – А мальчик, что будет с мальчиком?
     Капитан буднично зевнул, закрыл блокнот.
     – Что будет с мальчиком? А что с ним. Здесь дежурная схема: приют для несовершеннолетних и детский дом. Желание появится посетить, в РОВД загляните, Элеонора Павловна поможет координаты получить. И вот ещё что, из города не выезжайте, следователь пригласит. Всего доброго.
     Стас закрыл за капитаном дверь, прошёл в комнату, сел в кресло. Как здорово всё сегодня складывалось: много гуляли, Вовка был весел, и домой шёл с охотой, а тут такое… 
     И он словно очнулся.
     Надо найти, где парень.
     Позвонил на работу Светлане, какая-то девица ответила – нет в салоне. Кому ещё звонить? Ах да, в районе работает муж сестры Пальчикова, вот кто может помочь. И он звонит Илье.
     Через сорок минут Стас уже у проходной районного отделения.
     – Паспорт есть?
     – Какой паспорт, беда у меня!
     – Не положено без паспорта.
     – Вызовите подполковника Круглова Николая Ивановича.
     – Вот телефон звоните.
     Ещё двадцать минут и он у Круглова в кабинете. Николая Ивановича он видел впервые, хотя Пальчиков много рассказывал об этом человеке, все слова были добрые: честен, крут с подчинёнными, службист, и прочее, прочее. Внешне на крутого Уокера Круглов не тянул, был он невысок ростом, совершенно лыс, к тому же слегка заикался. Однако не к писаному красавцу шёл Шамин, шёл к человеку и ожидал поддержки и помощи. И он её получил.
     Через час в кармане лежал адрес организации, где в данный момент находился мальчуган, а милейшая Элеонора Павловна расписала механизм усыновления ребёнка.
     Да, Стас решил усыновить Володю.
     И именно на такой шаг он готов идти. Светлана не знала о его намерении, но решение Шамина было абсолютно твёрдым.
     Прощался Стас с Николаем Ивановичем как с лучшим другом, и напутствия получил добрые и человеческие.
     – Станислав Николаевич, дорожка впереди тернистая, сам понимаешь, судьба ребёнка дело тонкое, ошибок здесь не может быть. Но уж если решение принял, борись. Препоны будут – звони, помогу.
     Светлана решение Стаса поддержала, она прикипела душой к этому мальчугану. После страшного известия о том, что не сможет родить, её частенько посещала мысль взять ребенка из дома малютки,  или детского дома. Порой эта мысль была навязчивой и не давала покоя, отсюда раздражительность, нервозность, вспыльчивость. К счастью, Стас этого не замечал, а если и замечал, то связывал с элементарной усталостью и проблемами на работе.
     Но вот в их семью пришёл шестилетний паренёк. Пришёл гостем, другом мужа и она была рада этой дружбе.
     А дальше страшная трагедия – этот паренёк лишился матери…
     Каково ему сейчас?
     Конечно, Володю надо забирать в семью и чем быстрее, тем лучше.
     Но, как оказалось, их решения мало, сам юридический процесс усыновления ребёнка бы настолько сложен и противоречив, что пройти его стоило неимоверных усилий. Всю весну Шамины сражались за парня. Про тернистый путь, препоны, Круглов не зря говорил, знал российскую действительность, и, зная, помогал Стасу охотно, по-человечески. А где милицейский начальник был бессилен, Станислав включал личное обаяние и деньги, деньги конечно помогали больше.
     Да, деньги, а куда без них, родимых.
     Первый день лета  Щамины встречали  пополнившейся семьёй: мама Света; Стас,
Вовка Стаса звал теперь только так и не иначе; и их приёмный сын – Володя.
     О родителе Владимира, получившем за убийство жены пятнадцать лет тюремного заключения и лишённого родительских прав, у Шаминых не вспоминали.
К середине лета всё в семье наладилось.
     Володе скоро в школу. Многое в силу объективных причин в его подготовке было упущено, однако парнишка был толковым, что ему сейчас родные  рассказывали, понимал с полуслова. Конечно, можно было сколь угодно удивляться, почему к шести годам он не знал азбуку, не понимал простейших арифметических действий. Но им сейчас не до удивлений, и Стас, и Светлана знали, в своей такой ещё короткой жизни он был совершенно обделен вниманием, а потому работать с ним надо и постоянно и много. И они занимались. В большей мере занимался  Стас, тут уж не о
личной загруженности или усталости речь, а о семье, её внутреннем  здоровье и крепости.
     Стас работал. Особого удовольствия  работа не доставляла, но это был источник существования, благо для семьи. Здесь у него всё было отлажено, что-то он, конечно, пропускал мимо рук, уходили на сторону какие-то сделки, дополнительные финансовые возможности, но что поделаешь, надо было выбирать, и он выбрал семью, для него сейчас это было важнее.
     Работала и Светлана. Работала увлечённо, уходила в свой салон с улыбкой, возвращалась усталой, но с огоньком в глазах и всегда делилась со Стасом какими-то своими шажками вперёд, новациями, интересными открытиями, а их было море. И главное, Света постигала основы малого бизнеса. На базе салона они с Ольгой Аркадьевной создали кооператив, подали заявление на приватизацию площадей. Отремонтировали помещения, нашли возможности выкупить с солидной отсрочкой оборудование для салона. Светлана сама занялась подбором сотрудниц, взяла молодых девчат, большей частью закончивших курсы в Доме русской косметики. Сделали неплохую рекламу салону, здесь, кстати, депутат Андреев помог.
     В понедельник 6 июля салон заработал.
     Стас с интересом смотрел в этот период на Светлану. Смотрел и удивлялся. Светлана преображалась. И связано это не столько с пополнением в семье, сколько с внутренним её преображением.
     И вот ведь что случилась.
     Ещё каких-то три года назад, девчонкой в замызганном халатике она знала лишь кухонные дела, умела отлично стирать, убирать, гладить бельё. Да, это она умела. Но она не смела поднимать глазёнки вверх, была абсолютно зашорена, по сути, была рабыней. Тогда после стычки с майором Кравчуком, он решил ей помочь – жаль стало девушку, он и на мордашку-то не смотрел, видел лишь её пораненную ручку – сердце колыхнула жалость. Просто жалость. Это уж позднее он увидел её красоту, познал душевность, преданность семье и истинную её любовь.
     Каков стандарт обычной семьи – мужчина добытчик, жена берегиня, берегиня уюта и домашнего очага. Да, это стандарт. И Стас хотел жить по этому стандарту: он должен работать, а она должна заниматься домом, воспитывать сына, и эта картинка в его сознании какое-то время была нерушимой. Но постепенно стандарт рушился. Да он работает, но для него эта работа порой кажется каторгой, а вот Светлана… Светик повинность не отбывает, каждый рабочий день становится для неё торжеством и всякое движение вперёд становится праздником. И всё это прорезалось как раз в эти летние деньки.
     По выходным они отдыхали. С появление сына обязательным для себя считали воскресные прогулки, будь то парк в районе, зоопарк или поездка к строящемуся дому и так далее.  Объект посещения выбирали заранее, причём всей семьёй. Вот и сейчас, в предстоящее воскресенье планировали поехать в Парк имени Горького. Стас рассказал Володе о парке, о лодочных прогулках на парковом озерце, космических аппаратах в павильоне Космос, рассказал и о русских горках, которые почему-то упорно называют американскими и о том, как они на этих горках катались с мамой Светой.
     В среду, это было за четыре дня до поездки, рано утром в дверь раздался звонок. Стас глянул на часы. Было шесть утра. На пороге стоял старший лейтенант милиции. Он показал удостоверение и, понимая, что дома ещё спят, полушёпотом попросил разрешения войти. Стас пропустил посетителя вперёд, рукой указал, мол, на кухню идите. И сам прошел за офицером. Старший лейтенант был ему знаком. Когда расследовалось убийство соседки снизу, он проводил опрос свидетелей и со Стасом именно этот офицер тогда разговаривал, Стас и имя-отчество его запомнил.
     – С чем пожаловали, Иван Сергеевич?
     Офицер снял головной убор, положил на стол. Осмотрелся.
     – Хорошо тут у вас. Уютно.
     Стас усмехнулся.
     – Но вы же не за этим сюда пришли. Так что у вас за вопрос?
     Старлей достал носовой платок, вытер вспотевший лоб.
     – Весть неприятная. Сбежал заключенный Сергей Строгов. Из-под стражи сбежал, при пересылке к месту отбывания наказания. Тяжело ранил двух человек, прапорщика и конвойного, забрал пистолет прапорщика. Вот такие дела.
     Он посмотрел на часы.
     – Дело было под Кировом, вчера поздно вечером. Пока преступник не задержан. Идти ему некуда, родных, кроме сына, нет. Где он залёг, неизвестно. Конечно, мы его возьмём, дело времени. Однако исключить появления здесь, в нашем районе нельзя. Так что руководство поручило проинформировать вас о побеге. Вы эту информацию примите к сведению. С завтрашнего дня у подъезда круглосуточно будет находиться оперативник. Вот так. Отдыхайте, всего доброго.
     Стас проводил офицера.
     Отдыхайте. Ну и совет. И как с таким известием отдыхать?
     На кухню заглянула Света.
     – А ты что так рано встал?
     Стас махнул рукой.
     – Не спится. Да ещё вести разные по миру ходят.
     Лицо Светы стало серьёзным.
     – Что за вести?
     Стас понял, надо рассказывать и это неизбежно.
     – Светик, сбежал из-под стражи сосед наш, бывший Володи отец,  Строгов. Сейчас приходил оперативник, обрадовал. Сбежал с оружием. Вот такие дела. Что делать будем?
     Света, не думая ни минуты сказала.
     – Володю надо куда-нибудь отвезти на время. Видимо неделя им хватит разобраться с побегом? Значит на неделю. А вот куда, надо думать.
     Конечно, идея верная, но действительно, куда отправить мальчика. И тут он вспомнил. У матери Павла живут внучата, девочка и мальчуган. Почти ровесники Вовки, девочка тоже в школу идет осенью. И что главное, они уже знакомы, неделю назад Паша брал ребят в поездку в деревню, там и Стас с Володей был.
     – Надо с Павлом переговорить.
     Света тут же согласилась.
     – Ты только Пашку не напугай. Рассказать-то о ситуации расскажи, но пусть он родным скажет, что мол, старшие в командировку поехали, на недельку.
     Стас напомнил.
     – А мы же в воскресенье в парк едем. Как быть.
     У Светы ответ был готов.
     – Пусть привезёт в воскресенье часам к десяти, переоденем, погуляем, а после парка ты сразу Володю и отвезёшь обратно.
     Так они и решили.
     Пашка был расстроен ситуацией с побегом бандюги не меньше Стаса и с предложением забрать паренька согласился.
     – Мама будет только рада, ваш Володька хорошим воспитателем сестриных шалопаев будет. Давай, вези.
     Наступило воскресенье, 19 июля. Стас встал пораньше, приготовил омлет, Володя любил омлет и именно в том виде, как его готовил Стас – пышный, ароматный. Поставил на стол чашки с творогом. Время на часах было половина десятого. Светлана только поднялась и что-то напевая, возилась в туалетной комнате.
     Раздался звонок. Стас пошёл к двери.
     – Света, поспеши, Вова приехал!
     В открытую дверь ввалился человек, Стас почувствовал, в грудь упёрлось что-то твердое. Опустил взгляд. Пистолет. В нос ударил отвратительный запах – смесь перегара и давно немытого тела. Его чуть не вырвало.
     Ствол пистолета больно толкнул в грудь.
     – Руки подними и иди в комнату!
     Ещё толчок стволом. Перед ним был Строгов.
     – Что, давно не видел?
     Грязно выругавшись, сплюнул на пол.
     – Где сын?
     Стас молчал, а в голове сумятица: Света в ванной, Вовку вот-вот Паша привезёт. Что делать? Он посмотрел на Строгова, этому терять нечего – выстрелит. Но где же оперативник, три дня ребята крутились у подъезда, а бандит явился, никого нет.
     И вдруг послышался испуганный вскрик.
     – О, боже!
     Светлана!
     Стас чуть пошевелил поднятыми руками. Он всё еще надеялся на мирный исход.
     – Тихо, тихо! Это жена, ты ведь её знаешь. А Вовка?  И Вовка здесь, только он спит, не буди. Сейчас подниму, только убери пистолет, напугаешь малыша. Он сегодня хотел в парк пойти, на горках покататься. Тихо, тихо.
     Стас тянул время,  разговаривая с ублюдком. Он смотрел в эти залитые алкоголем зенки и судорожно искал слабые места в поведении бандита. Он понимал, надо дать отпор и именно сейчас, пока нет мальца.
     В голове стучало – сейчас, сейчас, вот сейчас…
     Вновь звонок в дверь. Строгов вздрогнул, мгновенно поднял пистолет, направил его в сторону двери.
     Сейчас…
     Стас бросился вперёд, попытался выбить пистолет, не получилось, тогда он, закрывая Светлану, всем телом прижал бандита к стене, левой рукой пытался нащупать пистолет, а правой вцепился в горло бандиту. И тут раздались выстрелы. Один, затем ещё один. Два тела свёрнутые в клубок упали, раздался ещё выстрел.
Тела замерли.
     В дверь уже не стучали, в дверь ломились. Она поддалась, слетела с петель. В комнату ввалились оперативник и Павел. Следом с криком:  «Стас!», ворвался Володька. Светлана схватила мальчика, толкнула к Павлу.
     – Уведи! Уведи в комнату!
     Паша потащил дико кричащего мальца в спальную.
     Света бросилась к Стасу. С трудом оторвала его руки от горла, не подающего признаков жизни бандита.
     Стас ещё дышал. Он с силой сжал её руку.
     – Где Вовка? Что с ним?
     По свежевыглаженной рубашке Стаса расплывалась кровь, пятно становилось всё больше и больше. Она пыталась понять, откуда кровь.
     Стас тихо повторил.
     – Где Вова?
     Видно было, слабел.
     – Стас, не уходи. Стас…
     Он ещё что-то шептал. Она приложила ухо к его губам. Он прошептал.
     – Последний круг… Пропасть… Света…
     Руки его ослабли, он закрыл глаза.
     Стас Шамин умер…
     __________________________________
     А мир не перевернулся, и на улице ничего не случилось. Гулял лёгкий ветерок. Солнышко в это воскресный день весело звало людей на прогулку. Привычно урчали машины. Куда-то спешили прохожие. У подъезда стояли милицейский «Бобик» с включенной мигалкой и машина скорой помощи. И как всегда, толпились зеваки.
Опоздавшая любительница зрелищ спросила рядом стоящую старушку
     – А что случилось?
     Та, не поворачивая головы ответила.
     – Человека убили.
     Любительница острых ощущений отреагировала.
     – Наверно алкаши что-то не поделили и поубивали друг друга. Сейчас это быстро, нож, а то и пулю  в сердце и конец…
     Старушка повернулась к женщине.
     – Шли бы вы отсюда.  …Пулю… нож… Что вы знаете. Хорошего человека убили.


Рецензии